Вертинский вспоминал:

"Однажды в "Kaзбеке", где я выступал после часу ночи, отворилась дверь. Было часа три. Мне до ужаса хотелось спать, и я с нетерпением смотрел на стрелку часов. В четыре я имел право ехать домой. Неожиданно в дверях показался белокурый молодой англичанин, немного подвыпивший, весёлый и улыбающийся. За ним следом вошли ещё двое. Усевшись за столик, они заказали шампанское. Публики в это время уже не было, и англичане оказались единственными гостями. Однако по кабацкому закону каждый гость дарован Богом, всю артистическую программу нужно было с начала и до конца показывать этому единственному столику. Меня взяла досада. "Пропал мой сон! " – подумал я. Тем не менее по обязанности я улыбался, отвечая на расспросы белокурого гостя. Говорил он по-французски c ужасным английским акцентом и одет совершенно дико, очевидно, из озорства: на нем был серый свитер и поверх него... смокинг.

Myзыканты старались: гость, по-видимому, богатый, потому что сразу послал оркестру полдюжины бутылок шампанского.

– Что вам сыграть, сэр? – спросил его скрипач-румын.

Гость задумался.

– Я хочу одну русскую вещь... – нерешительно сказал он. – Только я забыл её название... Там-там-там-там!..

Он стал напевать мелодию. Я прислушался. Это была мелодия моего танго "Магнолия".

Угадав ee, музыканты стали играть.

Мой стол находился рядом с англичанином. Когда до меня дошла очередь выступать, я спел ему эту вещь и ещё несколько других.

Англичанин заставлял меня бисировать. После выступления, когда я сел на своё место, англичанин окончательно перешёл за мой стол, и, выражая мне свои восторги, между прочим сказал:

– Знаете, у меня в Лондоне есть одна знакомая русская дама, леди Детердинг. Вы не знаете ee? Так вот, эта дама имеет много пластинок одного русского артиста... – И он с ужасающим акцентом произнёс мою фамилию, исковеркав её до неузнаваемости. – Так вот, она подарила мне эти пластинки, – продолжал он, – почему я и просил вас спеть эту вещь.

Я улыбнулся и протянул ему свою визитную карточку, на которой стояло: "Alexandre Vertinsky".

Изумлению его не было границ.

– Я думал, что вы поёте в России! – воскликнул он. – Я никогда не думал встретить вас в таком месте.

Я терпеливо объяснил ему, почему я пою не в России, а в таком месте.

Мы разговорились. Прощаясь со мной, англичанин пригласил меня на следующий день обедать в "Сирос".

В самом фешенебельном ресторане Парижа "Сирос" к обеду надо было быть во фраке. Ровно в 9 часов, как было условлено, я входил в вестибюль ресторана. Метрдотель Альберт, улыбаясь, шёл ко мне навстречу.

– Вы один, мсье Вертинский? – спросил он.

– Нет! Я приглашён...

– Чей стол? – заглядывая в блокнот, поинтересовался он.

Я замялся. Дело в том, что накануне мне было как‑то неудобно спросить у англичанина его фамилию.

– Мой стол будет у камина! – вспомнил я его последние слова.

– У камина не может быть! – сказал он.

– Почему?

– Этот стол резервирован на всю неделю и не даётся гостям.

В это время мы уже входили в зал. От камина, из‑за большого стола с цветами, где сидело человек десять каких-то старомодных мужчин и старух в бриллиантовых диадемах, легко выскочил и быстро шёл мне навстречу мой белокурый англичанин. На этот раз он был в безукоризненном фраке.

Ещё издали он улыбался и протягивал мне обе руки.

– Hy вот, это же он и есть! – сказал я, обернувшись к Альберту.

Лицо метрдотеля изобразило священный ужас.

– А вы знаете, кто это? – сдавленным шёпотом произнёс он.

– Нет! – откровенно сознался я.

– Несчастный! Да ведь это же принц Уэльский!.. "

У нас в подъезде жили сосед-соседка — Петя и Марина. Оба одинокие, оба с характером. Петя каждое утро гремел дрелью, а Марина каждый вечер включала караоке на полную катушку. Сначала они воевали: Петя писал записки "Тише, женщина! ", а Марина в ответ клеила объявления "Отдам дрель в хорошие руки, вместе с соседом". Но однажды ночью у Пети потек кран. Он пошёл к Марине за разводным ключом, а она в это время репетировала "Мурку". Он стоял, слушал, и вдруг говорит: — Марина, а давай ты поёшь, а я буду под это кран чинить.

