У режиссера Райзмана разболелся зуб, и врач в поликлинике рекомендовал зуб удалить, предложив сделать это хоть сию секунду. Но Райзман был человеком мнительным и в обычной поликлинике рвать зуб не захотел. Пришел домой, узнал через знакомых телефон знаменитого дантиста, позвонил, и тот назначил время приема — в три часа следующего дня. Кое-как Райзман дотерпел до утра и поспешил на прием заранее. Пришел за полчаса, в приемной его встретил ассистент профессора, по всей видимости, практикант, и усадил в кресло. Профессор выглянул и сказал практиканту: «Начинайте! Вот инструмент, вот щипцы... Не робейте! Когда-нибудь же надо учиться... » И ушел куда-то, так что Райзман и слова не успел сказать. И начался кошмар. Неопытный практикант сразу же зуб сломал, потом стал долбить, извлекая осколки. Ровно в три в кабинет снова заглянул профессор и, постучав по циферблату, сказал:
— Заканчивайте скорее! Ко мне в три часа должен прийти известный кинорежиссер Райзман...
Ногу сломал месяца за два до дембеля – в марте 84 года.
Стоял ночью на посту, пришла смена. Разводящий, не дожидаясь, пока мы проговорим «пост сдал – пост принял», пошёл с поста, Я за ним вдогонку, когда подошва моего левого валенка соскользнула вперёд по накатанному снегу, и я с маху сел на подвернувшуюся правую ногу.
Острая боль в лодыжке,
Снял автомат с плеча, поковылял кое-как, используя его в качестве трости. Приклад вниз, а на мушку опирался рукой. Временами просто скакал на левой ноге. Останавливался отдыхать. Идти было километра два, наверное.
Пришёл в караул, доложил начкару о неприятности, вижу его раздумье – что делать. Хлопотно это – вызывать из роты мне замену. Это надо звонить кому-то из офицеров домой – будить, объяснять, в чём дело. Тому идти в роту – смотреть составы завтрашних караулов и нарядов, определять – кого сейчас поднимать на замену Гладкову. Выдавать автомат и патроны, перед этим звонить дежурному по части - объяснять необходимость открытия ночью комнаты для хранения оружия, потом сопровождать этого нового караульного до караульного помещения. И решать – что делать с Гладковым, как доставлять его в санчасть. А завтра ещё и кучу рапортов отписывать о происшествии и принятых мерах.
А я же ещё и не уверен, что перелом. Вдруг просто растяжение, завтра может всё пройдёт, а я такой переполох этой ночью устрою. Говорю начкару: «Товарищ лейтенант! Я на девятом стою, он же двухсменный-ночной. Утром склады откроют, часового снимут. Мне осталось одну смену отстоять. Так я эту смену могу на губе отстоять, а с губы часового на девятый можно отправить».
Начкару моя схема понравилась, и я пошел отдыхать. Но сначала снял валенок – посмотрел ногу. Лодыжка начала отекать. Понятно, что если лягу на топчан разутый, то через час нога в валенок не влезет. Лёг обутый.
Через час – «Смена подъём! »
На одной ноге доскакал до пирамиды, взял автомат, встал в строй. Томский, которому вместо тёплого коридорчика гауптвахты достался мой девятый пост, недовольно на меня посматривает и шёпотом матерится по-якутски: «Абас кынси! »
Отстоял свои два часа на губе, сдал пост. Начкар говорит: «Оружие и патроны оставляй здесь – двусменники отнесут в роту, а сам иди в санчасть. Разрезаю штык-ножом голенище валенка, снимаю его, рассматриваю чудовищно распухшую лодыжку.
Прыгаю на одной ноге из караулки. До санчасти километр-полтора. Из тёплого бокса выезжает командирский УАЗик. Водила охотно соглашается меня подбросить. В санчасти хирург осматривает лодыжку, и отправляет меня на санитарной машине в госпиталь. Там прыгаю по коридорам и лестнице на второй этаж до кабинета хирурга. Хирург выписывает направление на рентген, который на четвёртом этаже. Скачу туда. Делают снимок, велят подождать на стуле в коридоре. Рентгенолог выходит с результатом: «У тебя перелом лодыжки».
Встаю, спрашиваю:
- К хирургу идти?
- Куда ты пойдёшь? ! С переломом нельзя ходить! Сиди, сейчас костыли принесут…
- : Это у меня плохой почерк?
- : угум-с
- : Я тут ходил анализы сдавал. На направлении в больничку один дохтур мне написал "кабинет 434". Так я почти довел бабушку в гардеробе до инфаркта и полу-бабушку в регистратуре до слез, пока выяснил, что это не "434", а "У3И"..
