Младшая сестра у меня в десятом классе. Возраст, когда человек уже уверен, что умнее всех, но ещё не проверял. С подружками они играют в карты на желания, причём желания там такие, что я бы на их месте играла исключительно на щелбаны. Я долго смотрела на это и поняла: рано или поздно она проиграет кому-нибудь, кто придумает что-то по-настоящему необратимое. Значит, надо, чтобы она проиграла мне, и пораньше.
— Давай в шахматы, — говорю.
— Играю без ферзя. Выигрываешь десять партий подряд — забираешь мой планшет. Нет — стригу тебя как захочу.
Играем мы обе примерно одинаково: правила знаем, пару дебютов помним, а дальше как пойдёт. Проиграть партию без ферзя в таком раскладе невозможно. Почти. Сестра посмотрела на меня с жалостью, как на человека, который добровольно отдаёт планшет, и согласилась.
Первые партии она выигрывала с таким видом, будто уже выбирает чехол. К седьмой начала торопиться и зевать. На восьмой у неё был ферзь, ладья и светлое будущее, а у меня король и надежда. Она гоняла моего короля по доске, азартничала и загнала его в угол, где ему некуда ходить, а шаха нет.
— Мат! — кричит.
— Пат, — говорю.
— Ничья.
— Ну и ладно, я же не проиграла!
— А я и не говорила "проиграешь". Я говорила "нет". Десяти побед подряд не будет. Это "нет".
Сестра открыла рот, закрыла, прокрутила в голове условие и поняла, что спорить не с чем. Тут до неё начало доходить, что такое теория вероятностей и почему казино никогда не проигрывает.
А у меня была домашняя заготовка. Накануне я скормила нейросети её фотку и попросила сделать стрижку под ёжика. Нейросеть постаралась от души: получилось очень реалистично и очень коротко.
— Вот, — говорю и показываю телефон.
— Примерно так и сделаем.
Такого звука я от неё не слышала с тех пор, как ей было три и у неё отобрали лопатку. Но уговор есть уговор, и после этой фотки она села на стул сама, как на эшафот.
Дальше был театр. Я завязала ей глаза шарфом и достала парикмахерские ножницы. Щёлкала над ухом громко и со вкусом, а на колени ей горстями сыпала длинные пряди. Сестра сидела, не дыша, и хлюпала носом. После нейросетевого ёжика воображение у неё работало на полную.
Пряди я заранее взяла у подруги в салоне, у неё там за день такого добра целый пакет набирается. Подруга спросила, зачем мне чужие волосы. Я сказала: "Для воспитания". Она не стала уточнять, видимо, тоже старшая сестра.
Когда я сняла шарф, сестра рванула к зеркалу, зажмурилась, потом открыла один глаз. Вцепилась в свою косу, пересчитала её, кажется, поштучно, и только потом посмотрела на пол, где лежала чья-то посторонняя шевелюра. На её лице была чистая, незамутнённая радость. Потом она поднесла кончики к глазам.
— Ты их всё-таки подстригла?!
— Два сантиметра. Ставка есть ставка. Скажи спасибо, что я добрая, а не Серёга из твоего класса.
Обижалась она ровно до вечера. Фотку с ёжиком потребовала удалить, но я, конечно, оставила: пригодится на выпускной.
Играть на желания она, кстати, не перестала. Но недавно от общих знакомых я узнала, что у них в классе теперь перед каждой игрой обязательно проговаривают граничные условия: на что именно играем, что загадывать можно, а что нельзя. Никаких "потом придумаю" и "на желание". Только конкретная ставка, озвученная до первой раздачи.
Кажется, я случайно научила целый класс читать договор перед подписанием.
| 30 Sep 2026 | Август   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В 1958 году журнал "Лайф" задумал сравнить двух школьников из США и СССР.
Космическая гонка в самом разгаре. Страна, которая только оправилась от последствий Войны, полным ходом опережает благополучные Штаты, первой запускает искусственный спутник в космос!
Найти секрет успеха решили в системе образования.
Штаты представлял Стивен
В Приморском крае двое отцов подрались в школе, куда их вызвали разбираться из-за драки их детей.
Был нехороший эпизод, о котором я не знал, что он неправильный как бы... А потом узнал и стало неловко. Но с директором детского дома мы друзьями не стали, что и понятно...
Я в седьмом и восьмом классе учился в латвийском детском доме, в городке Варакляны (это почти Латгалия). У матери с отчимом отобрали родительские права, и нас отправили в русский
Сразу предупреждаю: это будет несмешно.
Можно пролистать страшную историю про клаустрофобию, и откуда эта гадость возникла.
Мне было восемь лет, были как и всегда, в гостях у сестры моего отца.
До этого мой папа подарил своей сестре подарок, который можно было достать только по " блату"— холодильник ЗИЛ.
Огромный,