Чемпион мира по шахматам Василий Смыслов обладал певческим талантом, у него был сильный красивый баритон. Василий Васильевич долго колебался в выборе профессии, не зная, что предпочесть – шахматы или пение.
В один из своих приездов в Ленинград Смыслов попросил тогдашнего главного дирижёра Кировского театра Бориса Хайкина, кстати, большого любителя шахмат, его прослушать. Тот согласился. На прослушивании Смыслов спел «Эпиталаму» Рубинштейна. Хайкин слушал внимательно и серьёзно, а потом сказал: «С удовольствием бы взял вас в труппу, но при одном условии – в афишах будет стоять: партию Виндекса исполняет гроссмейстер Смыслов! ». Василий Васильевич улыбнулся и на время оставил свою мечту о пении.
18 июня 15
* * *
СРОК ДАВНОСТИ
"У царя Мидаса ослиные уши"
Мне оставался всего лишь месяц до дембеля и я со своими товарищами по счастью, выполнял последнее послушание.
На высокой — высокой горе, недалеко от славного города Батуми, мы строили одну секретную вещь, чтобы прикрыть от дождя и снега, другую секретную вещь.
Но вдруг, на глубине около метра, наши лопаты наткнулись на целую кучу разных других секретных вещей с колесами, осциллографами, медными трубками, толстенными кабелями и прочими зелено-ржавыми военными прибамбасами. И весь этот странный культурный слой уходил куда-то к центру земли на неустановленную наукой глубину.
Делать нечего, пришлось докладывать старлею – командиру нашей точки.
Старлей пришел, спрыгнул в яму, нехотя поковырял находки ботинком, выругался и пошел звонить начальству.
Информация дошла аж до великого и могучего зам. командира бригады по вооружению – полковника Сикорского.
Не прошло и пяти часов как седовласый старик Сикорский, лично прибыл на нашу гору на своем уазике.
Он был опасным и злым, как жених наступивший на дерьмо.
Сикорский схватил лопату, слегка поковырялся в открытом нами военном археологическом слое, и долго-долго матерился. Старлей внимательно слушал его, кивал и скромно подтверждал: «Так точно, товарищ полковник, так точно»
Рано или поздно, матерные слова у полковника иссякли и он крикнул своему водителю:
— Не стой, паразит! Срочно мне связь с комбригом!
Водитель громко «естькнул» и засуетился с рацией.
Он подергал длинную антенну, пощелкал тумблерочками, пошипел динамиком, все наладил, побубнил в микрофон, получил ответ и доложил шефу, что комбриг «на проводе»
Сикорский взял микрофон:
— Здравия желаю, товарищ полковник. Сикорский говорит. Прием.
— Да, Николай Валентинович, я вас слушаю. Прием.
— Товарищ комбриг, я нахожусь на Мтирале и у меня просто зла не хватает. Я же вам дал четкий приказ: «Все станции разобрать до винтика и что можно, пустить в дело! » А вы что сделали? Просто все закопали чтобы я не нашел! ? Как это понимать?
— Ах-а-ха-хах! Николай Валентинович, простите засранца. Но вы тоже, знаете, поставили мне нереальные сроки. Что было делать? А – ха- ха — ха! Обещаю загладить свою вину хорошим коньяком, тем более что срок давности уже вышел. Прием.
— Да, товарищ полковник, вы засранец, по другому и не скажешь. Я сегодня же к вам спущусь, поговорим. Прием.
— А – ха – ха- ха ладно, я вас жду с коньяком, все. Конец связи.
Мы слушали этот странный разговор, переглядывались, верили своим ушам, но не могли поверить своему двухгодичному армейскому опыту. Картина мира рушилась. Полковник Сикорский, конечно же мужик крутой, к тому же, как и мы, тоже дембель. Не сегодня – завтра уходит в отставку. Но, черт возьми, как он может отдавать приказы своему прямому начальнику комбригу — полковнику Орлову, да еще и называть его засранцем? Хрень какая-то.
Я поискал внутри себя маленькие кусочки храбрости, собрал их в один дрожащий комок и все-таки отважился спросить:
— Товарищ полковник, разрешите обратиться.
— Ну?
