Расскажу со слов знакомого - подполковника-артиллериста.
Середина 70-х годов прошлого века. Армия. Большие, то ли армейские, то ли окружные учения, с привлечением всех родов войск.
Майор Ананасов (на самом деле - Амосов, ставший Ананасовым после того, как пьяный корреспондент "Красной Звезды" перепутал
Для справки: морской десант высаживается на берег не скопом, как попало, а волнами. Для имитации этой волны (не по живым же людям стрелять) используется старая, отслужившая свое, баржа, с наваренными внутри дополнительными переборками, чтобы не ушла на дно после первого же попадания. Баржу эту тянет на достаточно длинном тросе десантный катер.
Пока батарея окапывается по уши в грязи (а дело это не легкое), морские десантники бухают водку и вовсю прикалываются над бедными грязными и уставшими артиллеристами, чем доводят до белого каления доблестного майора.
История умалчивает, как майор готовил данные для стрельбы, какие метеопосты выставлял, а может, просто, повезло, но факт остается фактом: первый же пристрелочный выстрел попадает точно в баржу, дальше следует залп батареи, все 6 снарядов - точно в баржу, еще залп - еще 6 снарядов в цель. Такого издевательства никакие дополнительные переборки выдержать не могут - баржа практически в мгновение ока превращается в подводную лодку. Напомню, что тросом она привязана к десантному катеру (с теми самыми веселыми десантниками на борту). Глубины в этом месте оказывается достаточно, чтобы превратить катер в поплавок - катер встал "на попа", половина его (вместе с тем местом, к которому крепился трос) уходит под воду. Для освобождения, десантникам надо перерезать толстый трос, находящийся под водой.
Отборный мат десантников было слышно аж на огневой позиции батареи, в нескольких километрах от берега.
Эх !... Военное училище... Сказка ! с намеком...Hо - по порядку...
Когда я учился, уже на выпускном курсе, были мы на стажировке в N-ске, там масса наших бывших выпускников, кто полковник, кто капитан, кто лейтенантом ушел народное хозяйство поднимать...рассказывают, что, мол у вас там должен служить - фамилия Канцлер...
Мы: - Точно, есть такой,
Старые: - Дык, он у нас начальником курса (командиром учебной роты) был! Такая смешная история !Мы: - Hу так расскажите !И история:
- Собрались как-то(летом) командиры групп(взводов) после отбоя водки попить - ну там графинчик, огурчик, консерва рыбная... нету только старшины курса (роты), его все и ждуть...
- Тук-тук... - стук условный...заходит старшина... и Канцлер(который начальник курса)...
- О-о-о, да я вижу командиры собрались обсудить положение дел!
(присаживается) Очень хорошо...Вот, например, первая группа - территория вчера была убрана просто отвратительно! Hачальник факультета лично углядел окурок ровно в 6 метрах от бордюра на запад под кустиком, слегка замаскированый дерном...Жарко сегодня... двенадцать ночи, а так парит...Берет графинчик, наливает 50...хлоп!
- А третья группа!? Отправили дежурное подразделение вагон угля разгрузить, и что!? Разгружали до трех, собрались вместе около семи, все пьяные, на занятия не пошли, я вас товарищ командир группы Иванов оч-чень строго накажу...Берет графинчик, наливает 50...хлоп!
А вы, товарищ командир группы Петров, как вы могли на траурной церемонии скомандовать "Целься!..Пли!.." Ведь друзья и близкие покойного сигали в яму как...Берет графинчик, наливает 50...хлоп!
- Hу ладно, засиделся я тут с вами, пора домой... а вы здесь посидите, обсудите насущные дела...- встает, и уходит...возвращается:
- Я кажется, цветочки забыл полить...- БЕРЕТ ГРАФИH И ПОЛИВАЕТ ЦВЕТОЧКИ. .. - Hу, кажется, все ! Hемая сцена...
- Hу, кажется, все ! Hемая сцена...
Посвящяется Армянской Национальной Армии.
Пару лет назад закончил я университет, и забрали меня служить срочную в один из ереванских полков.
