мол наградила его в командировке какая-то шаболда лобковыми вшами, в результате чего он уже три дня чешется, не вынимая рук из карманов брюк. Идти в кожвендиспансер ему ну очень не хочется, потому что он, хоть и небольшой, но начальник, и не дай бог его там увидит кто-то из подчиненных. Говорит:

— У тебя же однокласник там работает, поговори с ним, может он меня у себя дома примет?

Позвонил однокласнику, врачу микологу. Однокласник, человек очень доброжелательный, весело говорит:

— Никаких проблем, приходите прямо сейчас.

Приходим. На дворе лето, выходной, врач и его брат сидят на веранде дома, играют в карты под коньячок с лимончиком. Представляю друга:

— Вот он, пострадавший от любви, помогите, товарищ гиппократ.

— Это, — говорит, — запросто.

Завел пациента в летний душ, кинул взгляд, выходит, смеется:

— Не ссы, это вообще фигня. Можно, конечно, выписать тебе мазь или шампунь от паразитов, но тогда тебе придется сначала побегать по аптекам, пока найдешь, потом потратиться, потом несколько дней это все применять, да еще и сбрить там все наголо. А потом еще месяц будешь чесаться, пока отрастет. Мы сделаем по-другому. Способ проверенный, хотя если бы я его у себя в отделении применил, запросто могли бы с работы выгнать. Так что решай сам.

Друг соглашается, ему пофиг, лишь бы поскорее перестало зудеть в интимном месте. Тогда врач берет ножницы и большой полиэтиленовый пакет (на котором, как мне почему-то запомнилось, была изображена соблазнительная женская попа в джинсах), вырезает из этого пакета некую пародию на трусы, только еще с маленькой дырочкой спереди. Дает эти импровизированные труселя страдальцу и говорит:

— Иди в душевую, разденься, надень сначала эту конструкцию на голое тело, на нее сверху трусы, оденься и приходи. Самое главное — это не забудь высунуть писюн вот в эту дырочку, а то препарат токсичный, раздражение на головке гарантировано.

Затем отрезает кусочек от рулончика лейкопластыря, вырезает его кружочком и дает другу.

— А это еще зачем?

— А это, — говорит, — тебе, чтоб очко заклеить. Только придется потом полчаса терпеть, не пукать.

Мы с его братом сидим, угораем. Конечно нам весело, не по нашим же кокам ползают эти маленькие симпатичные шестиногие крабики.

Друг сходил, сделал все, как велел доктор, возвращается. Врач встает, берет баллончик самого обычного дихлофоса, весело оттягивает своему подопытному спереди брюки и пшикает пару раз ему прямо в трусы. Потом разворачивает его и повторяет ту же процедуру с обратной стороны. У друга на лице непонимание и даже где-то недоверие, но терпит, раз уж пришел. Зато у всех, кроме него, настроение веселое и приподнятое.

— Все, — говорит доктор, — теперь засекай полчаса, а пока садитесь с нами, выпьем по рюмочке и успеем в подкидного перекинуться.

Друг все полчаса тревожно поглядывал на часы.

— Все, доктор, полчаса прошло, что мне дальше делать?

Эскулап поднимается и торжественно говорит:

— А теперь как раз начинается самая важная часть нашего лечения, и сделать все надо точно так, как я сейчас покажу.

Встает, расставляет ноги шире плеч, при этом еще и подогнув их в коленях, и откидывает туловище назад настолько, насколько можно, чтобы только не упасть. Стоя в такой совершенно нелепой позе, хлопает себя обеими ладонями по области паха, и не поведя даже бровью, на полном серьезе выдает:

— Становишься точно так, как я показал, и не меняя позы, хлопаешь себя по яйцам ровно тридцать раз, не больше и не меньше. И главное, не сбейся со счета.

Друг, уже совершенно ничего не понимая, послушно принимает заданную позу, и чуть ли не опрокидываясь назад, начинает добросовестно хлопать, как ему показано, при этом еще и считая вслух. Доктор смотрит на него с серьезным видом и иногда делает замечания, типа "плечи надо бы назад покруче", или "хлопать надо порезче, с оттяжкой", и тому подобный бред. Мы, зрители, естественно, ржем, держась за животы.

По всему этому моему описанию кто-нибудь может подумать, что мой друг просто какой-то недоделанный полудурок. На самом же деле он с красным дипломом закончил престижный (и один из самых трудных) столичный вуз. Не знаю, может это неожиданная неприятность так на него повлияла, отупила на какое-то время. А может просто человек сознательно выключил мозги и решил для себя: доктор знает, что говорит, а мое дело тупо подчиняться.

Когда он наконец честно прохлопал все тридцать раз, врач объявил:

— Все, молодец, поздравляю, лечение закончено. Теперь держи полотенце и срочно беги в душ дихлофос смывать. Лечебные трусы в мусорное ведро, яйца и [п]опу помой как следует с мылом. Ну а мы пока в картишки перекинемся.

Когда друг вышел из душа и присоединился к нам, он все никак не мог поверить, что все оказалось так невероятно просто и так быстро закончилось. Неужели теперь он снова нормальный человек и ему не надо больше все время держать руки в карманах, то и дело почесывая мудя? Придя немного в себя, он наконец задал вопрос:

— Не могу догнать, а зачем вообще надо было хлопать? К чему такая поза и почему ровно тридцать раз? А, догадался! Чтоб эти дохлые твари в трусы осыпались.

— Вообще-то мандовошек ты и в душе бы прекрасно смыл. Ты не обижайся, просто поржать захотелось.

Кстати способ оказался эффективным, друг потом говорил, что гадкие насекомые пропали сразу и навсегда.

