Случаи в транспорте

не оказалось.

Кроме одной девушки. Или молодой женщины, судя по кольцу на правой руке, которое я разглядел, когда попутчица нежданно подсела ко мне.

- Ничего, если я к вам перемещусь? А то одной как-то боязно.

Я, конечно, кивнул, но и удивился. Она была молода, хороша собой, модно и дорого одета. Такие молодухи в электричках, да еще и в одиночестве, не ездят. Впрочем, было в ней что-то простонародное, что-то от «лимитчицы» - как когда-то называли в Москве приезжих из провинции.

Она тут же стала пересказывать мне свою жизнь, и стало понятно, что ничего и никого Люба (так представилась) не боялась, но ей захотелось с кем-то поговорить. Точнее, выговориться.

Впрочем, меня ее история не шибко заинтересовала. Я достал из сумки бутылку пива и, сугубо приличия ради, предложил попутчице глотнуть. Девица отрицательно мотнула головой и, в свою очередь, вытащила из сумочки фляжку темноватого напитка емкостью 0, 35 л. «Cognac Bisquit Classique» прочитал я на этикетке. И Люба, вдохновившись ударной дозой этого недешевого французского коньяка, продолжила свое нехитрое повествование. Лет десять назад она совсем молодой девчонкой приехала откуда-то с периферии в столицу и с ходу подцепила тридцатилетнего парня по имени Сергей. Тот уже тогда был при деньгах, а за последние годы вообще стал миллионером, владельцем и президентом некоего «девелоперского» (я помог Любе выговорить это слово) холдинга. И все бы ничего, но он достал жену своими разнообразными причудами. Одна из которых – строго в последнюю пятницу месяца Люба должна ехать в загородный дом не на своем мерсе, а электричкой. Чтобы, дескать, она не забывала о своих плебейских корнях. И вот сейчас Люба эту повинность и несла.

- А ваш муж чем в данное конкретное время занимается? – осведомился я без избыточного интереса, просто чтобы поддержать разговор. – Пока вы в электричке штрафные круги мотаете?

- Ха! Эту свою придурь муженек называет хобби, - горько усмехнулась Люба. – Сергей берет…

Но договорить она не успела, поскольку в вагон шумно ввалились два не юных уже мужичка в форме десантников – камуфляж и тельняшки. Они были вооружены: один держал в руках там-там, другой – мандолину. Обычно такие деятели ходят по электричкам с гитарами и поют дурными голосами песни про Афган, к которому не имели никакого отношения.

Тот, что с мандолиной, окинул орлиным взором вагон и помрачнел, узрев вокруг зияющие пустоты. И тогда он вместе с барабанщикам направился к нам. Встав напротив нашего купе, «десантник» неожиданно сильным, красивым и чистым тенором затянул «Вернись в Сорренто».

Я бросил короткий взгляд на Любу. Она сидела, отвернув очи к ночному окну и брезгливо поджав полные губы. Певцы ее явно раздражали.

Те же, видимо уяснив, что внимания дамы им не добиться, исполняли древний итальянский хит, развернувшись в мою сторону. Барабанщик лихо управлялся с там-тамом, а тот, что с мандолиной, виртуозно обращался со своим инструментом и не менее виртуозно модулировал голосовыми связками. И, когда он взял самое верхнее си-бемоль минор – «Вернись в Сорренто, любовь моя-а а! », то прошиб меня до слез. Я потянулся за бумажником и отгрузил в сумочку на его поясе пятьдесят рубчиков, а когда обнаружил, что моя купюра болтается там в одиночестве, добавил такую же.

Певец в знак благодарности церемонно склонил предо мной голову и растроганно произнес:

- Вы очень щедры, мне давно никто не платил таких денег.

И они двинулись к выходу.

Я, потрясенный прекрасным вокалом, пару минут молчал. Молчала и девица, проводившая гастролеров суровым взглядом.

- Так какое же хобби у вашего мужа? – спросил я, пытаясь вывести попутчицу из внезапного оцепенения.

Она посмотрела на меня несколько удивленно:

- Так вы ничего не поняли? Ах, ну да, я же вам не успела рассказать… Так вот, где-то в девяностых Сергей начал зарабатывать деньги, распевая песни по электричкам. И теперь раз в месяц вспоминает былое. Вот и барабанщика с собой прихватил из какой-то модной группы. – Люба встала. – Скоро Яхрома, здесь наш загородный дом, тут сойдет и Сережа.

И эта молодая женщина мгновенно исчезла. Как будто ее никогда и не было…

Но нет, была – на скамейке осталась недопитая бутылка французского коньяка «Бисквит».

заняты но в проходе никто не стоит. Атмосфера в автобусе приподнятая - играет музыка, сзади мы ржём, а впереди водила лясы точит с сидящими, справа от него, двумя молодухами.

