Попутчица.

90-е, мне 7-8 лет, белорусская бабушка везет меня из деревни домой, поезд Брест-Горький. Ехать нам долго, около 20 часов. Моя попутчица на верхней полке — молоденькая худенькая девушка-студентка, улыбчивая и веселая, едет домой. Не помню точно, куда она ехала, в Ковров или Дзержинск, знаю только, что выходить ей надо было рано утром. Я не сплю, бабушка храпит. Девушка-студентка быстро собрала небольшую сумку, присела ко мне на нижнюю полку и с улыбкой спросила: "Есть хочешь? "Меня в поезде всегда укачивало и никогда есть не хотелось, но она достала батон и баночку паштета. Надо сказать, что деревенскими деликатесами меня конечно кормили, но паштет в 90-е, да еще в баночке, был вообще редкость. Она щедро намазала батон паштетом и дала мне. Я скромно отказывалась, но она сказала с улыбкой: "Ешь, а то обижусь. "Когда я его доела, она сделала второй и уговорила меня его тоже съесть. Знаете, много лет прошло, а эти бутерброды наверное самые вкусные в моей жизни) До сих пор помню мягкий стук колес, полумрак вагона и ее добрые-добрые глаза и веселую, ласковую улыбку) Спасибо тебе, моя милая попутчица! Надеюсь, у тебя все хорошо, где бы ты ни была!

Тот же бобер в миниатюре, вот какая она — водяная крыса, и повадки те же, и окрас, хвост, правда, крысиный, но кто же из нас без недостатков?

Прописался как-то на одной прудке, вечерами там сидел, каждый выходной с утра пораньше, один ловил — без шума и пыли; стал замечать крыску которая сновала туда-сюда по хозяйственным делам. Аналогично приметила меня и водяная полевка, глядит — человек смирный, села поблизости и стала пристально изучать. Слово за слово — познакомились. Кинул кусочек хлеба и тут-то и выяснилось, что это — крыс: первым делом заботливо понес угощение домой — жене и детям и только потом сам стал угощаться, держа ломоть в передних лапках, жевал задумчиво, на меня поглядывая.

Назвал — Шуриком, больно забавно и деловито он шуршал по всему водоему; стало повеселей на рыбалке — вдвоем.

Отличный был семьянин — всегда первый кус относил в гнездо под кустом; однажды привел супругу — меня показать, знакомство она, видимо, одобрила, но больше в мужской компании не показывалась, оно и понятно, хозяйство — забот полон рот.

Иногда приводил друзей похвастать компаньоном, покличешь: "Шурик! Есть ходи!", и несется коричневой торпедой крыс с любого уголка пруда.

Нет в природе диких животных, а есть только обделенные вниманием.

Сижу я дома, работаю. Пишу важный отчёт — начальник ждёт, дедлайн горит, концентрация максимальная.

Всё идёт по плану… пока не появляется мой кот Барсик.

Он медленно, с чувством, с расстановкой, идёт прямо по клавиатуре.

Я только успеваю увидеть, как на экране появляются буквы: “фффффффффффффффффффффффффффффф”

Я ору:

— Барсик! Ты что творишь?!

Он садится прямо на клавиатуру, смотрит на меня с таким видом, будто говорит: "Расслабься, человек. Я просто добавил эмоций".

Смотрю на экран…

И, знаешь, чем дольше я на это “фффффффф” смотрю, тем больше понимаю: да, это и есть суть отчёта.

Сплошное “фффффф”.

В итоге отправил начальнику как есть.

Подписал: “Барсик одобрил. ”

Он ответил:

— Впервые вижу отчёт, в котором честно отражена ситуация.

Не смешно.

Вот тут многие о кошаках своих пишут. А у меня в детстве был волнистый попугайчик Кеша. Он был очень ручной, в клетке только спал. Он делал со мной уроки (гадил в тетрадь и терзал уголки), обедал со мной из одной тарелки (любил вермишель)и пил из одной чашки (предпочтительно сладкий чай). Он настолько часто сидел на плече, что о нём забывалось и не раз я или мама обнаруживали его только уже на улице. Приходилось возвращаться. Однажды он дал о себе знать уже в магазине. Попугая — в карман и домой. Не боялся. А однажды одноклассник снегирёнка мне притащил: нашёл бедного на земле, а родители оставить не разрешили. Так мой Кешка стал учить снегирёнка, раза в два больше него размерами, всяким птичьим премудростям: как на жёрдочке сидеть и не свалиться, как перья чистить. Так и перезимовал у нас снегирь. Одно время кошка у нас жила, так Кешка дразнить её любил, пикировать перед самым носом. А пропал он банально: пока я в пионерлагере, он загрустил и улетел (хотя до этого сидел на открытой форточке и улица его не прельщала).

Были у меня после хомяки-кошки-черепахи, но друга вернее Кеши — наверное, нет.

Животные пробуждают в нас доброту, а она очень дефицитна в нашем мире.