было предела. Приехали в субботу, накануне Святой Пасхи. Накрыли замечательный, для четырёх мужиков, стол. Сколько брать водки вопрос даже не стоял – внизу, перед привокзальной площадью стояли киоски круглосуточной торговли. Один из нас – Саша — не пил. Из каких соображений он не пил, я так и не узнал, но он, улыбаясь, объяснял тем, что не пьёт он "до первой звезды" (тогда, если кто помнит, на эту тему реклама была). Ну нет, так и нет. Никто не неволит. Курящие выходили на балкон и любовались потоками машин в обе стороны Садового кольца. Как стемнело, оказалось, что напротив кинотеатр – горит неоновая реклама – ЗВЕЗДА. Зовем непьющего-некурящего Сашу. Читай, вслух, говорю, что написано?

Читает — ЗВЕЗДА.

Значит пора и тебе пить!

Раз обещал, значит пора. А пить он, оказывается, умел большими порциями, что к полуночи поставило нас перед вопросом — кому бежать?

Отрядили Сашу, тем более, что на тот период он был наиболее трезвым. Мне было не лень и я добровольно отправился с ним.

У нас в стране как? Сегодня можно, а завтра нельзя, а через месяц, другой опять можно.

Вот и оказалось, что в те дни, точнее, ночи, торговля алкоголем, после скольких там часов не помню, была запрещена. За соблюдением этого распоряжения зорко и с удовольствием следила милиция.

Это в наши планы никак не входило, и мы стали тыкаться во все киоски по порядку. Какой-то очередной ларёк, до отказа заставленный ящиками и коробками со спиртным, оказался без продавца. Свет горит во всю, окошечко открыто. Стали мы туда кричать, звать хозяина. Слышим, приближающееся:

— Здесь, здесь, здесь, здесь…

И на повороте из-за кулис грохот. Продавец к нам очень торопился, зацепился за что-то, упал уже в торговое помещение и отключился.

Стали мы его голосами поднимать, реанимировать. В ответ на наши крики оттуда, из подсобки, появляется капитан милиции. Видимо, он там контролировал режим торговли спиртным. Споткнулся об лежащего, подконтрольного продавца, но ухватился за прилавок и выстоял. Выпучил глазища, что-то мычит. Мы хором говорим о цели визита, мол водочка нужна. Капитан понимающе кивает, берет в руку первую попавшуюся водку и пытается протолкнуть её в амбразуру. Водка не пролезает, т. к. её, бутылочку, надо подавать вертикально, а он может только в лежачем положении. Засунул я туда свою руку и хотел развернуть его кулак с бутылкой, но он, вдруг, руку свою одернул и мычит, что так не получится, мол надо нам зайти сзади в дверь.

Обошли мы магазинчик, стучим, а дверь открыта. Обстановка праздничная на двоих. Появляется наш капитан. Спрашивает – чего надо.

— Водки хотим!

Капитан с готовностью поднимает полкоробки с пластиковыми бутылками "Белого орла" и, со словами Христос Воскрес, валится в нашу сторону. Ловим его, спрашиваем – сколько с нас. Контролирующий мотает головой и произносит:

— Ничего. Он мне должен. Я его застукал, когда он водку продавал.

замечен в аморальном поведении не был. К нам в бухгалтерию заходит не здороваясь, исключительно подписать зарплатную ведомость или за командировочными. Вообщем неприятный асоциальный тип.

Недавно в коридоре, что-то как шандарахнуло в лифтовой (есть один лифт в здании, который работает только на несколько нижних этажей, лифтовое отделение находится на нашем этаже). Полетели искры, повалил едкий дым паленой пластмассы из двери и вентиляции, заволок весь офис. Народ в панике, звенит сигнализация, все мачо с криками "пожар ", "горим", и "спасайся кто может" где-то растворились в здании, как шипучий аспирин в стакане, а я и ещё пару отмороженных стали в коридоре и гордо готовились принять уготованную участь.

В этот момент, подошёл неспешно Угрюмый, как будто он этим занимается с утра до вечера, открыл распределительный щит, пощелкал рубильники. Снял с держателя огнетушитель, внимательно посмотрел на этикетку, обмотал лицо смоченным минералкой полотенцем, с фразой типа "вроде подойдёт" зашёл в лифтовую. С минуту был слышен шипящий звук выпускаемого огнетушителя и его кашель, дым сменился то-ли на пар, то-ли на углекислотный туман. И все затихло.

Угрюмый вышел и спокойно произнес следующую фразу:

— Так, бабени, тишина и спокойствие, без паники. До приезда пожарных эту дверь не открывать, воздух в лифтовую не пускать. Возвращаемся на рабочие места и думаем, чем будем кормить мужа на ужин. Разойтись.

Вот так, раз и все. Захотелось его просто обнять и расцеловать. Его семья наверно за ним, как за каменной стеной.