Знакомый — любитель-нумизмат. На e-Bay он купил у мексиканца собрание мексиканских монет разного времени. Посылку, однако, не пропустила российская таможня на том основании, что в России запрещена пересылка наличных денег, в т. ч. и монет, по почте. Ему позвонили или написали, он пришёл на таможню и долго с ними разбирался по каждой монетке. Залез в интернет с ноутбука на сайт мексиканского центробанка и показывал таможенникам, какие монеты выведены из обращения (их пропускали). Ну а те, которыми всё ещё можно платить, они завернули, ибо таковы правила. Часа 2-3 это всё продолжалось, причём таможенники были вполне корректны и дружелюбны, но соблюдения правил требовали.
В итоге из нескольких десятков присланных монет часть всё-таки не пропустили. Их они велели отправить почтой обратно отправителю. Он спросил — какой обратный адрес писать? Таможни? Нет, говорят, это как-то глупо. Пишите ваш домашний. Окей.
Через несколько дней звонят ему с почтамта и говорят: молодой человек, а вы в курсе вообще, что наличные деньги, в т. ч. и монеты, по почте пересылать нельзя? Что же вы в Мексику-то их отправляете? Приходите к нам и забирайте свою посылку назад, мы это пересылать не имеем права. Ну что, пришёл и печально забрал почтовое отправление. И пошёл с ним домой.
* * *
В учительской одной средней питерской школы шла горячая дискуссия. Спорили, со всем жаром юности, две молодые учительницы.
— А я верю в приметы!!! — кричала молодая учительница биологии, — Вот когда я в институт поступала, мне дорогу черная кошка перебежала... и я...
— Ерунда! — кричала юная химичка,
— Хоть десять котов: если знаешь материал — сдашь, а не знаешь, так хоть пятак в туфлю, хоть плюй через плечо, хоть талисман...
— И даже если на вас корова накакает, незачем на весь аванс покупать лотерейные билеты, — встрял математик, — Все равно не выиграете.
— Ну хорошо, давайте спросим у гуманитария, — буянила биологичка, — я чувствую, что это из области, которая не доступна для поклонников точных наук.
Разговор двух молодых учительниц был прерван появлением там моей тещи...
— О, Александра Ефимовна... — с вопросительной интонацией начала биологичка, — можно вас спросить... — ее глаза скользнули по лицу и задержались на огромном бумажном пакете, который теща бережно держала двумя руками...
Александра Ефимовна, преподаватель литературы в старших классах, заслуженная учительница, интеллигентнейшая дама, как бы предугадав вопрос, веско и с расстановкой сказала:
— А вот когда я иду утром по-большому — я всегда покупаю отличный творог!!
Гробовая тишина затопила учительскую...
— А... э... это тоже народная примета? — ехидно спросила химичка, еле сдерживая рвущиеся наружу всхлипывания.
— Какая примета?! — возмущенно ответила теща, — Большой — это проспект, на Васильевском острове!!! Вы же хотели узнать, где я творог покупаю?!
Помолчала и добавила: "А в приметы я не верю."
* * *
Наталья Бонк — по её учебникам чуть ли не весь СССР учил английский язык. Многие даже не задумывались, что учебник написан женщиной, и говорили: "занимаюсь по Бонку".
Наталья Кроль (Бонк — фамилия по мужу) родилась в Москве. Её отец сначала руководил заводом лакокрасочных материалов в Дорогомилово, потом был старшим инженером Первого главного управления
наркомата авиационной промышленности. Мать Натальи была пианисткой и вокалисткой Московской филармонии. В 4 года девочка научилась читать, по книжке "Крокодил" Чуковского, а с пяти лет с ней занималась немецкая гувернантка фрау Доротея. Поэтому первым иностранным языком, который выучила Наташа, стал немецкий.
Девушка с отличием окончила образцовую школу № 25 для детей высокопоставленных сотрудников, но профессию выбрала случайно. Во время войны мать Натальи уезжала на фронт с концертами, отец постоянно был в командировках. 17–летняя Наташа должна была получать продукты по карточкам.
"Однажды мне позвонили из Министерства авиационной промышленности (мой отец был инженером оборонного завода) и очень вежливо сказали, чтобы я взяла все мясные карточки и поехала к метро "Парк культуры" их отваривать — что я и сделала. Мне досталась большая баранья нога. На радостях я пошла погулять, увидела вывеску "Институт иностранных языков" — и решила попробовать. Меня с этой ногой и приняли. Я как-то упустила слово педагогический, поэтому долго не понимала, к какой профессии меня готовят", — вспоминает Наталья.