Среди прочей офицерской братии служил в этом полку капитан Х[рена]н-личность во всех смыслах уникальная. Человек неимоверной тучности и просто фантастической глупости. В полку про
Далее. После карантина из нас - ребят с высшим образованием сформировали учебный сержантский взвод. А так как в полку люди мы были новые, то и не все истории знали про бравого капитана. Однажды прибегает в казарму один из наших курсантов и, давясь от смеха, выдает очередную историю с участием капитана (которая, впрочем, была уже давно известна в полку).
« Едет он откуда-то из загорода в Ереван на своей тачке. Трасса прямая и идет под уклон. Вдруг видит, на обочине стоит женщина с ребенком, и голосует. Ну капитан, добрейшей души человек, останавливает машину и подсаживает женщину. Едут дальше. Ребенок попался капризный и все время ноет и плачет. Капитану это надоедает и он, чтобы как-то развлечь дитя, отключает машину, вынимает ключ из замка зажигания и дает его ребенку, дабы тот поигрался и успокоился. Впереди маячит крутой поворот. Капитан с чистой совестью подъезжает на холостом ходу к повороту и начинает крутить баранку. Руль, естественно, попадает в секрет. Машина вылетает за трассу и застревает в сугробах в метрах 20 от дороги. Капитан, с побелевшим лицом вылезает кое-как из машины, чешет репу и ничего понять не может. В чем дело? Почему руль заклинило??????
Подоспевшие на выручку автолюбители подсказали в чем дело…»
Ну мы посмеялись, в очередной раз удивились «сообразительности» капитана. После чего построились и пошли на дневной развод. На плацу уже выстроился весь полк. Комполка еще не пришел и перед ротами прохаживался тот самый капитан Х[рена]н, как ответственный в этот день по полку.
Так вот, подходит он к нашему учебному взводу и один из наших ребят, как бы в никуда, на весь плац изрекает следующую философскую мысль: «Дааа, есть люди как люди, а есть люди – на трассе машину отключают и вынимают ключ из замка зажигания. А на повороте руль попадает в секрет и случаются всякие нехорошие вещи».
Х[рена]н остановился и удивленно выпучил глаза. Полк затаился и стал ждать ответной реакции капитана.
А капитан, поразмышляв минут пять, выдал следующее: «Надо же, какое совпадение. Со мной когда-то произошел точно такой же случай». И недоуменно покачивая головой отошел к другим ротам.
Полк тихо давился от смеха…
Вот такие люди есть в нашей армии. Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей…
Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей…
Пилот самолета компании Chatauqua Airlines случайно запер себя в туалете во время полета. Об этом 17 ноября пишет The New York Post.
Командир лайнера, выполнявшего рейс из Эшвилла, штат Северная Каролина, в нью-йоркский аэропорт "Ла Гуардиа", решил уединиться в туалете перед посадкой. Однако дверь заклинило, и вернуться в кабину пилотов он не смог.
В это время самолет уже кружил над аэропортом. Пытаясь выбраться, командир принялся бить в дверь туалета кулаками. На стук пришел один из пассажиров, которого летчик попросил пройти в кабину и рассказать другим членам экипажа о его злоключении.
Однако сотрудники запертого капитана заподозрили в пассажире, пытавшемся попасть к ним в кабину, потенциального террориста. Второму пилоту к тому же показалось, что пассажир разговаривает с ближневосточным акцентом. О
ЧП - таинственном исчезновении командира воздушного судна и попытках подозрительного иностранца прорваться в кабину - он доложил наземным службам.
Диспетчеры порекомендовали срочно заходить на вынужденную посадку, встречать самолет направили полицию и агентов ФБР, из-за ЧП даже успели связаться с истребителями. В этот момент капитан смог, наконец, выбраться из туалета. Добравшись до кабины, он заверил наземные службы, что угрозы для полета нет.
ИСПОВЕДЬ ДИВЕРСАНТА
Моя мама 30 лет проработала в библиотеке, и все постоянные читатели ее знали и любили. Особенно пенсионеры.
1987-й год.
В читальный зал каждый день уже лет двадцать ходил Иван Иванович - старый заслуженный ветеран войны. В одно прекрасное утро, он как всегда пришел самый первый к самому открытию, поздоровался,
- Доброе утро Иван Иваныч, как ваше здоровье?
