Как рассказывала мне покойница-мама, семья у них была большая, и отец ее, а мой дед рыжий Афоня добывал хлеб свой насущный при помощи валенок, он их изготовлял, то есть пимы катал. И соответственно его на деревне звали "Афоня-пимокат" или еще похлеще — "Рыжий хрен". Катал он валенки настолько успешно, что кормил всех своих домочадцев сытно, да еще и свободные копейки оставались. И захотелось Афоне роскоши — приглянул он в лавке невиданную в деревне вещь — медный таз с медным же рукомойником. Долго он пересчитывал замотанные в чистую онучу и спрятанные в надежном месте капиталы, пока не решился и купил. Господи, это было событие! Не прерывалась череда соседей, с утра и до позднего вечера приходивших поглазеть на невиданное чудо, скромно поблескивавшее в предназначенном для него уголке. Да и сам Афоня преобразился, начал каждодневно расчесывать бороду после умывания под рукомойником, смазывал деревянным маслицем по воскресеньям стриженную в кружок свою голову. Счастье и благополучие загнездились в доме, и начал Афоня катать валенки еще с большим старанием, и каждая пара была еще красивее. Но, как всякая сказка имеет обычно счастливый конец, всякая быль – печальный. Приехал как–то из райцентра председатель чего там не упомню, собрали в самой большой избе честной деревенский народ и сказали: «Пора создавать колхоз, она все окрестные деревни уже в колхозах, а ваша – отстает».
— «Дык, мы согласные, колхоз так колхоз» — загудели себе под нос мужики да бабы.
— «Тогда переходим ко второму вопросу. Необходимо утвердить список кулаков вашей деревни и выселить их к чертовой матери из деревни куда подальше».
— «Да нет у нас таких, кулаков, и куда уж дальше нашей деревни их выселять–то? Дальше нетути»
— «Как так нет кулаков? А Афоня Петухов разве не кулак? Вона, каждое воскресенье у них в штях мясо, кашу от пуза лопают, а глядитка, что у них есть – медный таз да рукомойник. У кого еще есть такое по деревне? » — зачастила горохом соседка, давно уже затаившая зло на всю деревню вообще и на рыжего Афоню в частности за то, что она, деревня, смеялась покотя над ней: муж ее, Петруха, был настолько ленив, что, лежа на раскаленной лежанке, поленился встать дверь в сени прикрыть, а на дворе стоял звонкий мороз, ну и обжег себе бок и отморозил обе ступни.
– «Так и есть рыжий Хрен кулаком, раскулачить его, и все! »
Долго гудело собрание, но председатель чего там не упомню был тверд – раз есть деревня, значит и кулаки должны быть. И раскулачили моего деда Афоню в двадцать четыре часа, выкинули среди зимы из избы с домочадцами, отобрали все, и станок для пимокатания, и перину и медный таз. Не выдержало такого позора его сердце, и вскорости он Богу душу отдал. А рукомойник с медным тазом – стоял он в правлении долгие годы, а после войны выкинули его в кучу, где старый хлам долеживал, а на его место повесили в правлении еще большую ценность – эмалированный рукомойник с эмалированным же тазом. А могила моего деда, рыжего Афони, понемногу – потихоньку сравнялась с землею и заросла травой. Валенки, скатанные его мастеровитой рукой, с цветочками полевыми и птахами небесными рано или поздно сносились, и осталась от Афонии только память его детей и внуков. Ибо главная ценность на свете для человека – дети его и внуки–правнуки, пока живут они, не распорошится по земле слава его и дела его.
Семейные истории
25 апреля 12
* * *
* * *
* * *

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100