Эх, молодость! ... Приятно вспомнить )))
Как-то так повелось, что курсанты с мореходки дружили с девушками из пединститута. Традиция. Однако дружба сия всячески контролировалась заботливыми педагогами и особенно вахтерами на входе в общагу пединститута. О том чтоб попасть в женскую общагу после 23: 00 и продолжить дружить ночью - нельзя было и мечтать. Поэтому студенты ползали наверх по простыням. Студенты, но не курсанты мореходок! Мы на занятиях по такелажке (по такелажу) вязали штормтрапы на зачет по предмету, а так же сделали компактный трапик, который вмещался в обычную спортивную сумку.
Дальше - проще. Задолго до 23: 00, в одну из дальних комнат на втором этаже, проникает курсант с трапом и героически не шумит, затаившись в укромном уголке. Ближе к полуночи, курсант посредством скобок прикручивает штормтрап к батарее и скидывает его через окно за борт. Ну, а потом уже все желающие отрабатывают норматив «подъем-спуск по штормтрапу в ночное время»!
Надо сказать, что желающих лиц обоих полов всегда было достаточно )))
Кстати, с моей роты несколько парней так и женились.
В декабре 1931 года, пилот британских ВВС Дуглас Бадер во время выполнения фигур высшего пилотажа потерпел аварию, которая стоила ему обоих ног. После лечения он освоил протезы и доказал, что в состоянии управлять самолетом, но в 1933 году его отправили в отставку. Вторая мировая война резко снизила требования к пилотам и в июне 1940 года
Дуглас приземлился на парашюте лишь с одним протезом, второй остался зажатым в горящем самолете. Немцы через Красный Крест связались с британцами и те разработали, а потом провели операцию "Нога". Со стороны
Германии разрешение подписал Герман Геринг.
16 августа 1941 года шесть британских бомбардировщиков "Bristol
Blenheim" в сопровождении истребителей вошли в заранее оговоренный район над Францией и сбросили на парашютах два контейнера в которых находились новые протезы для подполковника Бадера.
Как вспоминал потом тогдашний маршал авиации Шолто Дуглас, на следующее утро ему позвонил Черчилль:
— Я вижу в газетах, что вы вчера братались с фашистами, сбрасывая ноги пленным летчикам.
— Да, сэр. А так же вчера мы сбили 11 самолетов противника. Вам не кажется, что оно того стоило?
За год нахождение в лагере Дуглас Бадер совершил множество попыток побега и администрация даже угрожала отобрать протезы. Прямо, как в том анекдоте "Приходило гестапо и страшно ругалось". Но выполнить угрозы не решились, ибо пообщаться с британским асом приезжали лучшие пилоты и самые высокие чины Люфтваффе. В итоге Бадера отправили в защищенный от побега лагерь замка Колдиц, где он и пробыл до конца войны.
Однажды на военных учениях, где-то в Астраханских степях довелось побывать и мне. Я со своим боевым отделением входил в состав боевого расчета противоракетного комплекса. Который состоял из подвижной антенны - радара для обнаружения цели и самих боевых ракет для ее уничтожения. Как только мы развернули комплекс, так сразу получили приказ на уничтожение учебной цели. Но самое интересное произошло потом. На комплексе перестала вращаться антенна и мы потеряли цель. В критический момент сработало самое страшное оружие русских: непредсказуемость, смекалка и немного водки. Наш командир приказал привязать к радару веревки и вручил их концы доблестным бойцам ПВО, то есть нам. Как бурлаки на волге или пони, мы пошли по кругу вращая антенну. "Цель обнаружена!", - закричал наводчик. Залпы ракет и нервное ожидание. Позже по рации передали 100% поражение цели. Бойцам увольнение, а командиру повышение.
Не мое, но очень понравилось. Из комментариев к статье о модернизированном телефонном звонке.
Помню, на службе в СА в нашем батальоне сломалась сирена-ревун (охрененный такой девайс размером с большую табуретку, предназначенный для подачи сигнала боевой/учебной тревоги)... А поскольку в то время я (на должности телефониста) нёс ночную вахту на армейском телефонном коммутаторе, добрый прапор притараканил этот пепелац мне ... типа, "на, чини, профессор"...
Звонков по ночам практически нет, поэтому починил я его достаточно быстро... Ну, и на радостях решил проверить : )
Через три минуты личные составы нашего батальона (а так же двух соседних) стояли перед своими казармами в полной боевой выкладке, а ещё через минуту ко мне ворвался дежурный по части старлей с выпученными глазами и размахивающий табельным ПМ... Писец... Мысль была, что мне не жить...
