напротив, только что громко продавший все свои акции Старлинка, на станции вскакивает и убегает из вагона в сторону ближайшей электрички на Вашингтон. За деньгами, наверное. Вместо него заходит парень. На вид лет 20 — 30, я плохо разбираюсь в зумерах. Падает на сиденье рядом со мной. Ну как падает, скорее это похоже на свёрнутый ковёр, который приложили к сиденью. И не просто приложили, а ещё и закрутили штопором.

У парня звонит телефон, я мысленно достаю баскет с попкорном.

— Да, алло..

— …

— Не могу говорить, я в метро.

— …

— Нет.

—...

— Нет.

— …

— Ничего не случилось.

— …

— Ссать хочу, умираю.

— …

— Нет.

— …

— Хорошо.

— …

— Хорошо. Как только поссу, перезвоню.

На остановке молодой человек вскакивает и кабанчиком вылетает из вагона, а я еду дальше в глубоком раздумье. Вот кто ему звонил, мама или жена?

сто рублей при цене билета в сто рублей. Тебе вернули твои же деньги и торжественно объявили победителем. Осталось научиться так же выигрывать зарплату в банкомате.

А потом сравнил лотерею с настоящими азартными играми и обнаружил занятную вещь: всё, за что я её ненавидел, как раз и делает её сравнительно безопасной.

Рулетка — игра для любителей порулить. Сам выбираешь, насколько будет страшно. И главное, там есть возможность поставить всё на кон. Поставил зарплату на красное: ладони мокрые, сердце стучит где-то в ушах, шарик скачет по лункам, как пьяный кенгуру, и через десять секунд ты либо бог, либо голый. Бог хочет повторить. Голый хочет вернуть штаны. И оба бегут к столу наперегонки, толкаясь локтями.

А теперь сыграйте ва-банк в лотерею. Купите билетов на всю зарплату, по-гусарски.

Не выйдет. Ставки "удвою или потеряю" тут просто нет. Один билет, скорее всего, даст ноль. Сто билетов, скорее всего, вернут процентов сорок. Тысяча билетов даст примерно те же сорок, только результат станет более предсказуемым. Конечно, можно сорвать джекпот. Но если вы всерьёз на него рассчитываете, зачем вообще покупать тысячу билетов? Купите один и сразу планируйте яхту.

Лотерея — удивительная игра, где чем больше покупаешь, тем точнее проигрываешь. Закон больших чисел стоит в дверях, как вахтёрша, и не пускает никого ни в боги, ни в голые.

"Ага, — скажет знаток, — а слоты? Там ведь тоже редкий джекпот и куча мелочи". Форма та же, да. Только слот отдаёт не половину, а девяносто с лишним процентов. И это не доброта, это сервис.

При такой отдаче деньги в автомате не тают, а пляшут. Минус, минус, плюс пятьсот! Минус, минус, минус, плюс двести! Баланс скачет, как кардиограмма влюблённого. Каждый взлёт шепчет: "Видишь, получается". Каждое падение шепчет: "Ну не уходить же в минусе, сейчас отобьёшь". Автомат с человеком не спорит, он с ним флиртует: то даст, то отнимет, то подмигнёт двумя вишенками из трёх. И человек сидит, пока не кончится не азарт, а зарплата. Потом кредитка. Потом кредитка друга.

В этом и фокус: лотерея просто отнимает деньги, а автомат отнимает их так, чтобы ты как можно дольше не понял, что тебя раздевают. Девяносто пять процентов возврата звучат щедро. Только возвращают их не для того, чтобы ты ушёл, а чтобы поставил снова. И снова. И снова. Одни и те же деньги проходят через автомат по кругу, с каждым оборотом немного худея. Пока ты радуешься выигрышам, автомат спокойно доедает остатки.

В лотерее баланс не пляшет. Он спускается по лестнице. Стёр — минус. Стёр — минус. Стёр — "Ура, сто рублей! ", то есть ноль. Стёр — минус. Ни взлётов, ни флирта, только эскалатор вниз, по которому даже бежать обратно бессмысленно.

Слоты — это керосин. Горит ярко, долго, красиво, и если заиграться, можно сгореть вместе с квартирой. Лотерея — отсыревшая спичка. Чиркнул, пшикнула, погасла. Палец обжечь не успел, только спичку жалко.

И тут я впервые задумался: а вдруг государство не просто так разогнало казино по игорным зонам, а лотереи оставило в каждом киоске? Вдруг это не жадность, а хитрая система профилактики?

Настоящий вирус держат на карантине за тысячу километров, а населению продают ослабленный штамм. Зубы подпилены, порох отсырел, зато всегда в наличии. За деньги, разумеется. Бесплатная вакцина против жадности была бы уже перебором.

Лотерея — это живая ослабленная лудомания. Та же надежда "а вдруг", только без бешеных качелей. Человек заражается, температурит до 37, 1, стирает стопку билетов и, если повезёт, выздоравливает с иммунитетом: игра — это когда деньги уходят. Без драмы. Просто уходят, помахав ручкой.

Правда, у прививок бывают побочки. Кто-то годами долбится в вату: вроде ни разу не больно, а лоб потихоньку стирается. Кто-то привязывается к выигрышам по сто рублей, как собака к косточке, которую ей каждый раз выдают из её же миски. А кому-то в вате становится скучно, и он идёт искать керосин. Для него прививка оказалась дегустацией.

Конечно, на лотерее тоже можно разориться. Но чтобы оставить в киоске пятьдесят миллионов, придётся стереть столько билетов, что монетка протрётся до дырки, палец превратится в наждачку, а продавщица успеет выйти на пенсию. В казино с такой задачей справляются куда оперативнее. Там вообще сервис на высоте.

Так что от своих слов я не отказываюсь: лотерея — налог на глупость. Просто это сравнительно дешёвый способ убедиться, что азартные игры придуманы не для обогащения игроков. В казино урок может стоить квартиру. В слотах — несколько зарплат и нервов. А у лотерейного киоска его иногда выдают за пару тысяч рублей.

И ещё сто рублей сдачи дают. С поздравлением.