множество разнообразных симптомов и просила посоветовать что-нибудь поэффективнее и подешевле.

Я понял, что стоит она тут давно, и невольно залюбовался аптекаршей — та с безграничным терпением и добродушием назубок произносила названия медикаментов, выразительно описывала их характеристики, отличия и противопоказания, быстро их находила и показывала.

Иногда в глазах ее мелькали чертики смеха, если старушку особо заносило на биографические воспоминания, как и отчего началась та или иная болячка, но она тщательно сдерживалась и улыбку сохраняла добрую.

Разглядел я, и как очаровательна аптекарша, девушка лет 25 — тихая русская красота, но тонкая и безупречная, походила на Белохвостикову в молодости. А когда она еще и выбежала из прилавка, согнулась над нижними полками, я понял, что и вся аптекарша тонка, стройна и гибка, как горная лань! Был бы я помоложе и свободен, непременно бы влюбился.

Но тут мне оставалось только ее как-то развлечь в награду за безграничное терпение, а старушке помочь дельным советом. Когда та стала показывать на своем теле места раздражения кожи и пролежни, я посоветовал ей сходить в баню, побиться дубовыми вениками, кратко пояснил, чем это полезно для кожи.

— Какая еще баня! — возмутилась старушка — 97 лет!

— Хорошо выглядите! — ответил я совершенно искренне.

Бабулька совсем обиделась:

— Это не мне, а моей маме!

Аптекарша и тут героически удержалась, чтобы не расхохотаться. Когда я совершил свои немногочисленные покупки, сказал ей тоже искренне:

— Вы самая красивая и терпеливая аптекарь из всех, кто встречался мне в жизни!

Вот тут она не выдержала, просияла и рассмеялась. Хором со всей очередью, которая успела скопиться за моей спиной — залюбовавшись девушкой, я просто не заметил людей, подошедших сзади.

вспотели бы ладошки:

"... Приехали на место провели разведку. Полевой командир находился в данном селе. Охрана 400 человек. Дождались раннего утра и выполнили поставленную задачу. Объект был уничтожен. Наша группа 18 человек, ушла скрытно и без потерь. Ну что еще рассказывать...? "

И все в таком же духе.

Через пару часов записи мы устроили перерыв, чтоб участники размяли ноги, перекурили, и я пошел с ними на лестницу. Тут они вели себя несколько раскованнее, чем перед камерой. Шутили, подкалывали друг друга. Сыпали странными терминами, понятными только посвященным. Один из них поведал историю. Я не назову его имени, и даже не скажу, есть ли у него звание героя России... На вид обычный человек из метро:

— "Когда я прилетаю из командировки, всегда, во чтобы то ни стало, как традиция у меня такая, не звоню, что я жив здоров, а заваливаюсь домой сюрпризом и обязательно в руках тортик и шампанское. Дескать, все хорошо и я человек-праздник. Мы устраиваем маленькую семейную вечеринку. Хоть днем, хоть ночью. Даже дети просыпаются поздравить папу с тем, что он у них живой...

Раньше я с дороги звонил, мол, жив здоров, еду, но бывало нас частенько могли завернуть и... вот и накаркал. А бывало наоборот. Звоню, что буду завтра, а меня привозят сегодня. Слегка "не целого", даже тортик и шампанское нечем взять — руки забинтованы. Друзья за мной вносят. Я сразу с порога жене кричу — руки есть, все пальцы тоже... расшнуруй мне ботинки и давай фужеры.

Сама жена всегда говорит – "Никогда не звони по телефону, только в дверной звонок. Пока тебя нет, главная вещь в доме для меня – это дерматиновая входная дверь. На нее и молюсь часами".

Обычно на боевую операцию мы улетаем на день, редко с ночевкой. Ведь для врага мы самый лакомый кусочек. Если будет утечка информации, что мы там, то нас придется охранять целой армии. Дорогое удовольствие...

Однажды мы слетали на денек, сели на Чкаловском аэродроме, на улице глухая ночь. Прощаюсь с ребятами и бегом домой. А мне еще тортик искать с шампанским. Заезжаю на рынок в Болшево, там уже все закрыто, а где открыто, там ни тортика, ни шампанского. Прохожие показали дорогу, через какие-то кусты, там вроде ночной магазинчик. Нашел. Купил шампанское и просроченный торт (главное, чтоб был), иду обратно мимо гаражей. Смотрю, твою мать, как будто и не возвращался в Москву. Меня встречают трое брюнетов с ножами, я то выгляжу среди ночи как жених: тортик, бутылочка...

Вот такая история. "

Все присутствующие начали смеяться.

Я не выдержал: — "Ну, так, а дальше что было? "

— "Ну как что дальше? Ну ты представь — я в тот день с самого утра... мне там стольких пришлось таких джигитов... тут этих еще с ножичками не хватало.

Как говорится "дураков работа любит"

Все опять засмеялись.

А мне опять непонятно: — "Так как же ты выкрутился от троих грабителей с ножами? "

Все вокруг просто таки ржали, а человек продолжил:

— Ну прикинь, ночью за гаражами встретились люди интересных профессий.

Три плохиша-грабителя и один истребитель плохишей. Короче, как в анекдоте: пришел на пляж, а там станки, станки, станки... Меня 15 лет Родина профессии учила, а плохиши фильмов про Джеки Чана насмотрелись.

Вот поэтому я сейчас тут, а они за гаражами остались... Ну не стану же я от них убегать. И они вовремя не догадались... Пришлось потом ехать в центр и покупать новый тортик. Старый погиб вместе с ними.

Слушай, а нас скоро отпустят? А то я у жены только на часик отпросился.

— Ладно, говорю, пошли потихоньку в студию, еще минут сорок и закончим...