Спас меня звонок из бригады, следствием которого явилась дейтвительная учебная тревога... Как же удивился проверяющий полковник, который въехал на КПП практически сразу со звонком и увидел четыре построенные роты — одетые, застёгнутые, в противогазах... Всё по уставу и соответствующим предписаниям...
Офицерам нашим объявили благодарность, дали премии... А я под это дело выклянчил отпуск домой на две недели. .. Вот такая вот она, электротехника : ) ...
В 1981 был на военных сборах в г. Сретинске. Рядом стоит большая военная часть. Там и рассказали…
Военный УРАЛ раздавил петуха. Хозяин боевой дед запомнил номер, взял топор и стал дожидаться возвращения машины. Завидев её, встал на дорогу.
Солдат остановил перед ним машину. И дед со всего маху стукнул топором по переднему колесу УРАЛа! Топор отскочил и обухом попал в лоб хозяину…
Тут даже мораль писать не хочется. Из-за птички… И солдату тоже не позавидуешь…
Михал Михалыч питал оструюнеприязнь ко всякого рода сектантам, особенно кришнаитам. Снаступлением оттепели и гласности (1987-88) они во множестве выползлина улицы, предпочитая центральную часть города (где и служил Михалыч),и устраивали там публичные безобразия типа пения мантр, торговлилитературой и
Однажды в воскресенье мы шли по Арбату не по служебным, а поличным делам. Нас было человек шесть, в том числе и Михал Михалыч.Недалеко от Смоленской площади послышались знакомые звуки, при которыху Михалыча запылал в глазах священный гнев и сжались кулаки. Мыподошли. Кришнаиты, собравшись кучкой, постукивали в свои бубенцы игорланили обычное:
Харе Кришна, харе Кришна, Кришна, Кришна, харе, харе. Харе Рама, харе Рама, Рама, Рама, харе, харе. Устраивать мордобой в духе Михалыча было нельзя: здесь не наше отделение. Был применен иной способ.
Растолкав любопытных, мы приблизились к кришнаитам. Они, видимо,что-то заподозрили, но своей занудной песенки не бросили. Поглядываяна Михал Михалыча с опаской, они продолжали гнусавить:
Харе Рама, харе Рама, Рама, Рама, харе, харе. Дождавшись конца куплета, Михал Михалыч махнул рукой, и мы все дружно вступили, заглушив сторонников Кришны: В харю Мишку, в харю Мишку, Мишку,Мишку - в харю, в харю! По толпе покатился смех. Кришнаиты, не разобравшись, в чем дело, по инерции продолжали стучать в барабаны. А Михал Михалыч и с ним остальные горланили дальше: В харю Райку, в харю Райку, Райку, Райку - в харю, в харю! Всекругом хохотали. А кришнаитам пришлось убраться, потому что в такойобстановке их уже всерьез не воспринимали...
Разговорил я наконец знакомого, бывшего спецназовца, получившего в 90-х медаль за спасение девочки-заложницы. Пишу как слышал, убрав только виртуозные маты – их я во всём великолепии воспроизвести всё равно не сумею, а от него самого письменной истории вы фиг дождётесь.
«Я его решил на психологию взять – понял,
Под тельняшкой у меня была майка телесного цвета, под ней бронежилет кевларовый, но в сумерках кто там разберёт – на это и был расчёт.
Главное, даже притворяться не пришлось, что больно, и что пулями назад отшвыривает – действительно больно охренеть, и правда отшвыривает. Успел разрядить почти всю обойму. Иду на него типа из последних сил, падаю почти ему навстречу, а у самого в голове одна мысль – лишь бы не в голову. Лобярник у меня конечно толстый, иначе не пошёл бы на эту службу, но кевлара под ним нету. Обошлось – я на него рухнул типа замертво, ну и вырубил лбом в лоб, только неудачно пришлось – сам чуть не отрубился. Когда его выводили, смешно стало – у обоих на лбах офигенные шишки. Я его спросил:
– Чего контрольный в голову не сделал?
А он отвечает:
– Да больно уж красиво ты шёл, подыграть захотелось! Значит, психологический приём сработал…
Значит, психологический приём сработал…
Был у меня в армии случай.
Звонит на пульт часовой и говорит:
- У меня на посту по сооружению (здание) кто-то камнями кидается.
Доложили начальнику караула. Вроде посмеялись, но часовой настойчивый: кидаются и всё тут. На улице ночь, темнота, пост посреди леса, до ближайшего жилья не один км по буеракам. В принципе можно его понять - жутковато. Начкар сказал:
- Лично приеду и если ничего не найду - с нарядов не вылезешь.
