Медицинские истории

то в магазине - за продуктами. Подошли к нам дед с бабкой и говорят, что мол ходят слухи что вы дачу хотите купить. Что было то было. Но в садоводческое общество я не хотел, а на собственный клочок земли еще не заработал. А дед заладил, что сад смотреть надо. Вроди как бы все логично. Надо же знать за что деньги даешь. Я говорю давай посмотрим, соглашаться пока не будем. Посмотрели мы дачу а через несколько дней дали добро. Т. к. на даче был небольшой домишко, в котором со слов деда и бабки они и зимой жили. Делать ни чего они уже не могут, а дачу жалко. Да и просили они не дорого. Было все это уже осенью. Так что садом мы занялись в следующем году.

В общем прожили мы все лето в саду, благо до работы не далеко. Пришла осень надо в город - детей в школу, да и холодно уже. Нет жена против: не поеду говорит и все, здесь так хорошо. С женой спорить - себе дороже. Стали печку топить. Но не получилось со школой - довести их до школы по дороге на работу, это не вопрос, а вот назад. Дети то еще в начальную школу ходят. Стала их жена дома ждать.

И тут выясняется, что чем больше она дома сидит, тем больше голова болит. Более того, пока мы в саду жили у нее голова перестала болеть. Без таблеток. Она даже не заметила.

Выходит она на улицу - через час голова проходит. Значит причина в нашей квартире.

То есть если бы не сад, так мы бы и не узнали где собака зарыта.

Переехали мы в другую квартиру но в ту же деревеньку, где наш сад.

Про головную боль забыли. Теперь спина болит : -)

перепутают с номером прачечной.

Мечты очень разнообразны, вы сами знаете.

Мишка был врачом, и у него была мечта о панацее. Мишке было сорок лет, и мечта все еще оставалась мечтой. Да и как ей сбыться, если Мишка работал врачом на горнолыжной базе, где все разнообразие заболеваний сводится к ушибам, переломам, и сотрясениям.

Как ни странно, но сотрясения мозга для такого вида спорта редки. А может и ничего странного, потому что мозг, толкающий своего хозяина спускаться с гор ускоренным способом, с применением палок и веревок, сотрясти трудно. Панацею же обычно изобретают в других местах и другие люди.

Однажды к Мишке на базу заявилась компания друзей. С горными лыжами друзья соотносились только по телевизору, а вот к уральским горам, Мишкиному гостеприимству, башкирской водке и русской бане относились замечательно.

Вечером, после походов по горному зимнему лесу, всяческих обедов и шашлыков на искрящемся солнцем морозном воздухе Урала, компания собралась в сауне, где и произошел трагический несчастный случай, положивший начало исполнению мечты.

Сашка сел на каменку.

Голой, как вы понимаете, задницей. А чем еще можно сесть на каменку в сауне? Ничем другим не получится, можете даже не пробовать.

Сев на раскаленные камни Сашка издал такой рев, что в джакузи перестал подаваться воздух, в котельной отказала автоматика котлов, а в лесной берлоге проснулась и заскучала о несбывшемся большая медведица.

Мишка был наготове. Он мгновенно провел все известные спортивной медицине противоожоговые мероприятия, подув на ожог и обильно намазав место ожога оранжевой пеной с облепихой и левомицетином. Пациенту рекомендовалось до момента полного заживления лежать исключительно на животе, а в остальное время жить стоя.

Пациент при этом вел себя послушно и приняв для обезболивания четыреста водки, сесть даже не пытался, располагаясь за столом в позе древнего грека в ожидании оргии.

Утром компания вышла из банного корпуса, чтоб отправиться на трассу с горными лыжами, горными ботинками и горными палками. И отправилась бы увеличивать количество сломанных рук и ног, но тут опять вмешалась судьба. К корпусу подошли две лошади, и одна симпатичная наездница с предложением прокатиться.

- Да запросто, - воскликнул Сашка, напрочь забыв изречение Семена Михайловича Буденного, о главной части конного всадника.