— А разве заместитель командира бригады по вооружению, может что-нибудь приказывать командиру бригады?
Сердитое лицо Сикорского неожиданно потеплело и он ответил:
— Ха-ха-ха, в принципе не может, но чего на свете не бывает? Сто лет назад, вы все тогда еще в школу не ходили, а я уже был полковником и на этой же должности. А теперешний комбриг Орлов, был тогда всего лишь капитаном – командиром вашей точки. Вот я однажды нагрянул к нему с проверкой, накрутил хвоста и приказал разобрать на запчасти две или три снятые с дежурства станции. А этот засранец, по-тихому все спрятал под землю. Вот же ленивый говнюк!
Теперь придется вам, ребятки, все это потихоньку выкапывать.
Эй! Ты чего там, заснул? паразит! Сворачивайся, заводи, поехали в бригаду…
* * *
Как я проходил медкомиссию на права.
Пришел я в обычный медцентр случайно выбранный через интернет, сдавать анализы и прочих врачей на права. Даю паспорт, военный билет, все как положено! Тут лицо регистраторши краснеет и она убегает куда-то с моими документами. Через 10 минут возвращается.
— Вам в 10 кабинет!
Я спрашиваю сколько стоит медкомиссия, каких врачей проходить, мне называют цену В 3 РАЗА МЕНЬШЕ чем в прайс-листе! И просят идти сразу в 10 кабинет.
Я даю деньги и иду в 10 кабинет, перед которым очередь из таких же страдальцев. Тут выбегает тетка — вы Сидоров Петр Иванович? (Фамилия и имя изменены). Проходите!
Далее пустой стол и написано: председатель врачебной комиссии — главный врач СИДОРОВ ИВАН ИВАНЫЧ!
Мне выдают справку с печатями даже психа и нарика, все четко.
И тут вопрос: как Иван Иваныч? Наверное, в отпуск в Турцию полетел как обычно? Вы с ним не созванивались?
Я отвечаю, что звонил недавно, все хорошо. Тетка говорит:
— А ваш брат такой веселый человек, а вы такой серьезный, даже непохоже!
Завершает диалог: мы сделали все что могли, передавайте привет Иван Иванычу!
Надо ли говорить, что у меня нет никакого брата Петра? И уж тем более главврача никому не известной клиники.
* * *
Вышел покурить на свежем воздухе перед 9-часовым перелетом. Солнышко, жмурюсь. Рядом с урной — тертого вида мужик. Достающий зажигалку, сигарету, и при этом завязывающий со мной разговор. Но тут звонит его сотик. Третьей наверно рукой он его вынимает из заднего кармана, по роже видно — мысленно матерясь. Далее терпеливо и нежно: "Да, зайчик! Уже в аэропорту! Люблю целую! " Но зайчик на том конце провода явно не угоманивается. Мужик стоически доводит любовную арию минуты на три до конца, отрубает трубку и наконец блаженно затягивается. Потом взрывается: "Чего звонила?! Ничего же не сказала! Спрашивает какую-то чепуху. А я знаю — она не меня слушает. Не для этого звонит. Она ФОН сканирует! Визги пьяных девок, шум душа, чоканье бокалов, музыка, рев цыган и медведей — не слышно ли? А если не слышно ничего, это еще хуже. Это писец. Где объявления по матюгальнику аэропорта? Вот она как раз до этого объявления со мною и разговаривала! "
В этот момент звонит мой сотовый. Я гляжу на его табло и обреченно говорю: "моя! Полчаса назад расстались". Мужик откровенно начинает ржать. А я сладко говорю в трубку: "Слушай, любимая, я тут с такими девчонками познакомился! Тоже в Москву летят! Одним со мной рейсом! Уже договорились, погудим! Нюра, Маша и Вика, пьяные вдребезги! Но собой ничего, столько сисек! "
Пока на том конце трубки слышен скрип ошеломленных извилин, мужик роняет сигарету и корчится пополам. На его физиономии написана целая глава курса психтренинга "О чем бы вы хотели пошутить в разговоре с любимой, но даже не решались об этом подумать". Девушки, верьте тем, кого любите, или расставайтесь с ними нахрен и сразу.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100