Долго ленился написать, но совесть взыграла.
Живу в своем доме в ближнем подмосковье. Газ магистральный, ну и отопление соответственно. Ну вот, сижу, никого не трогаю. Тарабанят в дверь. Открываю. Плюгавенький мужичок размахивает корочками – я, де, пожарный, из мособлгаза, пришел тебя буржуя проверять нах. Ну, раз такое дело, заходи, бум проверяться. Дальше начинается чистый Кафка.
— А вот у вас котел импортный, на него сертификат есть?
— Да, вот пожалуйста.
— Так… хорошо… А у фирмы которая его ставила лицензия есть?
— Да, вот копия.
— Ага. Ну что, смотрим дымоход… Да, хороший дымоход, небо видно. И сажи нет почти. Чистите что ли? Ладно. А вот вентиляция?
— Ну вот.
— О! (чиркает зажигалкой, пламя сдувает) Епт! И правда вентиляция. Так что же еще… Ведь еще что-то… А! А заземление?
— Ну вот.
Лезет в чемоданчик, достает тестер.
— Блин! И впрямь заземление : ( Так, что же еще-то было? ... А! А электроемкость дома у вас просчитана? Это очень-очень важно. Но сложно…
Тат я начинаю злиться. Вот не люблю когда меня на понт пытаются взять так дешево. Ладно, беру лист бумаги.
— А чего тут сложного-то? Сейчас и посчитаем.
Выписываю какой-то совершенно безумный интеграл. Но красивый такой, по замкнутому контуру. Благо за плечами Физтех и кандидатская степень. Делаю пару совершенно идиотских преобразований.
— А вот теперь, говорю, мужик, смотри. Высота по коньку 14 метров – коэффициент такой. Дом 10х10 – подставляем. Крыша железная – ну ты понял. Короче, получается примерно 0. 02 микрофарады.
— Да... Ну… Ну где-то так обычно и бывает.
В общем, денег я ему не дал. Ибо нефиг. А вот листок с тем интегралом он таки умыкнул. Вот смеху-то будет для кого-нибудь понимающего.
Лучшие анекдоты из жизни
18 марта 16
* * *
Огребу я сейчас минусов по полной и от семитов, и от антисемитов. Объединятся в едином порыве. Ну да и фиг с ним, история хорошая, и вообще не моя — ее рассказала моя мама.
Ростов-на-Дону немцы в последнюю войну брали дважды. Наши их, естественно, столько же раз оттуда вышибали. После такого в городе мало что осталось. Дети из маминого класса в послевоенные годы ходили в обносках — отцы кто погиб, кто в лагерях. И надо же было такому случиться, что оба выживших папы класса оказались еврейской национальности. Оба были снабженцами. Их дети были одеты по тем временам очень неплохо, хорошо питались и держались гордым особняком. Сами папы были толстоморды, с очень сообразительными бегающими глазками. Мамин одноклассник Лева Кацман, у которого отец на фронте погиб, этих пап на дух не переносил. "У, жиды! " — говорил он. Мама однажды возмутилась: "Это плохое слово! Как ты можешь, ты же тоже еврей! " В ответ Лева сказал: "Никаких тоже! Это я еврей. А они — жиды! "
* * *
Похоже на анекдот, но это правда.
Бизнес-центр в мраморе и темном стекле. Тротуар вокруг отделан гранитом под шахматную доску. У БЦ официально своей территории вокруг нет. Со стороны переулка — курилка. Работающие в БЦ дымят только там. Но народ-то вокруг ходит, в том числе и с цыгарками в зубах.
Новый начальник охраны принял положении о курении только в специальном месте близко к сердцу, навтыкал охранникам и...
Весенний день, тепло, в курилке пригламуреные девицы, мальчики и дядечки в пиджаках, галстуках, лаковых ботинках, деловые строгие дамы — обычно с мобилой или планшетом. Курят, решают вопросы меж собой или по гаджетам, кто-то успевает прихлебывать кофе из картонного стакана.
Вдоль стен хромой тенью скользит нечто тощее в старенькой ветровке, джинсах и жеваных кроссовках. Левая рука опущена в карман. В зубах что-то вроде ЛД (судя по вонючести). Охранник с мордой английского мажордома преграждает ему путь:
— Курение на территории БЦ только в строго отведенном месте! Я
— Пааашел на хер! Твоя территория внутри! — рявкает тощий и рвется вперед.