Мой дядя, самых честных правил, попёрся намедни к врачу...
Сейчас он пересказывал маме "в лицах", с подробностями, а я подслушал.
В общем, ему требовалось попасть к гастроэнтерологу, по поводу своей болячки, называющейся "бульбит двенадцатиперстной кишки". А поскольку новая экономная доктрина здравоохранения Российской Федерации
И вот, он (довольно пожилой человек, отставной военный, подходящий к собственному лечению, как и ко всему в жизни, не в пример мне, очень серьёзно и основательно) приходит в назначенный срок, заходит в кабинет, и видит за столом некое юное чудо в перьях, хлопающее ресницами - свежеиспеченный продукт современной системы "высшего" медицинского образования РФ.
- С чего вы взяли, что вам надо к гастроэнтерологу?
Дядя называет свой диагноз.
Удивлённый взмах ресницами...
- Э-э-э... пу... пульпит ЧЕГО?
Дядя передаёт по буквам, которые чудо по одной пишет на бумажке.
- Так, я поняла, сейчас посмотрим!
Поворачивается к компьютеру, открывает Яндекс, и вбивает, глядя в записанное.
О... О... ! Да, действительно, есть такое!
Начинается сеанс чтения информации из инета вслух и с выражением, звонким девичьим голосом, а слегка офигевший дядя слушает давно ему известные факты и думает о том, что юная внучатая племянница Асклепия, судя по всему, пять минут назад впервые услышала не только само название болезни, но и слова "двенадцатиперстная кишка"...
В общем, направление он получил.
Но задумался - не следует ли теперь приносить для медиков "широкого профиля", стоящих на страже бюджета Минздрава, краткие популярные справки по недугам, которыми страдаешь? На флешке... и с пруфлинками, естественно.
На флешке... и с пруфлинками, естественно.
Была как-то на преме у нервопатолга. Врач: "На что жалуетесь?" Я: "Так мол и так..."
Проводит осмотр: встаньте прямо, закройте глаза, дотроньтесь указательным пальцем левой руки до носа... и т. д. ,а сама (врач )и еще и вопросы задает:
- Болели Боткина? ветрянка? прочие болезни...
- Нет, нет...
- Вен заболевания?
- У меня нет заболевания вен, а вот муж болеет.
Врач прекращает манипуляции и внимательно на меня смотрит, спрашивает:
- Чем болеет и как давно?
- Точно не знаю как давно, болел еще до нашей женитьбы.
У врача глаза становяться по блюдцу, медсестра перестает писать:
- Чем болет-то?
Я название болезни напрочь забыла, показываю ей на икры:
- Вены на ногах вздуты.
Врач еще нечего не понимает, а медсестра еле сдерживает смех.
Врач:
- Идите в коритор вас пригласят.
Выхожу сажусь и тут до меня доходит суть происходящего. Начинаю хохотать, слезы бегут, тушь уже размазана. В коридоре полно народу, смотрят как на идиотку, тут отрывается дверь врач сложенная пополам от смеха:
- Больная зайдите!
Я в такой же позе захожу в кабинет. Там просто уже все в истерике(на такой хохот прибежали врач и медсестра из смежного кабинета)
Из этой истории была большая польза: принимали меня уже без очереди.
Принеслась сегодня на массаж к своему другу, а в коридорчике перед его кабинетом сидит такой брутальный дедушка. Разговорились, он меня спрашивает:
- Деточка, а вы первый раз к Михаилу Виссарионовичу?
- Нет, не первый, и он Лаврентьевич, - начинаю хихикать я.
- Боже мой! А я сижу, старый дурак, вспоминаю, как его по батюшке... Знаете, прошлый раз он так меня скрутил, что я всю дорогу то бабку покойную как наяву видел, то маршала Конева, то грудной отдел своего позвоночника. Ещё думаю, надо же, какое у человека отчество подходящее, сразу видно - упырь.
- А сегодня зачем пришли, хотите ещё и Жукова повидать? - смеюсь я. - Так помог упырь-то! Я хоть разогнулся!
- Так помог упырь-то! Я хоть разогнулся!
Хочу поделиться историей из моей практики.
Я её нашёл в Live Journal.
Прошло больше 4 лет, я даже забыл что написал зту историю из моих "пандемических" будней в одном из госпиталей где я работаю.
"В декабре 21, прислали клиента, почти 30 лет отмотавшего по тюрьмам. Утром меня попросили поговорить с ним чтоб он сдал анализ крови, хотя за сутки до зтого он обещал нас убивать. Работа есть работа, бояться зав отделению не к лицу. Я его попросил, он меня "вежливо" послал, я пошел к себе в кабинет. Через какое то время слышу шум и вижу как одна из моих работниц "летит" мимо моих дверей. Я за ней. Смотрю, клиент стоит с куском металла от сломанного laundry basket (мешка для белья на металической раме).