«Конник! , - неоднократно говорил Семен Михайлович, - пуще всего береги [п]опу! Если у конника на жопе прыщ, он уже не боец».

Вполне возможно, что это говорил и не Семен Михайлович, но наездница была прекрасна, яркое солнце искрило свежий снежок, легкий тридцатиградусный морозец подталкивал к подвигам. Напрочь забыв про рекомендации врача Сашка вскочил в седло, и поскакал в лес. Потому что кроме леса скакать было некуда. Наездница кинулась следом.

Вернулись они минут через сорок. Девушка ехала впереди, держа в поводу лошадь, на которой поперёк седла лежал Сашка.

У него была перевязана голова.

- Там у нас сук над тропинкой, - пояснила девушка, - а ваш товарищ не успел нагнуться. В лесу же нельзя галопом, можно только рысью. Мы на соседней базе в медпункте пару швов наложили, и сразу к вам приехали. А товарищ ваш странный какой-то – ложиться на спину и садиться на отрез отказался.

- Миша, - позвал Сашка голосом крови на рукаве израненного Щорса, - у тебя обезболивающего нет? А то что-то везде болит.

- Есть как же не быть, - обрадовался Мишка.

Он достал из кармана огромную таблетку, и разломил ее пополам.

- Я мечтал об этом всю жизнь, с тех пор как уволился в запас. Вот тебе обезболивающее. Эта половина таблетки от головы, а эта от наоборот. Смотри не перепутай.

Так в Уральских горах исполняются мечты о панацее. А в вагонах СВ прекрасные незнакомки мало того что храпят, они еще могут воспользоваться вашими тапочками, и даже зубной щеткой. Будьте бдительны с мечтами.

как я осталась жива, хотя шансов казалось бы не было:

Я родилась в 1999 году в городе Магнитогорске. Я была вторым ребёнком в семье, поэтому никто не ожидал никаких возможных проблем. Однако, я родилась с исключительно тяжёлой аномалией строения сердца и абсолютно минимальными шансами на выживание. Врачи не давали мне больше трёх возможных месяцев, единственным возможным вариантом для спасения на тот момент была операция в Германии за 100. 000 долларов. Конечно же, моей семье это было недоступно. Врачи умоляли отказаться от меня, и родственники семьи тоже. Родители и не думали об этом варианте, поэтому сразу же из роддома меня перевели в городскую больницу. Мое сердце не разгоняло кровь, и из-за этого она застаивалась в нём, оно увеличивалось в размере и давило на легкие. В 3 месяца я была в весе новорождённого ребёнка. Каждый день мог стать последним. Однако, я оказалась слишком живучей, и никто не понимал, каким образом. Одна медицина Челябинской области могла лишь поддерживать мое более-менее возможное «нормально» состояние, но не вылечить.

Спустя время мои родители узнали о клинике в Ереване и фонде «Норк-Мараш». Это детский кардиологический центр, который делал сложнейшие операции в области кардиологии за счет фонда и моя семья схватилась за этот шанс. Напомню, что на дворе 1999 год. Связаться с клиникой из Челябинской области невозможно практически никак. И моя мама решает написать письмо «Почтой России». Как вы понимаете, если бы она отправила его именно почтой, то дошло бы оно скорее всего только сейчас. Моя мама на почте в очереди была в ужаснейшем состоянии. Понятно почему. И в этот момент к ней подошел пожилой мужчина и спросил, что произошло. Она рассказала и тогда услышала: мой племенник завтра летит в Ереван. Он сможет письмо отвезти - и мама на доверии отдала ему это письмо. Это одна из первых случайностей в последующей цепочке тех, в которые сложно поверить, но которые в итоге спасли мне жизнь. Уже через день письмо было в клинике и привезли его в день конференции врачей.