- Знаете что, Валюша, не называйте меня больше Иваном Ивановичем.
- ... ?
- Просто я уже могу Вам рассказать об этом. До меня, старика нет никому никакого дела – перестройка и гласность...
- Иван Иваныч, причем здесь перестройка? У Вас случилось что... ?
- Да нет, наоборот, как раз сейчас все хорошо, а началось это, когда Вы еще не родились - в самом начале войны. Я был капитаном, командиром диверсионной группы, мне поручали самые сложные и опасные задания. Имел ордена еще за Испанию. Вызывает меня полковник - начальник разведки армии и приказывает:
- Товарищ капитан, Вам надлежит сегодня ночью отбыть на особо важное задание в тыл врага для обучения партизан диверсионному делу. С этой минуты, для всех Вы перестаете быть капитаном и становитесь лейтенантом-артилеристом, вот Ваши новые документы, теперь Вы Смирнов
Иван Иванович.
Желаю успеха лейтенант...
Так я попал на Украину в партизанское соединение. Занимался диверсиями, командовал разведкой, заслужил там немало орденов и медалей, ну Вы же видели меня на праздник с наградами...
После освобождения Украины, прихожу в штаб армии, чтобы вернуть себе свое законное имя и звание. Докладываю:
- Так и так, вот мои документы, но я не Смирнов Иван Иванович, по моему вопросу необходимо связаться с моим непосредственным начальником полковником таким-то, я буду докладывать только ему лично.
Мне говорят:
- Хорошо, товарищ Смирнов, посидите у нас, пока мы все не выясним.
Сутки продержали в одиночке, даже не кормили, а на утро приходит
«смершевец» и заявляет, что мой полковник недавно расстрелян как враг народа, за шпионаж и попытку покушения на члена комитета обороны, а вместе с ним расстреляны еще десятка два его подчиненных офицеров-заговорщиков... так как говорите Ваше настоящее имя?
Тут я понял, что сам себе подписал смертный приговор... Выбрал момент и кинулся с третьего этажа прямо через закрытое окно. Слава Богу, внизу была травка, так что приземлился и ушел без последствий. Из окна в меня тоже не попали. Прибился к наступающей части и воевал с ней до Праги, пока не списали по ранению.
Никто меня даже не искал, видно «смершевцы» боялись признаться, что проворонили такого «матерого шпиона»... С тех пор я так и остался
Смирновым Иваном Ивановичем и больше не рисковал соваться за правдой...
Ну, а спустя столько лет, моя правда никому уже не нужна, даже жена умерла, так и не узнав настоящего имени.
А теперь, когда и бояться нечего, так вроде и рассказывать некому, один я остался... Вот Вам открылся сейчас и как-то полегчало, как будто бы с войны вернулся...
Валечка, мне будет очень приятно, если хоть Вы будете называть меня
Марком Борисовичем.
Карточку читателя не трудитесь уже переписывать, но вообще моя фамилия Ройзман...
Ройзман...
