Как-то июльским вечером вышел со своим малым прогуляться. Без мамы, моей дражайшей супруги. Малому 10 лет. Прекрасный вечер! Безветрено, зелено, солнце приближается к закату… Жара прошла… В общем, один из тех вечеров, когда вечерний эфир струит зефир. Гуляем. У меня в руках уже вторая бутылочка холодного пивасика, малой доедает вторую порцию своего любимого мороженого. О, нет! – у нас всё по-честному))) – как бабе цветы, а детям мороженое, так и у нас с малым – сынок, давай-ка я тебе возьму два мороженых на выбор, а я себе пару бутылочек пива, и мы маме ничего не скажем, не будем же её расстраивать? Возьмём? Договор? Молчок? Лады! Мужик растет – своё слово сдержит, маме точно ничего не скажет. Но не об этом речь.
По ходу прогулки заходим на школьный двор. Я уже немного под шафе, ну не так, чтобы уже выпимши, но полторы бутылочки пива уже приятно шумят в голове. На спортплощадке школьного двора пацаны лет 15-ти бросают баскетбольный мяч в кольцо. По очереди. Тренируются, играют. Молодцы, ребята – лучше спорт, чем сигареты и алкоголь, так держать! Мой малец, конечно же, увидев это, сразу же решил присоединиться. Ну, пацаны не жадные, дали ему мячик побросать пару раз. Смотрю, как-то у него коряво выходит. У меня сразу же врубился режим Учителя. Сам-то я последний раз баскетбольный мяч в руках держал разве что в школе, на уроках физкультуры, но надо Учить и Наставлять, да и самому, если честно, тоже интересно попробовать – каково это оно, спустя столько лет – кидануть мяч в корзину? … А незадолго до этого в журнале "Менс Хелс" (есть такой журнал для мужчин, на мужские темы, про здоровье и всякое, но без п@рнухи) прочитал статью (с картинками и стрелочками) о том, как правильно бросать баскетбольный мяч в кольцо — ну стойка там правильная, как правильно присесть, сгруппироваться, прицелиться и пр.. Вооружённый такими теоретическими знаниями, смело подхожу к малому. "Неправильно делаешь. Давай-ка сюда мяч. Смотри как надо. На меня смотри. (беру мяч) Стать надо вот так (принимаю стойку), группироваться надо вот так (группируюсь), мяч надо держать вот так, целиться вот туда, и бросать надо вот так! "БРОСОК!.. Пока мяч летит, в голове уже крутится вихрь отмазок на случай промаха – что, мол, мяч нестандартный, щит кривой, и вообще – погода, типа, нелётная, и вообще — устал. Публика, услышав и увидев мои советы для малого, с интересом и со снисхождением (что, мол, пердун старый может? , но да уважим старость) наблюдает за полётом мяча.. Пролетев положенную траекторию, мяч, не ударяясь о баскетбольный щит, попадает точно в кольцо… Нет. Не так. После моей, видимо, высокопрофессиональной спортивной (на уровне МС или КМС)) подготовки к броску, и грациозного, как прыжок пантеры, броска, мяч по эффектной параболе влетает точнёхонько в самый центр кольца, не задевая бортов. Настолько точнёхонько, что даже веревочная сетка на кольце, после прохождения через неё мяча, лишь слега вздрогнула с тихим шелестом… Это был МИГ моей СЛАВЫ! Секундная тишина.. При полном молчании мяч ударяется об асфальт под стойкой.. Подпрыгивает, ещё раз ударяется, и ещё… И тут эту пацанскую и девчачью публику прорывает: "Ух ты!.. Вот это да!.. Ты видел? "… То, что в глазах своего малого я сразу стал Чемпионом, так это ничего не сказать. Эти восхищённые глаза… Его выразительный и гордый взгляд в сторону компании подростков, типа "Смотрите, какой у меня ПАПА, куда вам до него! "
Подняв стоящую рядом с ногами бутылочку пива, отхлебнув из неё, сделал скучающий вид (и покрылся холодным потом от переживаний))), я спокойно сказал "Вот так надо, сынок!"... "Папа, папа, а покажи ещё раз! " — восторженно затребовал он. Да и публика не возражала, с уважением ожидая продолжения банкета… Ага, щас! Понимая, что следующий мой бросок, с высокой долей вероятности, может закончится разве что попаданием в забор)), я отказываюсь — что мол, некогда, только что вспомнил, что надо срочно бежать к дяде Стасу, короче, пойдём, в следующий раз как-нибудь, и невежливо так надолго забирать мяч. Ушли мы под восхищённые взгляды этой группы подростков. Пусть гадают, какой МС международного класса мимо них случайно проходил. Ну или может КМС какой, на худой случай))). Но зато уж точно, наш, родной, местный, и не хуже ихнего Джордана!))