Видимо как раз благодаря этой непринужденной обстановке, водила прозевал знак "объезд". А может и не было никакого знака. Тогда, как впрочем и сейчас, дорожники сильно не заморачивались: просто положили чуть дальше за поворотом бетонную балку поперёк дороги и написали на ней мелкими буквами: "проезд закрыт". Наверное для тех кому сама балка ещё не аргумент.

В общем водитель уверенно сворачивает по знакомой дороге, и поскольку шрифт не броский он успевает подъехать почти вплотную к этому камню преткновения, прежде чем прервав наконец увлекательную беседу с девчатами уперся обеими ногами в тормоз. Хилинькие тормоза ЛАЗа и железо-бетонное изделие сделали своё дело - слегка помяв передний бампер автобус замер. Автобус то встал, а вот пассажиры, пакеты, чемоданы, рюкзаки и Гоша в том числе (как здесь часто пишут: "в полном соответствии с основными законами физики") были буквально вынуждены продолжить своё движение в направлении Камских Полян. К счастью для подовляющего большинства пассажиров им было обо что тормозить. Как правило больно ударившись о спинку впереди стоящего кресла. Другое дело Гоша. Гоша сидел в самом конце прямо напротив прохода. С собой в дорогу он прихватил перекусить. Как раз за мгновение перед сбоем в движении, он чуть- чуть приподнялся с сиденья чтобы дотянуться до Славки Пронина и треснуть того по голове батоном белого хлеба, дабы прекратить всякие насмешки с его стороны. И вот именно в то время , когда остальной народ уже оттормозился кто чем, о что попало и набирал в грудь воздух чтобы достойно прокомментировать это знаменательное событие, мимо просвистел Гоша. Стартовал он замечательно. Заднее сидение ЛАЗа распологалось выше остальной части салона и это давало прекрасную возможность сразу же набрать определённую высоту. Но чтобы высоту удерживать на должном уровне (каждый знает по собственному опыту) надо регулярно подставлять под тело ноги. А поскольку Гоша был вынужден стартовать из положения буквы Г, то ноги за телом катастрофически не успевали. Тем не менее, Гоша - парень юркий. Его ноги мельтешили как спицы в колесе подбираясь под центр тяжести собственного корпуса и будь эта импровизированная взлетно-посадочная полоса хотя бы на пару метров длиннее, он бы наверняка сумел погасить этот чертов излишек энергии. Но увы, как говорит народная мудрость: чем дальше в кокпит тем больше узлов и чемоданов. Если поначалу Гоша ещё как то умудрялся находить всякий раз свободный от хлама кусочек палубы, то по мере приближения к конечной точке маршрута это становилось все сложнее. Вот ему под ноги попал пакет, узелок, чемодан... И всё. Ноги безнадёжно отстали. Гоша принял в воздухе горизонтальное положение и вытянув вперёд руки, рыбкой ушёл в направлении лобового стекла.

Будь у Гоши в каждой руке по батону, то наверное этот случай не врезался бы ТАК в мою память и я не стал бы вам докучать этим рассказом. Но батон у Гоши был только в левой руке. А в правой руке у него были пол-литра кефира запечатаные в треугольный пакет.

Наверное каждый когда-то пробовал хлопнуть надутым целлофановым пакетом или тетрапаком. Если не угадать точку приложения силы или не хватит самой силы то и хлопок - не хлопок.

Так вот Гоша доказал тогда всем присутствующим что он абсолютно точно знает в какую точку и какую силу надо приложить.

Впрочем если честно, то я не помню был ли хлопок действительно громким. Несравнимо большее впечатление на меня произвел визуальный эффект подрыва этой "петарды".

Буквально за пару минут до описываемых событий, Гоша сокрушался что пол-литра кефира на один батон это ничтожно мало.

Может на батон и мало, но на все стекла кабины, на занавесочки с рюшечками, на всякие там плакатики и открыточки, на водилу и на девок, и ещё примерно на треть автобуса хватает свободно. В этом мы все наглядно убедились.

А в наступившей вдруг на мгновение тишине, из кассетника водителя, Леонтьев пропел: мой дель-та-пла-а-а-ан... .

Сергей

аккуратный. Но не домашнего вида, и уж совсем не городского.

- Не подскажете, где у вас тут можно стоянку дальнобойщиков найти? В Московском направлении?

- Ну, это другой конец города, метро Звёздная.

- А как пройти туда?

- Что значит как пройти? Вот метро же-

- Братан, я сам из Петрозаводска, мне в Москву очень надо, а денег нет. Пешком передвигаюсь. Ты только направление укажи, а дальше я сам.

- Да тут если пешком, только по городу километров пятнадцать, не меньше. Ни хрена себе, прогулочка?

- Ничего, до Питера добрался, и до Москвы доберусь.

- Вот что. На тебе жетон на метро, на Звёздную через две пересадки, следующая будет площадь Александра Невского, выходишь и до Маяковской, там спросишь.

- Спасибо, братан, выручил. Поеду.

- Ей, а у тебя на жратву- то деньги есть?

- Нет. Ничего, перебьёмся. Дальнобойщики народ отзывчивый, подмогу чего, накормят.