Письмо зачитывал главный хирург, Грааер Саакович, который в будущем трижды оперировал меня. Врачи сразу после прочтения письма приняли решение браться за мой случай, как сказал главный хирург: Счёт идет не на дни, а на часы - однако, на тот момент деньги фонда уже были потрачены. За тот год прооперировали порядка 20 детей. Денег уже не было. И весь персонал клиники отказался от своих зарплат и содержания, чтобы спонсировать операцию. Сразу, без каких-либо сомнений. Однако, появилась другая проблема - связаться с моей семьей и оперативно доставить меня в Ереван.

И вот снова по счастливой случайности у одного из врачей клиники в Челябинске жил брат, и он в тот же день позвонил ему и попросил найти мою семью. Человека, которого попросили меня найти зовут Артём, сейчас он мой крестный отец. Он в ту же ночь занялся поиском моей семьи по телефонным справочниками Челябинской области. И нашёл. На звонок дома ответил отец и сказал, что мы с мамой находимся уже в Челябинске. Он сразу же поехал в больницу. Нашёл нас и сказал, что нас берутся оперировать. Через чуть больше суток я уже была в Армении. Однако, оставалась другая проблема. Оплата операции и реабилитации была решена, но необходимы были, как их называл мой хирург, «винтики-шпунтики» из США стоимостью 15. 000 долларов. Жена Артёма, моя крёстная, Таня на тот момент была известной телеведущей (она кстати брала интервью на первой инаугурации Путина) и во всех газетах разместила информацию о счёте для сбора средств. Конечно, ничего с помощью этого способа не смогли собрать. Пара поступлений и всё. Казалось, что теперь всё - жизнь дала шанс и сразу же его отняла. Но, как говорится, х[рен], потому что в этот момент появляется «хороший человек», который с условием, что его имя никогда не будет озвучено переводит одну сумму всем платежом. Моя семья так и не знает, кто это был. Он был другом моего крёстного. По факту именно он дал мне шанс. И меня прооперировали. В полгода была моя первая операция длительностью около 8 часов. В дальнейшем будущем у меня было ещё две операции. В 5 и в 12 лет. Самая сложная была в 5: кома, клинические смерти, атрофия мышц, переучивание говорить и очень долгая реабилитация.

Эту историю я сейчас рассказала вам лишь с одной целью: даже когда кажется, что шанса нет, когда буквально в любую минуту может случиться катастрофа и пути назад нет - всё может стать хорошо и именно благодаря людям. В такие времена только вместе можно спастись. Один незнакомый человек с добрым сердцем может спасти вашу жизнь. Одна случайная встреча. Один звонок, один разговор. Я очень прошу вас не терять надежду и верить, что однажды все станет лучше. Что вы сможете вздохнуть так же, как и я, полной грудью, хотя месяц назад ваше сердце разрывало само себя и вы не могли дышать. Сейчас уже всё хорошо, я здорова в пределах своей нормы, и особо это всё не мешает мне жить.

Мне так показалось, что именно с такого ребенка и пошли анекдоты про Вовочку.

И вот, волею судеб в кассу мы попали в одну. Они стоят перед нами.

Народу мало, папа не спеша выкладывает покупки на ленту, мама их укладывает по пакетам, а этот шкет за спиной у папы в три укуса уничтожает приличного размера мороженое. Запихнув в себя последний кусище и проглотив его одним махом, он тычет зажатой в кулачке грязнючей оберткой папе в поясницу.

- Папа, я это уже съел. Ты же заплатишь? – А глазенки при этом повинные и честные-честные. Ну, в конце-то концов, он же не украл...

Папа с мамой одновременно ставят руки-в-боки, и делают нравоучительное выражение лица. Сынуля, видя их настрой быстро-быстро и бочком-бочком проскакивает между ними со словами:

- Ну, все... , я ПО[ман]дОВАЛ... , - и уже за кассой, - мама, я буду у выхода вас ждать!

Уже смешно.

Ан нет. Тут подала свой очень звонкий и высокий голосок моя дочурка. Одетая как "тургеневская барышня" в сарафанчик ромашками до пят, в соломенной шляпке, на носике солнцезащитные очечки, сумочка на плече, туфельки в тон.