Охранник не пропускает. Тогда тощий коротким ударом с правой валит этот шкаф и уматывает на второй космической.
Страж бизнесменов садится на отбитую задницу, рыча тихим матом (громким — премии лишат, нельзя охране БЦ нецензурно выражаться при клиентах) и довольно внятно обещая тощего отловить и ... . рррры! ... . рррры!
На другой день ситуация повторилась, только охранник был другой и упал не так удачно — оцарапался об угол и сразу помчался докладывать.
К пятнице охрана бдила на переулке, и в узком месте между стеной и парапетом веранды кафе тощего отловил сам шеф с тремя бычарами, в их числе был и Ободраная Щека.
— Так это вы тут руки распускаете, гражданин? — осведомился биг босс гвардии.
— А нех@й вы@бываться. — огрызнулся герой дня. — Ваша территория где? Вон, внутри. А то, что вы городской тротуар своей сортирной плиткой испоганили, вам права тут не дает.
— А вот мы сейчас полицию вызовем и вас за нанесение телесных повреждений... на пять лет. — гаденько ухмылялся главный цербер.
— Даааа? Вызывай, @б! Вызывай, х@ли расперся, как ж@па на поносе?! Вызывай! Звони! Ща тут цирк будет, ох@еешь на пять лет!
К этому времени вся курилка и кафе смотрели на развернувшееся действо. Одна деваха искренне восхитилась выражением про ж@пу — мол, даже на севере такого оборота не слыхала.
— Уверен?
— Да!
— А почему — цирк? — поинтересовался начальник. — Что смешного в протоколе?
Тощий вытащил левую руку из кармана. Кисти не было — рука заканчивалась культей. Затем он пальчиками правой подернул правую же штанину и стали видны металлические трубки старого протеза.
В повисшем пеленой всеобщем охренении было слышно как икает поцарапаный в среду охранник, судорожно двигая челюстью.
— То есть ТЫ и ТВОИ МОРДОВОРОТЫ заявят, что им регулярно выписывает п@зды однорукий и одноногий инвалид? Во менты поржут. Да и судья. А уж как твое начальство развеселится... Ой...
— А чего ты тут ходишь? — только и смог сказать шеф охранников.
— Работаю я, блин, на этом районе, понял?! Мне твой гадюшник никак не обойти, воткнули прям на дороге.
Охрана молча развернулась и скрылась в боковых дверях.
Тощий так и ходит мимо БЦ утром и вечером. В потертой ветровочке, джинсах и с неизменной сигаретой.
* * *
В одной деревеньке, еще в 90-ые, после развала всего чего только можно, местным мужикам дали землю в собственность, все равно бурьяном поросла.
Мужики были непьющие, работящие. Стали пахать, сеять, урожай собирать, в общем, жизнь у них стала налаживаться.
Тут появляется один тип из Москвы, наглый, скользкий, хитрож@пый. И начинает с бумагами крутить-вертеть. С начальством районным снюхался.
Хочет землю у мужиков отобрать, на себя оформить, а деревенских наемными к себе взять за гроши работать.
С мужиками даже разговаривать не собирается, мол, они ничего тут не решают, чего скажут, то и будут делать. Контору себе начал строить кирпичную, стены первого этажа уже поднял.
Деревенским, естественно, на дядю за кутарки батрачить не хочется. А что делать? Решили пугануть, типа, ты нас лучше не трогай, мы за свою землю глотку кому хочешь порвем. Вали лучше отсюда, предупреждать больше не будем. А его разве этим возьмешь. Он им в ответ что-то вроде: «Вы колхозники, как коровы, только на вид опасные». Поскалился и уехал. А пугать мужикам кроме слов было действительно нечем, ружья даже ни у кого не было. А тут, минимум, чтоб с гарантией, десяток Калашниковых нужен.
Подумали мужики, подумали и поехали на полигон. За три мешка картошки, в те не очень сытые времена, дали им насобирать два ведра стреляных пуль и мешок гильз.
Выбоины от пуль, на стенах строящейся конторы, наколупали молотком. А сами пули насыпали вдоль, а в метрах пятнадцати, разбросали гильзы.
Приехал этот хапуга к своей конторе, вышел из машины. А стены изрешечены в дребезги, кругом стреляные гильзы и череп с костями нарисован.
Шуганулся он по полной, без всяких скидок. Потому как ломанулся из деревни напрямик — через березовый молодняк. Бампер и зеркала там оставил, зато в деревне больше не появлялся.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100