Семён Василич и техосмотр

Началась эта история с любви.

В принципе ничего тут неудобного нет, так как всё порядочное и не очень именно с этого и начинается.

Внезапно потребовался производитель.

И не просто козлик, а махровый козлище с витыми рогами, суровым нравом, и шестнадцатипудовыми гирями меж задних ног, ибо других претендентов на копытце козы Марии Степановны, Семён Василич и не представлял.

Всё как у людей короче, замуж можно и по любви, а отца ребёнку надо подбирать тщательно.

Таковой козлиный экземпляр по слухам проживал верстах в тридцати, на самой что ни на есть областной границе и признавал лишь комбайнёра

Валерича, который со скуки, иногда подкармливал его папиросами.

Путь предстоял не близкий и Василич с тоской глянул на ржавеющий у загородки "Москвич".

Бензин в баке и воздух в колёсах оставались ещё с покупки, так как пристрастившись к "калгановке" и будучи человеком законопослушным, Семён

Василич про тачанку не вспоминал.

Единственное, что требовала вынужденная будущая поездка, так это наличие ламинированной картонки, именуемой "талоном техосмотра".

Всю ночь в доме горела керосиновая лампа, освещая скудным светом книжечку ПДД.

Утро следующего дня, выдалось суматошным.

Мария Степановна отказывалась лезть в старенький "Москвич" и тревожно мемекала.

"Буцефал" так же оскотинился и завёлся только с толкача.

Наконец тронулись.

Районное подразделение ГИБДД было в пяти километрах, дорога шла под уклон, ветер попутный, так что добрались быстро, не считая мелких конфузов со стороны "новобрачной" и неработающей магнитолы.

Когда Василич видел очередь, то почему - то очень явно представлял поволжье, завоз соли в сельмаг и отчего то бесплатную раздачу водки.

Именно такое же видение посетило его от созерцания невероятного скопления авто и их владельцев у святая святых каждого уважающего закон любителя железных коней.

— Семён Василич! Приветствую, точнее здравия желаю! – послышался откуда то справа голос.

Мария Степановна прекратила жевать и заинтересованно выглянула в окно.

— Так ты ещё и не один! – сказал тот же голос, но уже намного ближе.

Василич, вытащил ключи из замка зажигания, открыл дверь и вышел.

Перед ним стоял соседский Колька, но не в привычном домашнем виде, а со всеми причиндалами и регалиями положенными государственным служащим при исполнении и обеспечении.

— Вот везу невесту к жениху – кивнул в сторону Василич, — а последний порядочный за тридцать километров ускакал, надо бы техосмотр пройти, да и свадьбу играть ехать.

— Мда – произнёс лейтенант Коля, когда посмотрел на свадебный кадиллак, из которого с равнодушием на всё происходящее смотрела потенциальная невеста.

— Ты бы помыл его что ли перед техосмотром, – пнув ногой у колеса, сказал лейтенант Коля.

Ответом был громкий "шлёп", с которым отвалился кусок глины.

— Ладно, что-нибудь придумаем, жди здесь, – и почёсывая затылок пошёл к входу.

Очередь почтительно расступилась и тут же сомкнулась, поглотив соседа

Семёна Василича.

Через пятнадцать минут, "свадьбомобиль" стоял на площадке техосмотра.

Люди в форме рассматривали средство передвижения, а Мария Степановна строила всем глазки и не позволяла себе лишнего.

Вначале решено было проверить тормоза.

Семёну Василичу было велено проехать метров тридцать и затормозить в аккурат перед молоденьким сержантом с блокнотом в руках, который судя по выпавшим испытаниям, был ещё и самым слабым звеном во всей местной цепочке.

Всё таки бог есть на свете, как хорошо, что у сержанта оказалась отличная реакция, помог забор, увешанный старыми покрышками.

Потом проверяли ручник на горочке, и много чего ещё и снова сержанту везло, видимо это был его день!