- На, возьми. Тут немного, но на пару раз перекусить хватит.

- О как. Спасибо. Удачно я к тебе обратился. Спасибо, не забуду.

- Тебя как звать- то?

- Ефим. А тебя?

- Леонид. Давай, удачи тебе в пути.

- И тебе удачи. Бывай.

И такая уверенность у него во взгляде, такая основательность в движениях- не сомневаюсь, что добрался он тогда до Москвы. Не сомневаюсь.

А вот зачем ему туда, и почему так сильно надо, что аж пешком в такую даль идёт, я не спросил- неудобно было.

В Питере на поднятую руку никто не остановится. Здесь сейчас…

- Да вижу, бл. . дь! Срываясь почти на крик- Полчаса стою, ёб…ный город, ни одна с@ка не остановится – а пустых такси с десяток проехало!

Номер телефона на всех такси нарисован- не запомнить невозможно – 3……. 66, набираю, оператор отвечает-

- Яндекс такси, слушаю вас

- Вам куда ехать, спрашиваю у мужика-

- Эта, Фонтанка 72.

Я оператору-

- Заневский 13, на Фонтанку 72. Оплата наличными.

- Машина будет через две минуты, стоимость маршрута – четыреста пятьдесят рублей. Белый хюндай Солярис, номер 318.

Повторяю всё это незадачливому пассажиру, у которого глаза лезут на лоб от такой оперативности. Для него это вероятно, было похоже на чудо. Ну не сталкивался человек с подобным сервисом. Подъезжает такси.

- Ты это, братан, извини, что я на тебя так. Спасибо. Спасибо, бл. . дь! Слушай, выпьешь со мной? Тут осталось ещё, только стакана нету – давай пополам?

Протягивает мне бутылку Джека Дэниелса примерно на половину опустошённую. Ну что сделаешь, не обижать же человека – отхлебнул граммов сто, пожелал ему счастливого пути.

Мы пожали друг другу руки, и этот медведь, с совершенно блаженной физиономией поехал на Фонтанку…

Чтобы успеть доехать до цели и устроиться в гостиницу, мы гнали вовсю, думаю, километров 100 на спидометре было. Вдруг что-то начинает жутко стучать о днище. Срочно тормозим, папа лезет под машину и вскоре объявляет диагноз: отвалилась такая-то гайка, и без нее нам никуда. Запасной нет, и выход один - попробовать поискать потерянную. Мы с мамой послушно поворачиваемся и бредем назад по шоссе искать то, не знаю что. А папа остается ковыряться возле машины. Никогда до того случая я не предполагала, что на шоссе валяется столько разнообразных железок. Рук нам вскоре хватать перестало, и мы собирали весь этот хлам в подол ! моей футболки. Проезжающие мимо грузовики нам сигналили, но нам было не до них. Пройдя по шоссе метров 700-800 и насобирав столько железа, что за глаза хватило бы целому классу для первого места в сборе металлолома, мы вернулись назад. Папа выбрал из кучи несколько гаек, похожих на нужную, снова залез под машину, что-то там привинтил, пожаловался на отсутствие какой-то контргайки, но сказал, что авось и так доедем. И мы помчались дальше к заветному городу, все еще мечтая о ночевке в гостинице. Проехали мы часа два - два с половиной, и снова тот же стук по днищу. Тормозим. Идем назад, собираем гайки.

На сей раз мы уже примерно представляли себе, что ищем, и обернулись довольно быстро. Починились. Погнали дальше. Все как в сказках: еще часа через два история повторилась в третий раз. После чего мы все-таки благополучно добрались до города. В гостинице даже оказались места, правда, в комнате на девять человек, но нас уже ничего не смущало, и мы с мамой тут же улеглись спать! . А папа пошел в гостиничный буфет снять стресс и выпить пива. Утром он нам пересказал разговор двух шоферов за соседним столом.

1-ый: Слушай, странная история вышла со мной сегодня. Даже не знаю, может, к врачу пойти. Или в отпуск пора, доездишься тут до чертиков в глазах.

2-ой: А че?

1-ый: Да глупость, расскажу - не поверишь. И ведь ни капли не брал! Веришь?

2-ой: Да ладно, а че случилось-то?

1-ый: Ну, еду себе, все вроде нормалек. Гляжу, по шоссе навстречу идут две девахи, такие, ничего себе, и вроде как собирают чего. Ну, я им погудел, они без внимания, я проехал мимо. Еду дальше. Все нормалек. Вдруг километров через 100 уже - ты представляешь? - вижу: идут мне навстречу те же две девки. Те же! В ту же сторону! И опять собирают чего-то.

2-ой: Да ладно, ерунда, мало ли похожих баб по шоссе ходит.

1-ый: Ну! Так и я так же подумал! Ну так еще через 100 километров я их опять встретил! Нет, все, приеду - пойду к Николаичу, нехай отпуск дает.

--------------------------------------------------------------------------------