…С тех пор они стали дружить: он ей лампочки вкручивал, а она ему мозги. Потом любовь-морковь, уже весь подъезд ждал свадьбы.

И вот объявление в лифте: "Приглашаем соседей на праздник! "Собрались, шампанское купили, цветы приготовили.

А Петя с Мариной выходят в обнимку и говорят:

— Дорогие соседи! Мы решили объединить усилия… и открыть совместную фирму "Дрель & Караоке". Теперь у нас репетиции по вечерам и ремонт круглосуточно!

Подъезд замолчал… а потом кто-то шепнул:

— Лучше бы женились.

Заехал к подруге в художественную галерею. Сидим обсуждаем создание в столице частного музея одного из великих дизайнеров 20 века. В момент разгара дискуссии в галерею заходит суровый мужик с охранником, и начинает внимательно осматривать все, что находится в помещении. Подруга, по совместительству хозяйка галереи, подходит и сходу начинает рассказывать историю создания полотна, на которое смотрит мужчина. Я углубился в телефон, а троица переходила от одного предмета к другому. Через 5 минут у них уже была активная дискуссия на тему художественного литья и методики создания массивной вазы с оригинальной чеканкой. Через 40 минут улыбающийся мужик с таким же непроницаемым охранником расплатился на кассе, оставил адрес доставки и ретировался из галереи. Подруга подошла ко мне и в задумчивости сказала:

— Новенький. Первый раз у меня. Но по количеству купленного — второе место за все время работы.

— И сколько, позволь узнать?

— 7, 5 миллионов за 17 предметов. Причем выбирал сам — я только рассказывала.

— Сильно.

— Не говори. Но главное — другое!

— Что же?

— Знаешь, почему он заехал?

— Почему?

— С женой по телефону поругался. Стресс снять решил!

Спроси у любого, с каким цветом ассоциируется хирургия, и все без исключения скажут: с белым. Врач — значит в белом, в белом — значит врач.

Раньше и хирурги оперировали в белом. Но при длительной работе они постоянно смотрят на красные и тёмно-красные ткани, на алую артериальную и тёмно-бордовую венозную кровь. Глаз адаптируется к преобладанию красного цвета, и чувствительность к его оттенкам постепенно снижается. Если после этого перевести взгляд на белую поверхность, могут возникать цветные послеобразы — пятна зеленовато-голубого оттенка.

Зелёный и голубовато-зелёный находятся примерно в противоположной красному области цветового восприятия. Поэтому зелёная или синяя одежда и операционные простыни дают глазам своеобразный нейтральный фон и помогают сохранять способность различать оттенки тканей.

Есть и более простая практическая причина: кровь на белой ткани выглядит чрезвычайно контрастно, тогда как на зелёной или синей она воспринимается менее резко. Это удобнее и для персонала, и психологически спокойнее для пациента, если он случайно увидит использованные простыни или одежду.

Интересно, что переход от традиционного больничного белого к зелёному в хирургии начался примерно в первой половине XX века. Постепенно зелёный, а позднее и синий стали практически символическими "цветами операционной".

У меня есть квартира, которую я сдаю. Это двушка с хоть и простым, но хорошим ремонтом, с нормальной мебелью и техникой. Я сдавала её семейным парам с детьми, думала, что они самые надёжные и ответственные квартиросъёмщики. Ага. Машинка, забитая памперсами с говном. Обрыганный детской блевотой диван и кровать в спальне. Вырванные с корнем петли на нижних ящиках кухни. Линолеум в следах, вмятинах и порезах от игрушек. Пластилин в неожиданных местах. Изрисованные обои. Обоссанный ковёр и диван. Говняные черкаши на уровне детских рук. Отметины роста на косяках! Ну и ещё бонусом жалобы соседей на детские крики круглосуточно и максимальную громкость мультиков.

У меня жили три приличные семьи с детьми от полутора до шести лет. И каждый раз было одно и то же. Зарекалась сдавать семьям с детьми. Разрешила с животными. И что в итоге? А всё отлично! Жили два парня. Чистоплотные, спокойные, у них было два кота и собака. Животные ничего не испортили, жалоб на них не было. Потом они съехали, сдавала квартиру студентам. И они ничего не засрали, даже наоборот, самостоятельно привели квартиру в порядок и поддерживали его. Сейчас сдаю мужу и жене в возрасте, армяне. У них большая собака, но дома чисто. Когда в объявлении указывала, что строго без детей, сколько говна на меня вылилось! Да пошли бы все любители детей куда подальше!