При проверке омывателей лобового стекла, отдельная группа, взирающая на необычное шоу, уже ставила ставки на предмет работает – не работает.

Сержант предусмотрительно встал сбоку и скомандовал:

— Жми! – после чего две водные струи, как по команде, наконец достигли своей цели.

Первая ударила ему в грудь, вторая попала чуть пониже пупка, предательски намочив штаны.

Выкатывали "свадебный кортеж" с территории площадки всем миром, строго настрого запретив Василичу заводить "Буцефала", погрузили на эвакуатор, да и отвезли прямиком до дома.

А жениха к невесте, потом привёз лейтенант Коля, на служебном мотоцикле в коляске.

А оно и правильно, ибо не гоже невесте у жениха до свадьбы ошиваться.

Парадокс выживания.

В 1933 году в Германии самой безопасной со всех точек зрения была позиция пассивной поддержки режима. Риск попасть под маховик репрессий (если ты, конечно, не еврей, не коммунист, не гомоc@ксуалист и далее по списку) минимальный. Нет ничего такого, что случилось бы с тобой, но не случилось бы с другими. Причем даже в случае

Жена как-то ушла на целый день с подружками на девичник, оставила меня одного с нашим малым. День, в общем-то, прошел без эксцессов, мы смотрели телевизор, гуляли в парке, убрали квартиру, все, чтобы доказать нашей маме, что мы вполне самостоятельные мужики. И вот к вечеру решили мы с малым поиграть в войнушку. Нашли в шкафу старые шапочки, чтобы можно было на морду натянуть, вырезали в них дырки для глаз. У сына моего куча всяких пистолетиков (некоторые трудно отличимы от настоящих). Мы вооружились и начали войну. Короче, играли, пока малой мой не увидел нашу маму из окна, мирно направляющуюся к нашему подъезду. Тут нам и пришла идея нашу маму около лифта подкараулить и напугать под видом ограбления. Так и поступили. Подошли к лифту, натянули маски, выставили пистолеты на изготовку. Лифт открывается, мы суем туда четыре ствола с громогласными криками типа "Руки вверх, деньги на бочку!" И тут до меня доходит что на нас с ужасам смотрит старушка, соседка — божий одуванчик, а жена моя стоит за ней. Немая сцена...

Тут старушку прорвало, и она с боевым кличем ринулась вперед и двинула меня сеткой с чем то тяжелым внутри (предположительно, консервами) по башке. Далее бабулька ринулась, расталкивая оглушенного меня и испуганного моего сына вдоль по коридору, пока не скрылась за ближайшим поворотом. Следом за ней из лифта вышла моя супруга и сказала — Пойдем домой, вояки, я вам обоим добавлю...

Я преподаватель в техникуме. Когда какой-нибудь студент засыпает на паре, раскрашиваю ему ногти красным маркером. Кстати, зря говорят, что современные подростки ничему не учатся. Вот, например, они научились спать с поджатыми руками...

Поняла, что такое любовь, только после тяжелой болезни. Месяц была между жизнью и смертью, лежала в реанимации, из 80кг превратилась в 45кг, стала буквально похожа на живой труп... А он пришел однажды в больницу, помог расчесать волосы, которые были буквально уже почти дредами, помог вымыть их и вообще принять душ и, одевая меня, смотрел влюбленно и говорил, как бы он хотел оказаться в постели сейчас со мной и как скучает. А я стою и плачу, то ли от боли, то ли от осознания, что он это говорит мне, пока я стою, страшная, с разрезом на весь живот, с обвисшей кожей и изнеможденным видом. Тогда же он взял в кредит почти миллион на мое лечение, сам его выплатил и ни разу не упрекнул. Он ежедневно приходил ко мне, читал мне, кормил и поил с ложки, хотя сам почти сутками работал. И каждый раз, когда какая-то сволочь говорит мне, что он какой-то не такой — готова убить этого человека. Он — действительно самый любящий и прекрасный человек.