Свёкор и свекровь моей двоюродной сестры были людьми весёлыми, остроумными и хлебосольными. Застолье в их доме гарантировало всем гостям не только обилие вкусной еды, но и много юмора и смеха. Крепкая любовь супругов не мешала им подтрунивать друг над другом, причём остроты и шутки балансировали порой на грани фола, но обид не было никогда. В этих игривых состязаниях не было проигравших, а было два счастливых победителя.

Сергей — так звали свёкра — был геологом. Однажды в экспедиции где-то в армянских горах на него напал выскочивший из пещеры медведь. Всё случилось внезапно, и возможности бежать или каким-либо другим способом уклониться от нападения у Сергея не было. Медведь сразу же начал его подминать, кусать и терзать. Сергею не оставалось ничего другого, как пустить в ход геологический молоток. Получив железный удар в морду, хищник отскочил назад, а потом стал быстро убегать прочь.

Сергея с многочисленными ранами доставили в больницу. Друзья и родственники толпились у палаты, но внутри разрешено было находиться лишь Джульетте, жене Сергея. Её былая весёлость улетучилась, лицо покрылось печалью и оттого выглядело неузнаваемым. Она не отходила от мужа ни на минуту, молясь, чтобы он выжил.

Через несколько дней Сергей пришёл в себя. Медленно открыв глаза, он увидел Джульетту. Её лицо было заплакано, но светилось радостью.

— Ты до такой степени несносный, — сказала она, вытирая слёзы, — что даже медведь не захотел тебя есть.

Сергей улыбнулся одними глазами, облизнул высохшие губы, а потом тихо произнёс:

— Если я столько лет тебя выдерживаю, то что мне стоит с медведем справиться?!

Отпросилась с работы к стоматологу, иду обратно, решила зайти в магазин. Чтобы представили картину: старые пятиэтажные дома: с одной стороны подъезды, или парадные, как кому приятнее, с другой стороны магазины- обычно, продукты. Но смысл прост- хочешь попасть в магазин- преодолей десять ступенек. Подхожу, поднимаюсь, и, о ужас! Я попадаю

Как известно, Ростислав Плятт и Юрий Никулин были близкими друзьями. Они соседствовали по дому, который располагался на Малой Бронной и нередко, когда выпадала такая возможность, друзья собирались за "чашкой чая", при этом, само собой, без анекдотических ситуаций такие встречи редко обходились.

А ещё они оба любили шутки и розыгрыши. И вот однажды Ростислав Янович достал для семьи Никулиных билеты на спектакль "Дальше — тишина" — попасть на который было невероятно сложно. Перед спектаклем Плятт спросил у Никулина: "Кого из вашей семьи вставить в пьесу? "На что Юрий Владимирович не моргнув глазом ответил: "Вставь Марию Петровну, мою тещу". Тещу, так тещу...

И вот, во время драматического монолога, стоя у окна, Плятт, играющий американского старика, вдруг говорит: "Противный дождик все еще идет. А бедная Мария Петровна выгуливает собачку Кутю", — и далее по тексту пьесы. Удивительно, но публика ничего не заметила — настолько ловко, не нарушая заданной интонации, ввернул Ростислав Янович в текст зарубежной пьесы московскую Марию Петровну с Кутей.

Никулины тряслись от смеха, а бедная Мария Петровна замерла, не веря услышанному: "Что, что он сказал? Это про меня? " – шепотом спрашивала она дочь. "Про тебя, про тебя", — сквозь смех, душивший ее, ответила та. Спектакль запомнился Никулиным надолго!

Никто из моих родственников не одобрял и не одобряет моё увлечение Стивеном Кингом, мол, эти книжки делают тебя жестокой. Но именно благодаря им мне удалось "свергнуть" домашнюю тиранию.

Сколько себя помню, отец постоянно пил. Обычно просто приставал ко всем, цеплялся, пытался учить жизни; когда сильно напивался — бил меня и маму. Я его боялась и ненавидела, но боялась всё-таки больше, не могла дать отпор. Когда мне было 15 (я заедала стрессы и весила около 90 кг при росте в 152 см), он набрался так, что начал гоняться за матерью с ножом. Я в это время сидела во дворе, читала Стивена Кинга (жили в частном секторе, в своём доме). Когда мама выбежала на улицу, отец погнался за ней и ударил ножом по руке. Я начала её защищать, в итоге эта тварь попыталась и меня зарезать. Если бы не книжка, которую я читала (там тоже было про маньяка с ножом), мне бы не хватило духу надрать отцу рожу. В итоге у него был сломан нос, челюсть, запястье и три ребра. Уже пять лет спиртного в рот не берёт.

По части хозяйственности, я девушка, прямо скажем на любителя. Единственное, что люблю делать по дому — это мыть полы. Как выражаются комментаторы на греко-римкой борьбе, встаю в партер (в простонародье раком или в колено-локтевую позицию, если вы девственник-эстет) и до блеска натираю пол, время от времени поглядывая в зеркало, хорошо