Жена моего соседа по даче- дом напротив, через дорогу, завела милого щеночка - чёрт его знает, что это была за порода, она говорила, что питбуль, но для питбуля он был слишком крупным на мой взгляд- когда вырос и заматерел. В нём только весу килограмм пятьдесят было.
у окружающих массу положительных эмоций – весело скакал, размахивая хвостом, любопытно тыкался всюду мокрым носом- требовал к себе внимания. Готов был играть и с кошками и с белками - в нашем углу посёлка этого добра в достатке.
Вначале щенка хотели назвать «Пират», но потом изменили на «Флинт».
Через год примерно это был уже довольно крупный зверь - те, кто его знал, и кого знал он, проходили мимо без опаски, протягивая ладонь для облизывания, а не знавшие, сторонились в испуге.
У них в доме была скверная дурная традиция- не запирать калитку, и подросший пёс запросто отворял её, махнув лапой- и в своё удовольствие гонял кругами по улице.
Мишу - моего соседа, он слушался, а вот свою непосредственную хозяйку - не очень - однажды она просила меня покликать пса погромче - чтобы загнать его на участок. К мужским голосам Флинт относился со вниманием. Слушался. Загнали.
Всё изменилось, когда на выросшего пёсика, возле поселкового магазина напала свора местных шавок, выпрашивающая постоянно что-нибудь пожрать у проходящих покупателей. Обычно на них никто не обращал внимания - разве что найдётся гуманист, купит им колбасы с запахом - просроченной, из некондиции.
Сосед мой, вылезая из машины, не успел удержать Флинта, и тот выскочил на улицу, с собачками знакомиться.
Познакомились - через полминуты вся покусанная компания (а там было собак восемь - в основном мелочь, но парочка покрупнее) с визгом разбежалась, разбрызгивая кровь - а те, что покрупнее, неслись впереди всех, поджавши хвосты.
Флинт, довольный, с гордостью прошествовал по отвоёванной территории, задрал лапу у телеграфного столба – и кстати, больше я этой своры у магазина не видел. Запах сохранился.
С тех пор псину как подменили - к людям он продолжал относиться с уважением, но любых четвероногих считал своей законной добычей.
После того, как он насмерть задрал кошку и трёх собак в округе - ещё хорошо, что бесхозных, соседу моему предъявили претензии. Ну он вполне адекватный человек, и при нём калитка на участке стала всегда запертой.
Но жена его по привычке оставляла её, не запирая.
- Вы, блин, доиграетесь этого убийцу без присмотра держать - говорили им. Таких выгуливать можно ТОЛЬКО в наморднике и ТОЛЬКО на поводке!
И разумеется, соседи были правы.
В конце концов есть закон о содержании собак бойцовых пород.
- А что я сделаю? сосед мне жаловался - говорю этой дуре, запирай, бл…дь, ЗАПИРАЙ! , ей по[хрен], как об стенку горох. Войдёт, лапочка, задней ногой дверь захлопнет, и всё, пи…дец, типа - «я в домике».
- Миша, блин, не моё собачье дело, но с этой собачкой вы хлебнёте проблем - не сочти за каламбур- (это я говорю) - мы с ним с симпатией друг к другу относились, не ссорились, и в общем-то добрые приятели были.
- Да знаю, меня тут скоро вся улица ненавидеть будет… А она своего пёса любит, видите ли. Чувствует себя рядом с ним защищённой, [м]ля.
Это была у него вторая жена - намного моложе его, не знаю, что он там в ней нашёл, кроме внешних данных?
Надменная такая девица, простоватая, на всех окружающих свысока смотрела. Из той породы, что если у мужа денег вагон и маленькая тележка (а Михаил был весьма успешным бизнесменом), то это и её заслуга – и все должны относиться к ней с пиететом и уважением.
Меня она однажды просто взбесила. Надобно уточнить, что название «дача» в нашем случае не очень корректно – это были скромные капитальные загородные дома со всеми коммуникациями, на краю посёлка городского типа. Многие жили там постоянно, как Миша с женой, кто-то, как мы, приезжали только по выходным - но круглый год. Уютное место, лес сосновый, тишина, грибы – да я там под настроение спать могу по двенадцать часов в сутки.
После сильного снегопада я однажды почти полдня потратил на то, чтобы расчистить себе подъезд с дороги, и площадку для парковки - перед воротами.
Ненадолго отлучился - в магазин съездил- возвращаюсь, эта курица уже поставила свою машину на расчищенное место. И ещё устроила мне разборки на тему - «Вам принадлежит земля, что вашим забором огорожена, а здесь территория общая, паркуюсь, где хочу». Самой-то лень лопату брать, снег грести. А снега почти полметра навалило.
Вот такая соседушка у меня была. Как звали - ни хрена не помню, хоть Миша нас и представлял друг другу.
На лето к ним в дом приехала Мишина мама, Алла, и привезла с собой милого пёсьего таксика по кличке Бенджамин.
С Флинтом они практически не пересекались, такс постоянно жил на втором этаже, а на прогулки в лес выезжал на руках у хозяйки. Флинт, чьей территорией был двор на участке, только глухо рычал при его появлении. Запах чуял.
Очевидно, присутствие ещё одной собаки в доме он воспринимал, как личное оскорбление - иначе не произошло бы той трагедии, что навсегда осталась в памяти соседей по улице, и Мишиной семьи.
После очередной прогулки, Алла не разглядела, что Флинт валяется рядом с крыльцом, и выпустила хвостатого Бенечку подниматься по ступеням самостоятельно. Бенин визг и крики Аллы слышали все соседи.
Флинт, этот собачий отморозок, на сей раз совершенно цинично преступил границы дозволенного – и когда Алла пыталась Беню от него спасти, несколько раз очень сильно укусил его хозяйку.
Скандал, беда, Скорая помощь – Алла потеряла сознание, была большая потеря крови, потом почти три месяца пролежала в больнице, а малыша Беню уберечь не удалось.
Я при этом не присутствовал, но застал самый конец того скандала, через день, в субботу - когда мой сосед Миша пытался Флинта на хрен пристрелить – ружьё у него было, а эта………………… (здесь непечатно), его милая супруга, вся в соплях и истерике, раскинувши в стороны руки, закрывала собой милого пёсика. Во дворе им места мало было для разборок, на улицу выскочили.
- Ты понимаешь, дура, ё…б твою мать, что если он один раз напал на человека, то уже не остановится?
- Стреляй! Стреляй! И в меня тоже стреляй! Сволочь! Ненавижу!
Никому не пожелаю быть свидетелем таких семейных разборок – эти Мадридские страсти нельзя делать достоянием общественности.
В тот раз никто не пострадал. Дура погрузила своего пёсика в машину и уехала. Навсегда.
А Мишу я потом коньяком полтора часа отпаивал. Труднее всего было не сказать ему - «Ну я же тебя, блин, предупреждал»…
Развелись они, конечно. Дом Миша продал, сейчас там поселилась доброжелательная семья откуда-то из Сибири, здороваемся. Соседи…
С Аллой я виделся ещё раз – когда она приехала забирать свои вещи. Гм. Шрамы, конечно жуткие.