Уж что-что, а чему рад, так это тому, что сына и эту компанию своим примером я неплохо (пусть и случайно) замотивировал на дальнейшие, более энергичные занятия по самосовершенствованию в спорте – шутка ли, они, в поту, бросают мяч в корзину, попадают раз через раз, а тут, какой-то проходящий, уже совсем немолодой мужик, абсолютно не напрягаясь, без подготовки, сразу берёт рекорд. Есть ещё чему поучиться!.. Докажем, что мы лучше! … Правда, с пивом немного неловко получилось, но думаю, что Джордан тоже иногда (между тренировками) пропускает пару баночек пивка..)))
(С малым я ещё немало занимался — и айкидо, помогал по боксу, шахматы.. Да много чего… )
Что Однозначно – так это пусть лучше молодёжь будет с такой мотивацией (Будем лучше!), и проводит как можно больше времени на спортплощадках, — бросая мяч, занимаясь на турниках (на спор, кто больше подтянется), кто быстрее пробежит или перегонит кого-то, и пр.. Это гораздо лучше, чем постоянно залипать в смартфоны и айфоны, близорукими глазами глядя всякие там тик-токи, и переписываясь ни о чём, и неизвестно с кем. (не говоря уже о более вредных вещах… )
Пусть будут лучше нас! Не обязательно похожими, но лучше нас. А наше дело – их на это мотивировать..
Не скажу ничего нового, если просто напомню, что любительский спорт — это здоровье.
А В ЗДОРОВОМ ТЕЛЕ — ЗДОРОВЫЙ ДУХ! (и здравые мысли!)))
Семьдесят дней сурка
В средне-раннем детстве всё возможно, поэтому всегда есть повод чему-то удивиться. Однажды мой сосед Коржик нашёл в кустах в парке кошелёк. Прибежал во двор и показал нам всем пачку бумажных денег — это времена, когда кино стоило 10 копеек, а мороженка 15. После побежал домой и, как примерный мальчик,
сдал всё матери. Она купила ему костюм к школе, велосипед, чего-то там себе... Одну трёшку он утаил, и мы сходили в кино и обожрались пироженками и обпились лимонада.
Но! Это было только начало. Старшаки нам разъяснили, что один кошелёк хорошо, а один каждую неделю гораздо лучше! Самое главное — системный и систематичный подход. Таки мы подошли к вопросу очень даже системно — с позиций здоровой метафизики, космогонии и стохастики, недоступной пониманию взрослых. Т. е. если кошелёк набитый лавандосом появился под кустом один раз, то должен появиться ещё. Он может, каждую неделю там генерируется, просто кто-то другой, падло, на нашей территории находит — о! идея! надо организовать дежурство! — и, кстати, организовали.
А Коржик задолбался в ковырнадцатый раз рассказывать, во что он был одет в тот день, куда шёл, сколько мелочи у него было в кармане на момент находки, сколько дней назад он подстригся, что поел на завтрак, как покакал и т. д. Кстати, в народном фольклоре, говно и деньги неразрывно связаны прочной причинно-следственной бечевой.
Бедолага был ввергнут в принудительный режим повтора, когда под неусыпным контролем придирчивой комиссии из старших дворовых пацанов он тщательно, шаг за шагом, повторял все перипетии того дня. "Ой, я ж тебе щелбан поставил тогда, помнишь? " — восклицал Борька. Несчастный Коржик понуро кивал головой и получал звонкого щелбана во второй, но не в последний раз — как только какая-то деталь вспоминалась и монтировалась на законное место в хронометраже, все последующие инсценировки уже включали в себя эту деталь. Длилась эта вакханалия недели две, пока самые упёртые наконец не сдались, поняв, что ключ мы, видимо, никогда не нащупаем. А потом кто-то очень продвинутый подал идею, что всё как-то увязано с фазами луны, так что всё завертелось по новой, и ещё пару месяцев мы бдительно дежурили в парке, изредка спугивая слабонервных алкашей.