- Мама, а нам тоже [ман]дОВАТЬ надо?!

- Кхм, - я непроизвольно заливаюсь алым цветом во все лицо.

Она видя мое непонимание ситуации тут же поясняет: - Ну, наша воспитательница нам всегда так говорит, когда кто-то нашкодничает...

[ман]дуйте отсюдова, пока ВСЕ-Е-ЕМ не вломила.

Вот теперь ухахатывались все. И я, и родители "Вовочки", и персонал, и остальные покупатели. Хвала детским воспитателям, как говорится, за наш "здоровый" смех!

анекдот основан на реальном событии в его семье.

Его жена затеяла рожать в рождественскую ночь после сильнейшего за три года снегопада. Дело происходило в Канаде, и даже не в Торонто или Монреале, а в самом медвежьем углу провинции Альберта. Если вы спросите, как туда занесло человека по имени Рабинович, то ответ очень прост. Чем больше в углу медведей, тем выше шанс найти там вакансию айтишника, не занятую человеком по имени Радживкапур.

Это была первая зима Рабиновича в Альберте, но он подготовился. Купил снеговую лопату и неплохой джип. Что его в итоге и подвело. Часа через два ему удалось откопать гараж и довольно бодро двинуться по лесной доргоге в направлении ближайшего госпиталя. Но дальше лесная дорога перешла в полевую, на первом же повороте джип сполз в кювет и безнадежно застрял в сугробе. До госпиталя оставалось километров 40, до выезда на трассу – вообще километров 7, но никаких шансов преодолеть эти километры не было.

Рабинович позвонил 911. Вызов приняли, пообещали передать его полиции и пожарным (так обычно и делается), но посоветовали особо на них не рассчитывать. Расчистка трассы продлится минимум до утра, а когда очередь дойдет до проселочных дорог, вообще неясно. Вертолет? Есть вертолет, но тут в округе столько сердечников и эпилептиков... ну, вы поняли.

Рабинович открыл гугл и ввел запрос “как принимать роды в машине зимой”. Что удивительно, он нашел довольно толковый ролик на эту тему. Что совсем не удивительно, ролик был на русском языке и даже проиллюстрирован кадрами из художественного кино. Рабинович узнал в роженице Нину Русланову. Оказывается, вездесущий Никита Михалков снял когда-то и такой фильм – фактически безбожно растянутую рекламу автомобиля “Фиат”.

Согласно ролику, для успешного приема родов, кроме феноменального везения, требовались три вещи: тряпки, горячая вода и ножницы. Вместо тряпья в джипе имелся запас одежды, взятой женой в роддом, вместо ножниц – охотничий нож. Горячей воды не было.

Схватки шли с пугающей частотой, когда вдали показался свет фар. Но это была не скорая, а какой-то юнец на снегоходе. Как оказалось, репортер местного телевидения, который в поисках сенсаций прослушивал полицейскую волну. Рабинович хотел было послать его на четыре буквы, но подумал и послал в другом направлении: к ближайшему жилому дому за горячей водой.

Жившие в доме старички поделились всем, чем могли: кипятком, кучей простыней, рождественским печеньем и молитвами. Юнец привёз всё это и уговорил Рабиновича всё же разрешить ему поснимать: пусть в Рождество на телевидении появится хоть один позитивный репортаж, а то сплошные несчастные случаи, аварии и убийства. Через час показалась головка младенца. Почти одновременно со стороны дороги опять показался свет фар. По снежной целине полз снегоуборщик, а за ним – пожарная машина со всей иллюминацией. Репортаж вышел что надо.

Юной Джулии Рабинович на днях исполнилось 12 лет. Обстоятельства появления на свет сказались на ее характере. Она не видит в жизни препятствий, и если не станет лет через пять олимпийской чемпионкой, то лет через тридцать непременно станет лауреатом Нобелевской премии в какой-нибудь точной науке.