Есть у меня один знакомый - капитан ГБ. А точнее - КГБ, так как у нас в Беларуси эту самую службу после развала Союза решили не переименовывать, а оставить все как есть. Абсолютно нормальный хлопец, плюс ко всему еще и грамотнейший специалист в области всего, что касается связи, причем любой - проводной, беспроподной, спутниковой, половой и тд. Эту
Сидим у себя на базе всей бригадой, дуемся в карты, кто-то телевизор смотрит, кто-то читает. Ночь с субботы на воскресенье. Вдруг, в час ночи тревога - стрельба в Толочине. В клубе на дискотеке. (Толочин - районный центр, где-то в 30 км от Витебска). Ну мы пулей, как положено - на двух "бобиках" (кто не в курсе - милицейсций УАЗик) вылетаем - и на всех парах в Толочин. Приехали, заходим в клуб. А там - картина Репина маслом! Сказать, что все присутствующие бухие вдрызг - это значит назвать их образцами трезвости. На ногах НИКТО ВООБЩЕ НЕ СТОИТ, даже DJ. Музыка орет, свет мигает - и все лежат вдоль стен. Потому что стоять никто не может. Ровненько в центре зала лежит дробовик. Судя по запаху - стреляли именно из него. Даже видно куда - в одной из колонок вместо динамика - клочья. Спрашиваем - "Чья вещь?". Никто ничего ответить не может по причине сильнейшего напития. Ладно, думаю, хрен с вами, будем производить изъятие - потом по номеру пробьем. Составили все чин по чину - "опись-прОтокол, сдал-принял и тд". И вот тут проблема - нужны подписи двух понятых. А кого тут в понятые брать? Да здень никто и имени-то своего уже не помнит, не говоря уж про то, чтобы подпись поставить. Однавременно у всех появляется одна и та-же идея - председатель райисполкома. Все-таки официальное лицо. Приежжаем к нему домой - а он в состоянии "чуть лучше, чем все остальные". Сели, разговорились, подпись он поставил, вторым понятым жену его построили, вобщем решили этот вопрос. Собираемся уже отбывать на базу, тут я и спрашиваю: "Скажите, а чего это у вас все население такое ммм... уставшее?". А нам и отвечают: "Понимаете, у нас все население работает где? На Толочинском винном комбинате. Делаем мы что? Плодово-ягодное вино, в простонародье - чернила, бырло и тд... Крадут все. А в субботу мы часов с 15.00 начинаем ходить друг к другу в гости. Причем по такой схеме: идешь в гости и с собой несешь вина из расчета 2 литра не человека. А в гости мы ходим допозна. Вот вам и результат".
Ладно, сели по бобикам, завелись, отбыли в Витебск. Не успели отъехать и 5 км от Толочина, как наблюдаем такую картину: по дороге (2 часа ночи!!!) идет бабушка-божийодуванчик, причем идет по негармоничной синусоиде, от обочины к обочине. За собой бабуля тянет бидончик на колесиках. Такой бидончик, на 60 литров, в которых на фермах молоко перевозят. Прием идет ОТ Толочина по трассе в темное НИКУДА. На внешние раздаржители, типа появившегося у нее за спиной света и шума движка от первой нашей машины не реагирует. Наш водила сначала поприкалывался - пристроился ровненько за бабкой и едет меееедленно так. Потом его это достало и он ловким движением руки включает мигалки, ревун и еще на гудок давит. Бабуля подскочила ТАК, как я на сдаче нормативов не прыгал! Ноги у нее еще в воздухе заработали так, что гепард нервно курит в сторонке! Бидон улетел в кювет, а бабуля это самый кювет перепрыгнувши ломанула по паханому полю так, что дай Бог каждому. Ну мы тут уж тормознули - всем интересно стало, что ж такое в бидончике-то было. Достали, открыли - мать моя женищина! - 60 литров яблочного вина!!! Пить начали прямо в машине, только сначала второй бобик повесили на жесткий буксир и ехали тандемом - в первом все, во втором - никого. Причем меньше всех пил водитель - он пил не каждый стакан, а через один.
Взд.чку от начальства, каждый от своего получили все, ибо оружие сдали только через двое суток после того, как у нас закончилась смена. Вот такие загоны у нас в Беларуси бывают.
Вот такие загоны у нас в Беларуси бывают.
Был у нас в роте казах. И угораздило его попасть в учебку ПВО. В школе он учился до третьего класса, потом пас с отцом коней. В 18 лет отец привел директору школы коня, получил аттестат для сына Жомарта и отправил его в армию. Читал наш герой с трудом, а писать с десяти лет... разучился.
Сидя на занятиях в секретном классе, он волком выл, но не мог запомнить
Старлей пошел на принцип. Не умеешь, научим, не хочешь, заставим. Но как заставить человека выучить на китайском "Войну и мир"?
И вот наш Жомарт сидел в свободное время в закрытом секретном классе и ронял слезы на секретную литературу.
Однажды, когда я был дневальным по КПП, к нашему казаху приехали родители. Добирались они неделю, времени до обратного поезда у них было часа три. К ним вышел наш взводный и сказал, что сын ваш самый тупой его солдат. Что если бы они воспитывали его лучше, то могли бы сейчас посидеть с ними на КПП три часа, а так, ваш отстающий сынок, сидит сейчас в десяти шагах от них и учит названия блоков. Старлей взял сетку с конфетами и бурсаками, отдал честь, развернулся и ушел.