как Великий Гетсби стал великой американской классикой
1925 год. Скотт Фицджеральд публикует свой роман и ждет триумфа. А получает... сдержанную реакцию критиков и жалкие 20-40 тысяч проданных экземпляров. Читатели прошли мимо. Когда Фицджеральд умер в 1940 году, он был искренне убежден, что вскоре все его забудут. И, казалось,
так оно и есть — "Гетсби" тихо пылился на складах, доживая свой век.
А потом случилось чудо, которое сам Фицджеральд не мог бы вообразить.
Начало 2-й мировой, в Нью-Йорке собралась компания издателей, редакторов, библиотекарей и производители бумаги. Они назвались "Совет по книгам военного времени" и озвучили цель: дать каждому американскому солдату по книге. Потому что книги — это же тоже оружие, только против скуки и уныния. Да и бизнес надо двигать
И вот тут начинается самое интересное. "Великого Гэтсби" включили в программу вовсе не за художественную ценность. О, нет! Причины были до смешного приземленными:
Нужно было заткнуть дыру. Список "легкого чтива" для бойцов внезапно закончился, а под рукой не оказалось ничего подходящего — пришлось рыться в запасниках.
К началу 1940-х никто не хотел покупать "Гэтсби". Остатки второго тиража мертвым грузом лежали на складах издательства Scribner"s. Включив роман в программу, Совет убил двух зайцев: и солдат обеспечил чтивом, и склад подчистил.
Роман оказался идеально коротким, чтобы сунуть маленькая книжечку в карман военной формы или положить за пазуху
Ещё 155 000 экземпляров, специально отпечатанных для армии, разлетелись по всему миру. Солдаты читали историю о Гэтсби в Европе, в Африке, на Тихом океане. Они зачитывали книгу до дыр, передавали друг другу и писали домой: "Вы только почитайте, что делается! "Так роман, который никто не хотел покупать, превратился в народный хит.
А дальше — как снежный ком. В 1950-х годах, когда ветераны вернулись домой и стали учителями, они включили "Великого Гэтсби" в школьную программу США. И вот тогда-то роман официально объявили шедевром, величайшей американской классикой.
ЗВОНОК
"Звоните поздней ночью мне, друзья,
Не бойтесь помешать и разбудить;
Кошмарно близок час, когда нельзя
И некуда нам будет позвонить. "
И. Губерман
____
Резкий телефонный звонок бесцеремонно выдернул меня из глубокого сна. Я сфокусировал взгляд на экране: 2 часа ночи, незнакомый номер. Блин. Ох, не люблю
я звонки с незнакомых номеров по ночам.
— Але.
— Прости… Это Лена… что так поздно… ыыы… Влад не пришел… не зна-а-аю, что де-е-елать, — женский голос прерывался всхлипываниями и рыданиями. Я тупо пытался понять, какая в [п]опу Лена, почему Влад не пришел, и какова вообще моя роль в этой драме.
Дождавшись паузы, я наконец вставил:
— Все ясно. Теперь давай снова. С самого начала. По порядку.
Потихоньку в моей голове прояснялось. Влад, ведущий инженер телекомпании – мой давний приятель — не пришел домой после корпоратива. Ленка, его жена, волнуется, обзванивает друзей. Ну, поехал продолжать, с кем не бывает. Оказывается, нет. Тот, с кем Влад поехал продолжать, давно дома. И высадил он Влада из такси за 150м до его подъезда.
Так вот. До подъезда Влад так и не дошел. Исчез. Интересно… Особенно, если учесть, что Влад не пьет. У него маленькая дочь, и на подходе второй ребенок. Да. Ленка была глубоко беременной.
Я взял сигарету и вышел на балкон:
— Владу звонила?
