|
По горячим следам
В минувшую субботу певец Валерий Меладзе, не согласный с новыми ограничительными правилами для артистов (введённых из-за коронавируса) выступил с предложением к коллегам – бойкотировать съёмки новогодних шоу. "А представьте, если вы включаете телевизор в новогоднюю ночь, а там нет ни новогоднего огонька, ни музыкальных, ни развлекательных программ. Если наша работа запрещена ограничительными мерами, то нам запрещено принимать участие и в новогодних съёмках. Думаю, было бы правильным придерживаться этих правил и всем артистам отказаться от съёмок в новогодних программах", – заявил Меладзе. Впрочем, указал он в беседе с журналистами, это было гипотетическое предложение. "Понятно, что будут новогодние программы: лишить зрителей хоть какой-то радости нельзя", – резюмировал певец. Так может как раз наоборот, отсутствие таких программ подарит хоть какую-то радость зрителям в новогоднюю ночь.))) |
| 23 Nov 2020 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В 80-х годах работала медсестрой в хирургическом приёмнике, поступает амбал 1.90 роста и веса полтора центнера с разбитой башкой. Приходит нейрохирург и начинает собирать анамнез, а в процессе неврологическим молоточком перед его глазами водит, по коленкам и предплечьям постукивает. Уж не знаю, что этому амбалу в башку взбрело, только кинулся он на доктора, повалил и под себя подмял, одни ноги из-под амбала торчат. Сказать, что я перепугалась — не сказать ничего, охраны в те годы никакой не было, во мне 50 кг. Позвонила я скорей в отделение с криком "наших бьют" и, пока врачи бежали бегом с седьмого этажа, подскочила я к амбалу и что было сил дёрнула за ногу. Амбал дёрнулся и затих, а я чувствую, что его нога с ботинком из штанины выходит и у меня в руках остается. Стою, ни жива, ни мертва, вниз боюсь посмотреть, тут хирурги прибежали и на вопрос, что происходит, получили ответ:
— Я ногу мужику оторвала.
Протез оказался.
Мужика в обезьянник, нейрохирурга на больничный, а меня два часа чаем отпаивали. Зато потом, если какой-нибудь бузотёр поступал, хирурги ему говорили:
— Ты здесь не очень-то, а то щас Наташку позовём, она тебе живо ноги повыдёргивает.
"Еду в Ленинград. На свидание. Накануне сходила в парикмахерскую. Посмотрелась в зеркало — все в порядке. Волнуюсь, как пройдет встреча. Настроение хорошее. И купе отличное, СВ, я одна. В дверь постучали.
— Да, да!
Проводница:
— Чай будете?
— Пожалуй… Принесите стаканчик, — улыбнулась я.
Проводница прикрыла дверь, и я слышу ее крик на весь коридор:
— Нюся, дай чай старухе!
Все. И куда я, дура, собралась, на что надеялась?! Нельзя ли повернуть поезд обратно? …
В шестьдесят лет мне уже не казалось, что жизнь кончена, и, когда седой как лунь театровед сказал: "Дай Бог каждой женщине вашего возраста выглядеть так, как вы", спросила игриво:
— А сколько вы мне можете дать?
— Ну, не знаю, лет семьдесят, не больше.
От удивления я застыла с выпученными глазами и с тех пор никогда не кокетничаю возрастом".
Фаина Раневская.
Проснулся я днем, после ночной смены. Было лень готовить и я решил заказать доставку. Всё отлично, оплатил, сижу жду.
Тут звонок..
Курьер приехал, говорю ему что сейчас выйду. Иду к двери, счастливый. А утром девушка ушла на работу и закрыла дверь как обычно. Начинаю искать ключи, а ключей моих нет. Я на панике, звоню девушке, спрашиваю
Отец – заслуженный военный лётчик, 35 календарных лет летал на истребителях. За счёт такого опыта он сумел разглядеть, как организован весь процесс полётами и оценить всю его прелесть.
Как-то раз я был немного удивлён, когда, зайдя на кухню, увидел отца, прильнувшего к окну. В моём понимании