В 80-е годы руководство поручило мне отвезти прибор на один из белорусских заводов. И вот я, молодой инженер, на поезде Москва — Минск впервые поехал в Белоруссию. На станцию Смоленск мой поезд прибыл на 1-й путь и вагон остановился как раз напротив вокзала. Стоянка где-то минут 20-25. И я решил выйти, немного размяться и прикупить свежих газет. Зашел в здание вокзала, обошел несколько киосков "Союзпечати", минут через 10 вышел на перрон, и впал в ступор. Моего поезда на первом пути, как в прочем и на других путях, не было от слова совсем. Наверное тогда и появились у меня первые седые волосы. Я в майке и в тапочках на босу ногу, с копейками в кармане, один на пустом перроне. В вагоне остались документы, деньги, и главное — дорогостоящий прибор. Я в панике бросился к дежурному по вокзалу.

Смоляне, или кто был ранее в Смоленске, наверное уже догадались, чем это все закончилось.

Оказалось, что в Смоленске ж. д. пути находятся с двух сторон от здания вокзала, слева и справа, по направлениям, восточное на Москву и западное на Минск. И я, по незнанию, вышел с вокзала не на свою сторону. (Ну прям как Киркоров, вошел не в ту дверь). И мой поезд все это время стоял с противоположной стороны вокзала.

И теперь, по истечении многих лет, проезжая Смоленск, всегда вспоминаю эту историю.

Город у нас относительно небольшой, все друг друга знают. Так вот, был у нас хирург в поликлинике. Двухметровый дядька, в плечах косая сажень, силищи, что у быка, даром что шестьдесят с лишним лет. Как-то раз, осмотрев меня, одобрительно хлопнул по спине так, что я из-за ширмы как снаряд из катапульты вылетела. И нравом крутой. Думаю, не надо объяснять, что осмотром позвоночника и стоп хирурги ограничиваются только у девочек, а парней ожидает также процедура пристального разглядывания половых органов. Так вот, заходит как-то один наш товарищ на медосмотр. Врач сидит, что-то сосредоточенно строчит в чужой карте, и говорит, не отрываясь от текста:

— Доставай, клади на стол.

Парень слегка окосел: вроде не принято так-то уж сразу-то. Ну да делать нечего, расстегнул ширинку, достал, что требуется, да на стол сложил. Или, правильнее сказать, вывалил. Хирург дописал, поднял голову, окинул глазами это великолепие, взял в руки линейку, осмотрел орган с одной стороны, приложил к нему линейку, одобрительно поворчал, нависая над парнем всей свой двухсаженной шириной:

— Так — говорит, — хорошо... Просто замечательно!..

А потом размахнулся и как хватит линейкой по члену со всей дури:

— Карту на стол, придурок!

:) Буря тактильных ощущений...

У нас недавно в поселке застрял путешественник) Муж учитель английского, встретил его на улице, разговорился и привел домой, так как юный Марко Поло уже долго не спал и ел в последний раз сутки назад. Бабуля налепила пельменей, дед достал свою вишневую наливку и показал истинное гостеприимство. Муж был переводчиком, и мы узнали, что путешественнику всего 20 лет, он ездит по миру, чаще автостопом или поездом, фотографирует людей. Доезжает до столицы, отдыхает там, может сделать выставку, потом собирает вещи и снова едет дальше. Отчаянный, хоть и молодой. Я бы не смогла так жить, но такие бесстрашные люди, конечно, очень вдохновляют. А Марко Поло выспался, позавтракал, сфотографировал нашу семью и муж отвез его на станцию. Решила написать об этом, потому что сегодня на почту пришли фотографии, которые он тогда сделал. И у посылки не было обратного адреса, значит, Марко постоянно куда-то идет.

Зима. Вечер. Такси.

Проезжаем мимо табачного киоска. Водитель просит разрешения остановиться на минутку, типа сигарет купить. Я киваю головой, мол не против.

Через какое-то время возвращается, плюхается на сидение, и быстро, очень быстро едем минут 5. Я никогда не смотрю, и особо не разговариваю с таксистами, но тут чувствую что-то странное происходит.

Скорость резко падает, такси останавливается и мужик начинает ощупывать (не меня) все вокруг. Руль, бардачок, сидение. Потом поворачивается ко мне и спрашивает:

— А где я Вас подобрал?

И, не слушая ответа:

— Ёёё, точно, та постарше была, и куртка другая, блииин! — разворачивается и едет обратно до киоска.

А там, ну Вы поняли, мечется возле такого же такси водила с блоком сигарет в руке.

Наблюдал на днях человекообразное поведение животных.

Конец июля, жара, на пустыре под домом осталась одна лужа, довольно огромная. По берегам ее сидели три вороны, на равном удалении друг от дружки. Пол их мне остался неизвестен, чисто по поведению назову одну из них вороном. Он яростно долбил клювом черствую буханку, понемногу размачивал ее в луже. Отщепив очередной кусочек, перелетал с ним то к одной вороне, то к другой, широко распахнув крылья и распушив хвост. Величественно приземлившись перед подругой, вкладывал ей хлеб из клюва в клюв подолгу, будто целуясь. Выглядело это очень нежно и трогательно. Закончив церемонию, летел обратно к буханке и долбил ее снова.

Но вот он подустал — ломоть отщепил, да так и остался на своем берегу. Поглядывал то на одну ворону, то на другую. Заманчиво вертел хлебом в клюве. Наконец одна из них не выдержала и перелетела к нему. Вторая горько каркнула и улетела прочь. Трагедия!