Один был выход, кинуться на него всем телом, хорошо что другой мой рвботник смог перехватить руку клиента с куском металла. Я встал с клиента, и услышал краем уха "what a f@cking cowboy shit" ("что за грёбаное ковбойское дерьмо").
Мое сломанное ребро долго заживало. Когла тебе за 50, ребрам надо восстанавливаться дольше. Несколько человек поблагадорили что я спас их. Оставалось 3 дня до католического рождества. Вот и я кому то сделал рождественский подарок".
Сижу в поликлинике к терапевту, напротив - кабинет ЛОРа. Только что вышедшая от ЛОРа тётка ловит звонок на мобилу, разговор следующий:
- Да, сходила... Да, ничего, послали меня. Сейчас пойду к терапевту. Тоже куда-нибудь пошлёт. .. Меня все уже послали, кто только мог. Стойкая русская баба...
Стойкая русская баба...
Заранее извиняюсь за некоторую неэстетичность. Проходил я как-то диспансеризацию. Обойти нужно было с десяток врачей, которые в этот день принимали одновременно. Все кабинеты имели таблички: «Окулист», «Хирург» и т. д. И только один из списка был под номером, загадочным номером 19. И чем-то он мне не нравился. Что-то в нем было пугающее. Хожу из кабинета в кабинет, настал черед девятнадцатого. Смотрю, люди заходят-выходят довольно быстро, вроде ничего страшного.
Захожу. Сидит какая-то древняя старушка в белом халате. Смотрю на нее вопросительно. Она кивает подбадривающе головой, мол, давай, начинай. Как будо я здесь частый гость. Я тоже киваю, но снизу вверх, вопросительно.
Старушка изрекает: «Брюки до колен».
Пожав плечами, с некоторой надеждой неуверенно закатываю брюки снизу до колен и поднимаю на нее глаза.
Старушка смотрит ошарашенно. Пауза.
Следует информация: «Мне нужен ваш голый зад». Брали в этом кабинете какую-то пробу из кишечника.
Брали в этом кабинете какую-то пробу из кишечника.
Стою на автобусной обстановке, автобуса все нет и нет. Рядом разговаривают двое мужчин:
- Что-то ты сегодня неважно выглядишь?
- Вчера меня к себе в кабинет вызывал директор.
- Что, ругал, кричал, грозился уволить?
- Ругал, кричал, грозился уволить, прихватило сердце. Вызвали скорую, оказался – инфаркт.
- У тебя? ?
- Почему у меня, у директора. Уже третий директор за полгода. Мимо проехала скорая, автобуса все не было и не было.
Мимо проехала скорая, автобуса все не было и не было.
Как я лечил зубы.
Произошла это история со мной в 1996 году, в тот год я вернулся из армии и по роковой случайности забыл в воинской части паспорт. Так вышло, что когда меня призывали, по русской традиции устраиваются проводы и как правило на утро все невменяемы пьяны. Но мама моя человек из эпохи СССР боясь что меня по этой причине не призовут,
Прохожу с сыном (2 года) диспансеризацию перед садиком. Пришли к невропатологу, она задаёт ребёнку вопросы, тот молчит. Вопрос ко мне "Почему молчит? ". Я объясняю "Нас обижают в каждом кабинете: то рот раздирают, то палец колют, то еще чего... вот и молчит". Она смотрит с улыбкой на ребенка "Не переживай, здесь тебя не обидят... " и достает МОЛОТОК!
В одной близко знакомой мне семье случилось на той неделе вот что: Пришло, значит, чадо с прогулки (8 лет), все такое довольное и страшно грязное. И немедленно было отправленно в ванну мыться. Сын, в принципе, уже взрослый и сам моется, но сегодня родительское сердце захотело полного контроля. В ходе процедуры мама замечает на лопатке сына
- Что ж вы, мамочка, так затянули? Это видать онкология, да еще и запущенная. Вот я вам направление в детский онкодиспансер выпишу.
Маму откачивали лекарствами и водкой. Папа молча скрипел крышками от пива на зубах. Запись в онкодиспансер уже датируется только следующим месяцем. Проплатили денюжку раз - за быстрый прием и денюжку два - за быстрые анализы. Врач-орколог посмотрел ребенка, принял денюжку и мрачно изрек:
- Плохая опухоль, в зоне сердца. Может быть неоперабельна. Мама начала сползать со стула, хотя она, вообще, женщина крепкая и бывалая.