Поехал. Сидят они с часовым на вышке вдвоём, прислушиваются. И тут правда на крышу сооружения что-то падает и с характерным грохотом катится (крыша железная и шум получается приличный). Вздохнули, часовой с облегчением, начкар с удивлением. Караул "В ружьё", все на ловлю кидающегося шутника. Пробегали вокруг по лесу, пошумели, хорошо что не стреляли, никого не нашли. Стоят, решают. И тут опять по крыше загрохотало. Посадили бойца на крышу с боевой задачей: засечь направление, с которого враг кидается. И вычислил он таки этого террориста. Рядом сосна стояла, довольно высокая, она шишки на крышу и сбрасывала.
Моего отца призвали в армию в 1939 году. Тогда в Рязанской области боролись с симулянтами, т.е. признавали годными всех подряд 8-0. В их часть попали две такие жертвы. Один был... ну, я не знаю... даун, илипросто человек, лишенный памяти. Он никак не мог запомнить знаки различия или как они тогда назывались, и ему написали шпаргалку, в которой нарисовали петлицы, и написали, какому званию они соответствовали (погоны в армии ввели только во время войны).
Благодаря этой шпаргалке бедняга мог быть дневальным. Однажды в часть приехал проверяющий из штаба дивизии. На беду (а может, на счастье) дневальным был этот тормоз. Он скомандовалпо уставу "Встать, смирно", подошел к начальству и начал: "Товарищ...",потом заглянул в свою шпаргалку и, повернувшись к начальству спиной, окончил: "Вольно. У нас такие не водятся". На следующий день его комиссовали.
Прочитал в одной истории про "дембельский аккорд" и вспомнил два случая из своей службы. Перед увольнением в нашей части было принято раздавать работу, после выполнения которой на следующий день демобилизовывали. Было у нас два солдата: один - электрик, а второй - сварщик. Обоим досталась работа по обустройству территоории автомобильного парка. Электрику было сказано:
- Как только не будет ни одного столба на котором не горит фонарь, можешь увольняться.
Через день - электрик приходит и докладывает что работа выполнена.
Пришли, включили свет - действительно все фонари горят. За такую скорость - уволили в тот же день, а на следующий день за забором нашли небольшую кучу столбов. Электрик ночью, пока никто не видел спилил все столбы, на которых не горели фонари. Задание было выполнено дословно.
Сварщику необходимо было сварить все тубы системы отопления в гаражах.
Сварщик довольно быстро справился с заданием, но ему не хватило одного метра трубы. На вопрос: "Где взять?", - по армейскому обычаю получил ответ, - "Достань!". Парень думал пару часов, а потом взял лом и приварил его вместо куска недостающей трубы. После покраски отличить было нельзя. Сварщик уволился, а когда наступила зима, и все батареи полопались народ больше месяца искал причину.
Однажды поздно вечером сотрудники ВВС Зоны 51, секретной базы сверхсекретного режима в Неваде, были удивлены, увидев приземляющийся на их секретную базу самолёт Cessna. Они конфисковали самолёт и доставили пилота в комнату для допросов. История пилота заключалась в том, что он вылетел из Вегаса, заблудился и заметил базу как раз в тот момент, когда у него заканчивалось топливо. Сотрудники ФБР и ВВС начали полную проверку пилота и задержали его на ночь, на время расследования. На следующий день они наконец убедились, что пилот действительно не врал. Они заправили его самолёт, провели ему инструктаж по принципу "ты-не-видел-базу", сопровождаемый угрозами, что он может провести остаток жизни в тюрьме, если он расскажет про секретную базу. Сказали ему, что Вегас находится в такой-то стороне, в таком-то направлении и отправили его восвояси.
На следующий день, к полному недоумению ВВС, снова появилась та же самая Cessna. И снова полицейские окружили самолет ... Только на этот раз в самолёте было два человека. Тот же пилот выскочил из кабины и сказал: "Делайте со мной всё, что хотите, но в самолете моя жена, и вы должны сказать ей, где я был прошлой ночью! ".
Из жизни.
Году в 1994-м в Питере в Военно-морской поликлинике, не без удовольствия наблюдал замечательную сценку...
В поликлинике обеденный перерыв. Сижу перед перевязочной в очереди.
Рядом - кабинет дерматолога. К этому кабинету подходит паренёк в форме морпеха(М) и начинает ломиться в закрытую дверь. Дверь открывает здоровенный врач(В), и вся очередь слышит такой диалог:
В (грозно):
- Тебе чего?
М (скромно):
- У меня... эта... болит...
В (также грозно):
- Чего болит?
