У моей жены — маленькая грудь.

Лежу я как-то в госпитале, а по соседству со мной парень лежит, койки через тумбочку. В палате помимо нас одни старперы, вот мы и разболтались с ним по душам, о том, о сем. А у него шрам на носу, неаккуратный такой. Я спрашиваю — откуда да почему. Да это, говорит, жена моя изобразила. Она у меня из-за размера груди сильно нервничает. Очень сильно. Я говорю — она же приходила к тебе в палату, нормальная у нее грудь! Вата там, она с ватой ходит, отвечает. И рассказал.

"Поскольку груди у жены практически нет, всякие разговоры, телепрограммы с грудастыми тетками и просто косые взгляды на улице категорически запрещены. Уговоры и клятвы о том, что ее грудь ему очень нравится, заканчиваются обычно истериками и битьем посуды. И вот как-то прихожу я домой поздно, с дружеской попойки, жена уже спит. Голенькая вся такая, лежит сопит себе. Я плюхаюсь рядышком ничком, начинаю гладить. Она замурлыкала, а я да и скажи — как же я люблю твою грудь! Оказалось, спала она на животе+

И началось+ Жена в ярости хватает с тумбочки будильник — и мне по роже. Вопли, крики, давай вещи собирать... А я чую — носу больно, мочи нет. К зеркалу, а там — стрелка минутная в носу торчит! Попробовал вытащить — не могу! Я к жене, говорю, ты хоть стрелку-то вытащи перед уходом, зараза психованая!. Нифига, хлопнула дверью и оставила погибать, как дятла.

Попробовал еще, а стрелка она же как гарпун, застряла и ни в какую. Я давай в скорую звонить, говорю — у меня в носу стрелка от будильника застряла, помогите, доктор! Скорая давай ржать, че, говорят, мужик, сам не в силах выдернуть? У нас полный город инфарктников, а ты со своей стрелой, Амур б...!!! Ну, повесил я трубку, взял бутылку водки и к соседу.

Прикинь, два часа ночи, открывает сосед дверь — там я, красивый такой, в одной руке бутылка водяры, в другой — два стакана, а в носу стрела. Сосед в икоту, что, спрашивает, время пить херши? И кулаком рот зажимает, гад+"

Это мы щаз ржом себе спокойно, а в палате ночью все спят, он мне все это шопотом рассказывает, возмущаеца, заново все переживает+ Я лежу, в подушку зубами вцепился и ржу, больных-то будить нельзя".

Дело было прошлым летом. В субботу, рано утром, часов этак в 9, мы с друзьями выехали из Москвы чтобы присоединится к уже тусующимся с пятницы на даче студентам-одногруппникам. Когда до пункта назначения оставалось минут десять езды, получаем звонок с просьбой купить чего-нибудь к шашлыкам, ну, например, красного вина. А надо сказать, что дача была в какой-то уж очень деревенской местности с одним единственным магазином типа сельпо. Останавливаемся, заходим в магазин. За прилавкам огромная сельская бабища со следами серьезного отдыха на лице, за ней — огромная полка с батарей всевозможных бутылок спиртных напитков, надо сказать, были и дорогие. В магазине с утра пораньше уже тусуются пара местных аборигенов с красными носами. Между нами и продавщицей происходит приблизительно такой диалог:

МЫ: Доброе утро, скажите, у вас Божоле есть?

На что тетка отвечает, даже не оборачиваясь к полке: Божоле? А Божоле уже... РАЗОБРАЛИ!!!

В детстве в наше садовое товарищество по средам приезжала машина с молоком. Она приезжала к десяти, но в девять все уже были на маленькой площади со сторожкой, занимали очередь, болтали, делились новостями. Тогда это был огромный дефецит, давали всего один литр в одни руки. Поэтому меня брали всегда с собой, хотя мне было года четыре, у меня тоже был свой бидон, и я, важная такая, ходила и ждала вместе со всеми, когда же будет молоко. Иногда соседский дедушка, который меня очень любил, покупал мне жвачки по рублю в стоящей рядом палатке. Когда в наши ворота заезжал молоковоз, все сразу радовались, строились в очередь. Я помню этот прекрасный запах свежего молока. Как молочница наматывала на кран свежую марлю, чтобы его процедить. Набрав молока, мы ждали наших соседей и медленно шли домой, болтая о пустяках. И я знала, что сегодня и завтра будет моя любимая геркулесовая каша на молоке, а, может, и целый стакан просто, чтобы попить и насладиться вкусом.

Чрезвычайно полезно в жизни правило "[ч]удак в одном — [ч]удак во всём".

Формулируется оно так:

"Пренебрегать чувствами, интересами и границами других людей — это в случае взрослого человека не поведенческая ошибка, а выбор личности".

Тот, кто хамит, ещё и плохо работает, нечестен, не возвращает долги, склонен к изменам, постоянно попадает в происшествия на дорогах и т. д.

А отличаются ошибки и выбор личности тем, что ошибки сопровождаются сожалением, и их стараются не повторять. А выбор личности, если и сопровождается какой-то рефлексией, то в основном самооправданием.

И если взрослый человек единожды демонстрирует вам пренебрежение вашими интересами, чувствами или границами и не демонстрирует немедленных искренних сожалений по этому поводу, то это не ошибка, а часть личности [ч]удака, который будет делать это и дальше.

Так что [ч]удак — это психологический термин. И это навсегда.

Забочусь о ребёнке моего страшного брата ещё со школы. Когда он родился, брат с супругой скинули младенца на моих родителей, а сами свалили за бугор "работать". Мои родители не были рады новоиспеченному внуку, поэтому абсолютно все заботы о нем переложили на меня, за исключением того времени, пока я был в школе. Уже 10 лет я в прямом смысле занимаюсь его воспитанием и обучением.

Мне 25 лет, а я не могу съехать от родителей, потому что должен полностью следить за пацаном. Родители тоже странные, съехать с ним не дают, а вот помочь мне хоть с чем-то, что касается мальчика, не хотят. Больницы, запись в садик, в школу, в кружки, гуляние, досуг, обучение — занимаюсь этим я. Брат с женой приезжают раз в год, повидаться с сыном. Мальчик в них не видит родителей, они для него чужие. И я его понимаю: родители кинули, не звонят, появляются только на новый год, к себе не забирают, зато там ребёнка заделали и спокойно растят.

В общем, не знаю, как дальше быть. Чувствую ответственность за него, он ко мне очень привязан, но и мне тоже хочется начать строить свою жизнь, но если оставлю его с родителями, то сильно сомневаюсь, что они будут хоть как-то за ним следить. Я запутался.