- Но вы к профессору наведайтесь, в Академии принимает, - обнадежил врач, - может он чего и присоветует. Значится - денюжка за прием к профессору, денюжка за анализы в его лаборатории. Заводят мальчишку к светиле, который в это время недоуменно изучает анализы и спрашивает (но вежливо):
- Чего, мол, с такими прекрасными анализами приперлись?
- Да вот, - говорит мама, - на спинке тут у нас... Профессор долго смотрит на спину мальчика, трогает опухоль пальцем, скоблит ее специальной палочкой. Мама тихо доходит рядом. Потом профессор берется за опухоль рукой и, эдак по-богатырски, ВЫРЫВАЕТ ее из спины. Мама падает в обморок, сын орет и носится но кабинету кругами. Профессор (здоровый дядька) мрачно приводит маму в чувство и грозно спрашивает:
- Зачем вы, уважаемая, к мне привели ребенка, у которого жевачка приклеилась к спине и грязью уже покрылась от времени?
Вот такая развязка. Но денюжку профессор взял - а чего? На доброе дело - денег не жалко!
Навеяло историей про стоматолога без зубов и когнитивный диссонанс по этому поводу.
Приболел я тут намедни, печенка решила напомнить про бурную молодость. Поликлиника, регистратура.
- Запись к терапевту только на следующую неделю.
- А ну как я за неделю-то сд@хну?
- Если хотите, можете пойти на прием к N.
- Что, прямо сейчас?
- Да, там очереди нет.
Захожу в кабинет, сидит доктор. Дама молодая, белый халат, стетоскоп на шее, врач как врач. Но! В ноздре небольшое кольцо. У врача! Я немного задичал. Бок, говорю, болит, печень, наверное. Она вообще молча берет бланк направлений, отмечает, какие анализы сдать, УЗИ и т. д. и протягивает мне. Затем берет из стопочки на столе размноженный на принтере список лекарств и говорит: "Это будете принимать". Вот тут-то у меня и случился этот самый диссонанс. Доктор, говорю, как же я их принимать буду, если даже результатов анализов еще нет? Может мне с этих лекарств поплохеет? На секунду задумалась, "Да, Вы наверное правы, подождем результатов анализов". И забрала листик с лекарствами назад. И побрел я, опечаленный, в платную клинику.
Мы сегодня с одним мужчиной копили ему мочу. Для УЗИ надо было. Мне главное не пить, ему главное не писать. Это пикантное обстоятельство в ожидании УЗИ сделало нас практически идеальной парой на это утро. Каждые десять минут из кабинета высовывалась медсестра и участливо (так что бы слышали даже в лифте) спрашивала:
- Ну, мужчина, накопили?
Обделенный желтой водой мужчина первые пару раз пытался отвечать тихо, мол нет еще, коплю, а потом, поняв, что уже и так весь этаж знает чего он тут торчит второй час, отправил свое стеснение на все четыре стороны:
- Я утром-то сначала все туалетные дела сделал, а только потом вспомнил, что надо было на УЗИ со своим добром приходить. Литр воды выпил, на совещание опоздал, тут клоуном бесплатным сижу, - жаловался мужик, сидящей по левую руку мне и стоящему по правую руку здоровенному фикусу, - На квартиру и то легче накопил и подозреваю, что быстрее. Может ну его к черту это УЗИ, может уйти и заняться чем-нибудь более общественно полезным? Вы бы ушли на моем месте?
Мужчина спрашивал, не поворачивая головы, из чего я сделала вывод, что он обращался одновременно к нам с фикусом.
Фикус демонстрировал уверенность граничащую с наглостью, всем своим видом показывая, что опутал своими корнями поликлинику далеко за пределами своего горшка. Такой точно не уйдет.
- Ну у женщин такой проблемы нет. Где в театре самая большая очередь? Не в гардероб и даже не в буфет. Нам можно каждые два часа УЗИ делать, а рожавшим и каждый час. Правда это достаточно сомнительное преимущество, все-таки в пробках мы стоим почаще, чем ходим на УЗИ органов малого таза.
И мужик не ушел. Только после очередного высовывания медсестры, громко оповещающей всему миру ЧТО он копит, совсем сник.
Я даже не знаю кто меня за язык тянул. Скорее всего это было что-то бессознательное (у нас, зассых, это бывает). Я придвинулась поближе с нашему страдальцу и шепнула «пс пс пс».
На мгновение повисшая тишина сменилась мужчиниными раскатами хохота. Со словами «Ой, щас обоссусь», мужчина влетел в кабинет. Надеюсь, тетке, находящейся там на обследовании, обследовали что-то, для чего той не надо было снимать трусы.