М (тихонько):
- Ну,... эта... х[рен] болит...
В (ничуть не снижая голоса):
- Не х[рен], а член, а как болит?
М (еще тише):
- Ну,... эта... чешется...
В (успокаивающе): - Вот я сейчас чай допью - а ты пока тут посиди, ПОЧЕШИ!
- Вот я сейчас чай допью - а ты пока тут посиди, ПОЧЕШИ!
Коллега с Северного Кавказа рассказывает. На днях к нему поскребся дальний родственник из горного селения. Просит спрятать его в городе на некоторое время. А то односельчане его ищут и хотят убить. За что? Это грустная история. Наш герой как-то подрабатывал на оборонном предприятии, что-то перестраивали. Нашёл он там слиток какого-то серебристого металла, который как он посчитал, спрятали в банке с керосином. Ну он и вынес его прямо в банке, привёз в деревню и никому не говоря решил его спрятать ото всех. А в кавказском горном селе в принципе нигде ничего не спрячешь. Ну кроме как в выгребной яме, куда он и сунул эту банку. Что-то там произошло, неизвестно, может дожди залили туалет, может тряхануло и банка разбилась. Но однажды туалет взорвался, да так, что говно пришлось отскребать не только от всей деревни, но и от Эльбруса. МЧСники сказали, что взорвался нехилый по весу кусок натрия. Все повернулись лицом к нашему герою. Тут-то он и рванул в бега. Не знаю, простят ли его односельчане, но город этот называть пока не буду.
В очередной раз убеждаюсь, как бывает неудачно рассказывать анекдоты.
Забегаловка. За соседним столиком компания явных студентов, чуть подальше три вояки - два майора и подполковник. Ну и студенты, явно для прикола, громко рассказывают анекдоты про военных, радостно каждый раз ржут. Видно, что вояки надуваются злостью, но сделать ничего не могут. Ну и очередной студиозус рассказывает: Телеграмма в военкомат - 28 мне уже, поцелуйте меня в ж.
Один майор резко встаёт, аж стул опрокинулся. Ну, думаю, вот и драка будет. Но он становится по стойке смирно, откидывает руку, и хорошо поставленным командирским голосом декламирует:
- Для любителей в же целоваться
Существует мобилизация!
После чего спокойно садится на место. Все ржут, студиозусы быстро допивают пиво и уходят. А говорят, у военных нет чувства юмора...
А говорят, у военных нет чувства юмора...
Не моё, но расскажу от первого лица. Рассказ знакомого про армейские будни.
Армейская тупость? Ты просто не служил, потому не знаешь, как там всё происходит. В армии же главное - беспрекословное выполнение команды. Сначала выполни, а потом думай, если хочешь. Вот тебе пример. В нашей части стоял старенький УАЗик. Стоял он много лет, в
Однажды от местного начальства в лице майора пришел приказ: убрать кузов с территории части, сколько ж можно его терпеть?
Наутро прапорщик подозвал нескольких бойцов и передал им приказ начальства.
- Товарищ прапорщик, так ведь он в калитку не пройдёт!
- Сам знаю, что не пройдёт.
- А зачем тогда его двигать вообще? Пусть валяется себе дальше.
- А майору ты это сам лично скажешь? - прищурился прапор.
Нрав у майора был не подарок, за подобное "хамство" можно было заработать несколько нарядов.
- Нет, - пошёл на попятную боец. - Но что же делать? Ведь не пройдёт же!
- Не пройдёт, - снова согласился прапорщик, размышляя о чём-то. - Значит так! Берёте УАЗ и ПЫТАЕТЕСЬ пропихнуть его в калитку, вовсю изображая старание. А я пока за майором схожу. Задача ясна?
- Так точно! Разрешите приступить? . .
Спустя 15 минут прапорщик и майор наблюдали следующую картину. Четверо бойцов подносят УАЗ к калитке передом - УАЗ упирается. Солдаты чешут репы, меняются местами, поворачивают УАЗик задом и пытаются пропихнуть его в проём другой стороной, естественно неудачно. Снова чешут репы, ставят УАЗ на попа, толкают в проём... меняются... чешут... тянут...
Прапорщик молчит. Он умный, он знает, что говорить сейчас нельзя. Это должно быть решение майора. Наконец майор произносит:
- Что, не проходит в калитку?
- Никак нет, товарищ майор.
- Хм, да-а-а... И забор высокий, не перебросить...
- Ладно, бросайте его нах[рен]! - произносит майор и уходит. Кузов этот и по сей день там стоит, ржавеет.
Кузов этот и по сей день там стоит, ржавеет.