Родители Жомарта обнялись, поплакали и уехали домой.
До сих пор я не встречал человека, который был бы способен на такой паскудный поступок.
Но время шло, казах так и не продвинулся в написании слова "мама" и в эксплуатации высотомера "ПРВ-16"
Старлей не сдавался, он подговорил сержантов, устроить Жомарту тяжелую жизнь. Но работы тот не боялся и повода бить его как-то не было.
Сержанты решили подставить казаха.
По части объявили, что на днях приезжает генерал из Москвы с проверкой.
Мы шуршали днями и ночами, наводя порядок и готовясь к строевому смотру.
Сержанты взяли автомат казаха, отнесли в мастерские хозроты и там отполировали его на станке до зеркального блеска.
Намекнули бедному парню, что если спросят, молчи, заложешь - убьем.
Внезапно приехал генерал. Нас подняли по тревоге и построили на плацу.
Представьте, у всех автоматы черные, а у казаха блестит как ртуть, ни одного черного пятнышка. Мимо не пройдешь. Генерал медленно подошел, взял в руки автомат и заорал: - Товарищ солдат, это ваше оружие!!! ?
Почему оно демаскирующе блестит!!! ? Зачем вы содрали воронение!!! ?
- Товарищ майор, я никак нет не демоскэ. Паста гоя же есть у меня. Надо чЫстый автомат.
Он показал генералу тряпочку и показал, как он тер автомат. генерал взял тряпочку, потер ей черный автомат у рядом стоящего. Тер минуты две.
Генерал: - Командир роты, этого солдата ко мне!
Ротный примаршировал.
Генерал: - Товарищ капитан, за плохое состояние личного оружие солдат вверенной вам роты, объявляю вам взыскание!
Генерал: - Товарищ солдат, выйти из строя!
- Ест!
Жомарт вышел.
Генерал: - Товарищ солдат, за проявленное усердие и трудолюбие при уходе за личным оружием, объявляю вам краткосрочный отпуск сроком на 10 суток не считая дороги. Не три больше автомат, до дыр сотрешь.
История реальная, пересказана со слов ее главного героя. По-моему (сейчас не помню уже), он сам саратовский.
В общем, был мужик, звали его Геннадий и служил он на Черноморском флоте начальником медслужбы какого-то крупного корабля, а по званию был кэп 2 (т. е. капитан 2 ранга). Он писал кандидатскую диссертацию и возникла необходимость какие-то уже последние штрихи в работе поправить и т. д. , короче, он поехал к своему научному руководителю в Ленинград (время было еще советское, по этому Ленинград), повез ему свою диссертацию. А его научный руководитель жил где-то в историческом центре Питера (на Литейном там или на Мойке, не суть важно), в старинном доме. Заходит Геннадий в этот дом, вызывает лифт, входит в лифт, а в лифте насрана большая куча (прошу прощения за моветон). Как говорил Геннадий, "я еще подумал, Питер, культурная столица, интеллигенция, а в лифтах гадят". Ну ладно, ехать ему на один из верхних этажей, поэтому нажимает кнопку, лифт трогается, едет и... застревает.
Тут обычно рассказчик делал паузу пока его не начинали спрашивать "Гена, ну, что дальше? ".
"Что, что! Мля, вы бы видели как я, в парадной шинели, собственной диссертацией, это г... вно убирал себе в портфель! ".
У слушателей удивление на лицах, типа "на хрена?! ".
"А чтобы не подумали, что флотский офицер может не дотерпеть и обосраться! ".
Я в армии понял что такое настоящий офицер, типа "слуга царю, отец солдатам", который в принципе при дамах не ругается
Лазарет, гриппую, рядом валяется залётчик со сломанной ногой из соседней роты, ТБ не соблюдал
Заходит к нам его капитан (комроты), и начинает, его, кхм, отчитывать, на "русском народном", с загибами и перегибами, голос у него - как из бочки, строевой офицер, фигли
И тут открывается вторая дверь и входят докторша и молоденькая медсестра
Ротный их видит, и у него пропадает звук, только периодически вырываются междометия и предлоги (цензурные)
Ротный краснеет. ротный бледнеет. ротный принимает цвет, палитрой РГБ вообще не предусмотренный, продолжая изредка сыпать цензурными междометиями
И спустя минуты полторы этого цирка выдыхает, принимает более-менее нормальный цвет, выдавливает из себя "ты в общем, это, выздоравливай, рядовой, потом уставы обсудим" и под улыбки до ушей и едва сдерживаемый ржач медперсонала совершает тактическое отступление.
