Расскажу про свой Советский Союз.

Когда я возвращалась из школы, мне давали пять рублей, бидон, холщовую сумку и отправляли в универсам. Купи: хлеб, молоко, сметану и, если будет дефицит, возьми на сдачу.

Краткий ликбез:

Бидон – высокая белая эмалированная кастрюля сантиметров 15 в диаметре, сантиметров 30 в высоту (не точно, по ощущениям ребёнка). Сверху крышка, тоже белая эмалированная. У крышки своя ручка-подковка. Всё это несётся вертикально за деревянную ручку, прикреплённую проволокой к бидону, в том месте, где у обычных кастрюль ручки. Бидон нужен был для сметаны. Тётя-продавщица накладывала густую сметану в бидон половником. Ещё в бидон можно было наливать квас. Ну, когда в нём не было сметаны.

Универсам – продуктовый магазин. Огромная площадь, где по периметру стоят отделы с продуктами. В середине паллеты со взвешенными и расфасованными по сеткам картошкой с землёй, морковкой с землёй, капустой – обычно чистой, но иногда с неприятным запахом. Там же стояли паллеты с хлебом.

Отдел с продуктами — как сейчас полка супермаркета с отдельными видами продуктов. Но это целый отдел. Например, колбасный отдел. Но колбаса не взвешена и не упакована. В каждом отделе тётя взвесит колбасу на весах, завернёт в крафтовую бумагу и даст бумажку с ценой в общую кассу. Сначала оплачиваешь, потом возвращаешься за свёртком. В каждый отдел, естественно, очередь. И в кассу очередь тоже.

В универсам я ходила с удовольствием. На втором этаже стоял автомат, который за 20 копеек наливал в гранёный стакан самую вкусную пепси-колу. Такую я не пробовала больше нигде. Слегка прохладная, невероятно сладкая, огромный стакан (про трубочки тогда мы не знали). В нос били смешные пузырики, отчего нос становился мокрым. Зубы потом слегка поскрипывали.

А теперь, собственно, история. Прихожу я однажды с бидоном в универсам и вижу длиннющую очередь наискосок через всё свободное центральное пространство. Понимаю: это тот самый дефицит, который нужно взять на сдачу. Занимаю очередь (это значит встать в очередь, подождать, пока за мной встанут ещё два-три человека, и тому, кто стоит прямо за мной, громко сказать, что я тут стою, но отойду ненадолго. Громко, чтобы потом были свидетели, что я тут стояла. Надо запомнить того, за кем стоишь, и кто за тобой, лучше несколько. Тогда есть вероятность что найдешь свою очередь и тебя пустят в нее обратно).

Пошла выпить колы, постояла в очереди за сметаной, той самой, которая в бидон. Потыкала вилкой батоны (вилка висела на верёвочке у каждого паллета с хлебом), выбрала помягче. Возвращаюсь в очередь дефицита. Стою. Очередь подходит, уже неудобно спрашивать, что дают, а за спинами ничего не видно. Подхожу к прилавку и слышу: "Хвосты". Говяжьи хвосты.

Я в шоке.

В итоге у меня в руках крафтовый пакет, из которого торчат штуки пять палок, действительно напоминающие хвосты с ободранной кожей.

Я в двойном шоке. Зачем продают хвосты и что с ними делать, я понятия не имела.

Так долго я ещё никогда не возвращалась домой. Репетировала речь, с которой передам маме этот пакет освежёванных хвостов. В конце концов я убедила себя, что правильно выполнила задание, и если что, я не виновата.

Но какое же облегчение на меня снизошло, когда мама открыв дверь воскликнула:

– О! Хвосты, сейчас холодец сделаем!

Люблю ли я Союз? Я про него мало знала. Но это было моё детство, и его я люблю. Всем добра и вкусного холодца.

Бабье лето, возвращаемся вечером воскресенья с дачи. На въезде в город пробка, авария и ещё авария, ругаясь лавирую по полосам. Супруга успокаивает:

— Ну что рвешь сердце, они же тебя не слышат.

Отвечаю уже спокойно, когда показываются очертания пригорода:

— Вот ты уравновешенная, когда на права сдавать будешь?

— Да не буду я, не мечтай.

— Почему?

— Сто раз объясняла, сейчас покажу.

Она что-то ищет вокруг и показывает на авто в правом крайнем ряду и просит по возможности поравняться с ней.

За рулем женщина, сжимает руль до белых костяшек, спина прямая с наклоном вперед, рядом на пассажирском сидении внутри огромного букета из гигантских ромашек мужчина с рассеянной улыбкой и блуждающим взглядом.

— Может ты и хотел бы быть на его месте, но я на её ни за что...

К истории о кошаке-зенитчике.

Не буду врать... имени летчика сейчас не помню. Назовем его Н.

Летал он во время войны на штурмовике Ил-2. Одноместном, без заднего стрелка. И сбивали их поначалу безбожно. Ильюшин-то проектировал свой штурмовик двухместным. Но товарищ Сталин посчитал, что лучше взять лишнюю бомбу, и вычеркнул своим

Спорт

Рассказать историю сподвигло фото девочки-гимнастки, выполняющей на бревне переднее сальто шпагатом. Больше всех набрала лайков подпись о ненакрашенных на ногах ногтях. Жутко остроумно и смешно.

Так вот, встречался я одно время с бывшей профессиональной гимнасткой. Несколько раз она была чемпионкой страны,

У нас контора перешла на пластиковые карточки для выдачи зарплаты. Так как контакт с кассиром для разборок по зарплате теперь исключен, то решили расчет зарплаты высылать по почте.

Я админ. Манагерши собрались, зовут к себе. Типа информация по зарплате дело жутко конфиденциальное и хранить такое в почте "чтоб все видели" опасно. Что с этим делать? Отвечаю — уничтожать письма после изучения. А как это делать? Отвечаю "распечатать и съесть" и ухожу. Все бы хорошо, как говориться, я пошутил — все посмеялись. но..

Иду к курилке. На подходе слышу громкий диалог двух манагерш

— Ты чего жжешь в пепельнице?

— Программист наш урод(это про меня. торможу. слушаю ), думает что самый умный.

—???

— Да зарплату говорит распечатывать и жрать. Как будто не ясно что надо просто напечатать и сжечь. .. уходил по стенке...