у вас шведский стол есть? — удивился я.

— Есть. Двести рублей.

Страсть как люблю словосочетание "шведский стол". Воображение немедленно переносит меня в благоухающий тропический вечер, где я, вооруженный огромной тарелкой, брожу среди бесконечной череды ароматных яств и напитков с трубочками. Лиловый [мав]р, в высоком белом колпаке, разделав большим ножом лобстера, предлагает к нему полдюжины соусов.

То, что что картинка не сочеталась с двумястами рублями меня не смутило. Опять же шведский стол — это быстро, а есть хотелось сильно.

— Обязательно попробуйте шурпу, — сказала мне девушка, принимая оплату, — суп дня сегодня. Проходите на второй этаж, для таких как вы у нас отдельный зал.

Шведский стол оказался проще некуда. Начинался с хлеба, огурцов, капустного салата, компота и морса. Далее следовал большой тазик с гречей, похоже не тронутой, и поддон с остатками жареной картошки. Затем начинались, если верить надписям, серая масса рыбных тефтелей, и кривые треугольники шницелей, почему-то ярко оранжевого цвета.

Была и шурпа, вполне съедобная. Без мяса в видимом диапазоне, но с наваром и картофельно-морковным множеством.

За шурпой я ходил трижды. Первый раз– решив с шурпы начать. Второй раз — по классике, отдав должное капустному салату. Третий — решив шурпой и ограничиться. К тому же, посуда для супа не сильно превосходила размером кофейную чашку. В последний подход пришлось ждать, пока некий юноша заполнит шурпой большую удобную миску. "Где он взял? " — начал было думать я, но тут же сообразил, что миска не из нашего зала, а сам юноша –официант. Неужто, сейчас наполнит миску шурпой и пойдет вниз продавать за 444? И точно, наполнил и пошёл.

Не зря я, всё-таки, люблю шведские столы.

ведет в... ceксшоп. Причем явно не реклама. Полез ради интереса. А там... действительно как сделать распорки для обездвиживания своими руками. Статья на 2 страницы, хотя вполне хватило бы и одного рисунка. Посмеялся, но типоразмеры и тот факт, что комплект стоит 4000 рублей запомнил.

А теперь сама история.

Поехал в Леруа, накупил по мелочи всякой всячины, в т. ч. алюминиевую трубку длиной в метр. На остановке в ожидании автобуса встретил знакомую. Нельзя сказать, что близкую, но в такие моменты потрепаться хочется, так что разговорились.

— А зачем тебе трубка?

— Да вот... хочу распорку для BSDM сделать...

—?

— Смотри. Берешь трубку, обрезаешь по размерам, с двух концов вставляешь 2 анкера на 6 с кольцом (из сумки достается один анкер, на 8 правда, но это уже не важно). 2 оборота ключом и готово. Вместо наручников можно старые галстуки взять. Рублей 300-400 супротив 4000 в ceксшопе.

Не верит. Наверное бы и не поверила, но тут одна тетка рядом стоящая встряла.

— Не пойдет. От алюминия руки грязными станут.

— Да без проблем... Берется термоусадочная трубка для изоляции (достается из той же сумки). Феном прогрел и все пучком.

Знакомая ответить не успела, подошел мой автобус и я уехал.

А вчера звонит знакомая знакомой и с ходу: "Ты же делаешь ceксигрушки! "Причем уверенно так. В воскресенье придется снова ехать. 500 рублей на материалы она уже перевела.

Интересно, как расплачиваться будет. Деньги за такие мелкие поделки я не беру...

этому объяснения: то у него болел зуб, то это лекарство... Вот он приволок пса значительно больше шпица, уверяя, что с большим трудом купил его у какой-то бабули, уговорив ее и обещав ей подарить фотокарточку Марчелло Мастроянни. Заплатил какие-то астрономические, по его рассказам, деньги. И таким образом у нас появился этот пес. В общем, для шпица он был великоват. Но мы посмотрели, что Лена Сафонова, игравшая главную роль, девушка крупная, и с маленьким песиком она бы выглядела в наше время немножко не так, как бы нам хотелось, так скажем.