Кстати, встречал его потом на гражданке, он майором уже был, мировой мужик на самом деле
Гос имущество трогать нельзя!
Давно это было, в году, наверное, ещё 63-м, в школе. Надо сказать о том, что школа за два года пополнилась новыми учителями – офицеров запаса, которых в 1960-61 годах уволили из рядов армии, по известному указу Н. С. Хрущёва. Тогда сильно сократили авиацию и артиллерию. Физруком у нас стал старший лейтенант,
Я, как ученик старшеклассник, неплохо развитый спортивно, в составе других таких же учеников, был определён в спортивную команду для участия в спортивных соревнований, защищать честь школы в районе. По указанию учителя физкультуры мы регулярно тренировались у себя на школьном дворе, я считался легкоатлетом, и поэтому вместе с несколькими мальчишками тренировался на спорт снарядах: как толкание ядра, метание копья, бросание диска и гранаты. Вот мы тренируемся, видим, мимо проходит наш директор школы, мы конечно с ним здороваемся, и, стараясь получить похвалу от него, говорим: «Вот тренируемся, готовимся к соревнованиям».
А вместо похвалы мы слышим от него: «Вы что это государственное имущество бросаете, вы их поломаете, а оно денег стоит». Мы и не знаем, что ответить, то ли он шутит, то ли взаправду говорит. Мы уже пытаемся оправдываться, дескать, физрук заставил нас тренироваться вот, и учимся кидать снаряды, как можно дальше. А директор продолжает гнуть свою линию – портите имущество и всё тут. Особо с нами не церемонясь, он забирает все снаряды и уносит их в учительскую. Мы же стоим, молчим, рты открыли, и только переглядываемся.
На следующий день мы пожаловались на директора физруку, он только усмехнулся и сказал, что он и не такое ещё выделывает. Что-то даже стал рассказывать о нём, какие он перлы в учительской выдаёт. Вот такие дубы попадались в армии.
Сказать что фильм « Дартаньян и три мушкетера» был популярен, это не сказать ни чего. Вначале восьмидесятых отрывки из фильма с песнями показывали как первые клипы, сами песни горланили под гитару, фразы героев цитировались постоянно. Даже мультик сняли. Что такое Марлезонский балет мало кто знает, а то, что у него есть второй тур, знают
- Вот. Дрались на шпагах. - Веско и даже торжественно сказал сержант, вручая сложенные валетом вещдоки капитану.
Капитан взял шпаги осторжно. Оглядел всю копанию. Гербович утверждает что ни какого интереса ни к нему ни к Гошману мент не проявил. А настороженно и как-то злобно разглядывал эскорт. Затем рассмотрел колюще-режущее оружие.
- Это не шпаги. - Произнес он в полной тишине. - Это рапиры. Тренировочные. - Продолжал он раздраженным тоном. – Спортинвентарь в общем то. - Закончил капитан, проявив разом и эрудицию и рассудительность.
- И зачем вы это все сюда притащили? - В голосе дежурного прорезался металл. Ответом было озадаченное сопение подчиненных, ожидавших очевидно какого-то другого развития ситуации. - Вам что нечем заняться на дежурстве?
- Вы кем себя вообразили? – Раздражение в голосе кэпа нарастало. – Гвардейцами Кардинала? - Состав патруля засопел и забулькал еще больше, явно огорченный таким сравнением. В советской иерархии киношных злодеев гвардейцы кардинала шли сразу после фашистов и махновцев, значительно превосходя последних по глупости и неуклюжести.
- А я значит по вашему теперь кардинал Ришелье? - Теперь в тоне капитана грозном и раздраженном появилась ядовитая ирония. - А она- сложенные валетом рапиры в руке новоявленного кардинала указали на тетку лейтенанта лет двадцати пяти. –А она, получается Миледи, графиня де ля Фэр. - Закончил тираду капитан уже тоном полным горести и разочарования.