— Дааа… Номер не отвечаает, ыыы…
— Дай телефон собутыльника.
Я набрал номер. Долгие гудки. Оппа! Странно, что этот крендель вообще взял трубку – он был пьян в муку. Я терпеливо выслушал душераздирающий сюжет, как две бутылки джина полирнули пивом, потом вызвали такси и потом высадили пассажира. Причем момент высадки Влада он помнил вполне отчетливо.
Я никому не доверяю и привык все перепроверять. Поэтому набрал номер Влада. Снова долгие гудки. Вдруг трубку сняли и раздался резкий отчетливый командный голос:
— Старший сержант полиции Черпаков. Слушаю вас!
Я подавился окурком.
Прокашлявшись, я спросил:
— Могу я услышать Влада?
— Кто его спрашивает? – отчеканил сержант.
Я представился, объяснил ситуацию и спросил, а где, собственно, Влад?
— В вытрезвителе.
— Могу ли я приехать для выяснения обстоятельств?
— Безусловно.
Выяснив адрес, (я не знал, что у нас в городе до сих пор есть вытрезвитель), я положил трубку.
Прикоольно.
Уже через 10 минут я ехал в машине забирать Ленку. Зареванная беременная женщина широко и счастливо улыбалась – муж жив, здоров и в надежном убежище. Действительно. Все страхи позади, осталось только поехать и забрать его. Ага.
Показав паспорта на входе, мы пошли по гулкому, тускло освещенному коридору, выкрашенному в унылый зеленый цвет. Справа и слева находились комнаты с открытыми дверями. Посередине этих комнат стояли кровати с панцирной сеткой, без матрасов. На каждой койке лежал пациент. Кто-то пел, кто-то храпел, кто-то ругался, кто-то тихо спал, кто-то блевал. Особо буйные были зафиксированы ремнями. В воздухе стоял густой запах перебродившего самогона. Издалека была слышна ругань на повышенных тонах. Я признаться уже стал жалеть, что повез сюда Ленку, но она была непреклонна. Дойдя до дежурного, я коротко представился и пояснил, что приехал забрать "потерпевшего".
— Ага. Щазз, — улыбнулся дежурный. И вот тут он ярко, в красках, размахивая руками и документами рассказал всю историю. Он был взбешен, задет за живое, обижен, его лицо пошло пятнами, и он намеревался довести все до конца, поставив в известность руководство фирмы Влада.
Так вот. Пятничным вечером машина ППС привычно патрулировала улицы, когда экипаж заметил странного типа, бредущего по тротуару вдоль дороги. Невысокого роста, полноватый, в дорогом костюме, в руке кожаный портфель. Его сильно штормило, он шел большими зигзагами, смеялся, пел, падал и вновь поднимался. Патруль пристроился за ним и вкрадчиво катился, наблюдая сей театр одного актера. "Надо брать. Наш клиент" — задумчиво молвил напарник. И тут Влад обернулся. И вдруг побежал в сторону своего подъезда, до которого оставалось уже совсем чуть-чуть. Но споткнувшись о собственный портфель, кубарем скатился прямо в руки патрульных. Те профессионально скрутили его и затолкали в машину.
Владу нельзя пить. Неспроста. Он становился омерзительным. Образованный и эрудированный человек, он начинал использовать свой интеллект для виртуозных оскорблений. Всю дорогу до вытрезвителя он издевался над патрульными, над их зарплатами, внешностью, семьями, никчемной и беспросветной работой, убогими кабинетами и вообще над всей безысходностью их жизней. Вопил песню про "нашу службу и опасну и трудну, и на первый взгляд, как будто невидну". И на второй, и на третий… Их уши горели от молчаливой ярости и от попадания в больное.
Я молча слушал дежурного. Мне было стыдно. И я сказал:
— Завтра он выспится и ничего не вспомнит. Вообще ничего. К сожалению. Сержант, давайте я заберу это чмо отсюда. Я лично начищу ему рыло, когда он проспится. Обещаю.
Я молча отвез их домой. Влад больше не пьет. У них с Ленкой родился сын. Тот вытрезвитель закрыли.
А я иногда вспоминаю те самые камеры с панцирными койками…