Пса звали Яша. По крайней мере, так нам сказал этот человек. Впоследствии уже выяснилось, что этот пес абсолютно дворняжный, с тяжелой судьбой, вероятно, боевой. Но тем не менее пес оказался в работе потрясающий. Во-первых, он сразу понял, кто главный, и прибился к итальянской продюсерше, Сильвии Чекки Д’Амико. Ни Михалков, ни Мастроянни его не интересовали, он сразу понял, что в этой невысокой женщине весь смысл.

Снимался пес потрясающе. Действительно, ни одного дубля из-за него не было испорчено.

Нужно было спать – он лежал. Сильвия его укладывала, гладила, и он лежал. Длинная сцена, панорама, потом какая-то актерская сцена шла у Мастроянни с Сафоновой – пес лежал не шевелясь. Как он это все понимал, не знаю. Видимо, перспектива прекрасного будущего, которое он уже подозревал, заставляла его усмирять свой нрав.

Постепенно у Сильвии он отъелся. Съездил в Кострому, потом съездил в Петербург. И потом он уехал в Италию, съемки закончились там. И там же он и остался. Сильвия – она дочь очень известной сценаристки Сузу Чекки Д’Амико, автора, в частности, "Римских каникул", "Похитителей велосипедов", многих картин Росселини. В общем, такая гранд-дама итальянского кино. Она очень властная женщина была. У них до этого жила какая-то собака, которая очень тяжело и долго умирала. И Сузу сказала, что больше у нас собак в доме не будет. То, что она говорила, было категорично. И когда появилась Сильвия с Яшей (у них была двухэтажная квартира), то бабушка ей сказала: на второй этаж, и чтобы я его не видела.

Яша сразу все понял. Когда приходил с прогулки, он сразу бегом бежал на второй этаж. Но длилось это недолго. Однажды гулявшая с псом бонна-филиппинка принесла его на руках, трясясь от ужаса, и сказала, что совершенно неожиданно он вдруг спрыгнул с тротуара на проезжую часть и попал под велосипед. В травмах, помятый, ну, естественно, куда его тащить на второй этаж. Она его положила прямо в прихожей. Бабушка, при всей своей суровости, не чужда была и некоего человеколюбия, или собаколюбия, в данном случае.

Она подошла и первый раз его погладила. Пес вяло помахал хвостиком, благодарно посмотрел.

Потом приходил ветеринар. И пес в течение недели примерно лежал на диванчике.

Когда я примерно через три недели опять появился в этом доме, пес уже валялся на первом этаже на диване уже у Сузу. На Сильвию он смотрел примерно так же, как на бонну, с ним гулявшую. Он переменил хозяйку. Он был ухоженный, он был мыт шампунем, от него пахло лучше, чем от хозяев в этом доме. Пес прекрасно питался.

Потом я уехал. Прошло какое-то время, я опять оказался в Италии, пришел к ним в гости. Пес вроде меня не узнал, он никак не среагировал на мой приход. Там было много народу, все сидели за столом. Все гладили Яшу, чем-то его кормили. Хозяева говорили: не надо его кормить. Яша скромно стоял: ну, не надо, так не надо. Но если давали, он съедал. А так ничего не просил. Чудно понимал по-итальянски все команды. Мне предложили: а поговори с ним по-русски, может быть, он что-нибудь вспомнит. Я что-то ему говорил, называл какие-то имена, пес никак не реагировал. И я решил, что все, уже отрезанный ломоть.

Народ еще оставался там, а мне нужно было уйти чуть пораньше, и в прихожей, уже когда я почти открывал дверь и выходил, ко мне подошел

Яша, покосившись на оставшихся в комнате, ткнулся мне носом в коленку и молча так стоял. Мол, ну ты ж пойми, ситуация. Я его погладил, он благодарно помахал хвостом и ушел.

Вот так пес выбрал шикарную неволю вместо вольной собачьей жизни в Петербурге. Пес прожил долгую счастливую жизнь. Он уезжал на отдых в Монтекатини, пил эти термальные воды. Всегда был ухожен, прекрасен. Вот такую судьбу, можно сказать, он выбрал себе сам. Потому что он все сделал для этого.