Ей удалось убедить комиссию, что она быстро выучит язык, и попасть в группу для начинающих. Уже через год Наталья хорошо говорила по–английски. Это о ней Светлана Аллилуева писала в мемуарах, что училась с девочкой, которая в школьных постановках проявляла отличные актёрские данные, а стала "обычным преподавателем английского языка".
Получив диплом, Наталья вышла замуж за Анатолия Бонка, который чудом выжил после тяжелого ранения на Одере. У супругов родилось двое детей. Первый ребёнок умер младенцем, а дочь Ирина окончила МГУ и занималась лингвистикой — знала японский и английский, писала учебники в соавторстве с матерью. Ирина умерла в 2005 году. Наталья Бонк пережила дочь и мужа, и умерла в возрасте 97 лет.
В 2011 году (в 87 лет) она дала интервью Би-би-си. На вопрос, считает ли она, что языковые учебные интернет-ресуры смогут со временем полностью заменить традиционный учебник и учителя в аудитории, Наталья Бонк ответила:
"Если бы я была технически грамотным человеком, я могла бы сравнивать. Я знаю, что в интернете есть много полезных вещей. Вытеснит ли он традиционные учебники? Может быть.
Другое дело — вытеснит ли интернет живое общение на уровне человек-человек. Если это произойдет, тогда считайте, что все старания Господа Бога по созданию человека пропали даром".
* * *
Когда родители строили наш дом, мне было четыре года, но я хорошо помню это время. Никто не сидит без дела, все работают, все чем-то заняты, потому что все понимали — мы строим место, в котором проведем оставшуюся жизнь. Из-за того, что вокруг было много людей, само место, сам двор и дом казались наполненными жизнью. Был такой момент, когда стройка почти полностью закончилась, отец попросил, чтобы я оставил след своей руки на стене дома. Я приложил руку и на стене навсегда остался отпечаток моей пятерни. Я рос в этом доме, здесь мои родители провели старость, я часто сюда возвращался даже, когда вырос и переехал в другой город. Но с каждым годом и с каждым моим приездом что-то менялось: седели волосы на головах моих родителей, кое-где проседал фундамент, никто не ухаживал за садом и много деревьев погибло. Сейчас я почти не приезжаю туда, разве что раз в году, чтобы убраться во дворе. Родителей уже нет, дом никому не нужен, да я и не стал бы его продавать. А от нашей прошлой жизни осталось только одно: отпечаток руки четырехлетнего ребенка на стене покосившегося дома. Как все быстро утекает.
* * *
Муж как-то очень-очень хотел собаку. Упрашивал, чтобы я согласилась. Мне собаки нравятся, но это ответственность, поэтому я долго думала. В итоге согласилась, но поставила условия: собака должна быть не сильно маленькой, чтобы дела делала уже на улице; не брахицефал (у меня тревожный и чуткий сон, а они храпят); с хозяевами квартиры договаривается
муж (снимаем); на улице за собакой будем убирать. Муж радостный согласился со всем, сказал, что всё уладил, и через неделю пришёл домой с собакой.
Что я получила: пёс — храпящий шарпей с опущением век; муж в свои прогулки категорически отказывался за ним убирать, мол, его тошнит и вообще ему стрёмно, никто больше не убирает, и он не будет; соседи пожаловались хозяевам квартиры на вой, они нагрянули вечером без предупреждения и спросили, какого хрена мы без разрешения завели собаку, дали нам на выезд или "избавление" от пса неделю. Естественно, не желая искать новое жильё, муж вернул пса в питомник. Поругались из-за его вранья, но потом вроде бы я отошла, помирились, история забылась.
Недавно муж подходит ко мне и говорит, что хочет ребёнка и готов выполнять все мои условия. Я напомнила ему про собаку, и мы снова поругались, он утверждал, что это другое, а я говорила, что это то же самое, только обратно не засунешь. К компромиссу не пришли, разводимся. Причину ни от кого не скрывала, но все думают, что мне стоило уступить и родить, ведь ребёнок научил бы его ответственности. А я считаю, что не дети учат нас, а наоборот. Да и цена такого обучения, мягко скажем, во всех смыслах высоковата.
Курьёзы ещё..