Как теперь рассказывает Гошман на кардинала капитан не походил. А был он похож на де Тревиля в момент отчитывания мушкетеров. Вот что я вам скажу. Настоящий начальник просто обязан делать из своих выволочек представление. Запоминающееся шоу. Что бы в последствии оно стояло живым кошмаром перед глазами подчиненных. Что бы потом эти подчиненные изо всех сил стремились бы не участвовать в этих спектаклях ни на первых, ни на вторых ролях, и даже в качестве зрителей. Даже на галерке.
- Исполняем значит эдикт короля о запрете дуэлей – Начальство переполняло негодование.
- Вам по сколько лет, мушкетеры? - Наконец то гибрид Ришелье с де Тревилем соизволил обратить внимание на задержанных. – Сссемнадцать – Заикаясь одновременно прогундосили дуэлянты.
- О, возраст Дартаньяна. - Снова проявил эрудицию капитан. - И что с вами теперь делать? - Он то в отличие от своих дебиловатых подчиненных, наверное знал что ни каких противоправных действий романтичные юноши не совершали.
- Как оформлять будем? - Вопрос был обращен к дебиловатым подчиненным. Составу патруля. До них в очередной раз медленно доходила истина, не раз вбитая в армии и на службе что излишнее служебное рвение, не приводит к добру, а несет только хлопоты и головы мороку. Ситуация их напрягала. Им изо всех сил не хотелось быть гвардейцами кардинала. А то что они ими станут при составлении протокола, вырисовывалось все яснее и без объяснений начальства.
Начальству тоже не улыбалось получить погоняло Ришелье. Классово чуждое и обидное одновременно. Начальство ситуация тоже напрягала.
Что до мушкетеров, то им тоже не нравилось быть цветом французского дворянства с самого момента задержания.
Единственным человеком которого ни чего не напрягало была пожилая тетка лейтенант которой было наверное лет двадцать пять. Впрочем для Гошмана и Гербовича она по прежнему была пожилой теткой. Лейтенант расцвела и зарумянилась. Она улыбалась гвардейцам кардинала, спине капитана и вконец ошалевшим мушкетерам. Ей нравилось быть Миледи, графиней и прочее. В мечтах наверное она сменила опостылевший серый китель и юбку на ботфорты, камзол и роскошную шелковую сорочку. Вместо перебирания бумаг она могла скакать на коне, метать кинжалы, очаровывать аристократию и морочить голову Бекингему, тупорылому герцогу. В общем ей все нравилось.
Тут наконец то решился что то сказать старший из гвардейцев, тот что с соплями на погонах. Рошфор, в новой реальности.
- Они же пьяные. Может их в медвытрезвитель отвезти?
К этому времени Гербович с Гошманом успели протрезветь. Угроза попадания в трезвяк выгнала остатки хмеля окончательно. И тот и другой уже бывали в этом достойном заведении, оставив там по двадцать пять луидоров королевской пошлины, и перспектива очередного пребывания там была им страшнее чем мушкетерам попадание в Бастилию. Хрен знает чем бы это все закончилось, но положении спасла дама. Миледи, леди Винтер, в обличье лейтенанта милиции, вернувшаяся из мира грез средневековой Франции в опостылевшую дежурку, но прихватившую из тех мест понимание тогдашних обычаев.
- Ну выпили ребята немного. - Сказала она – Мушкетерам ведь можно. - Эта фраза наконец переломила что то в голове капитана. Тот отдал рапиры Гербовичу, и проронил устало – Проваливайте, чтоб я вас здесь не видел. Роль кардинала Ришелье его явно тяготила. Здание райотдела милиции узники покидали со всей возможной поспешностью. Устало похмельно побрели они к дому, вздыхая и спотыкаясь. Не могу сказать что виделось им перед собой кроме заснеженных улиц. Песчаные пляжи Нормандии или виноградники Шаранты, неприступный Каркасон или долина Роны? Вряд ли. Кроме сведений почерпнутых из французских кинокомедий о реалиях Бель Франс они не знали ни чего. Впрочем и сейчас ни чего не знают. Хотя этот случай все же отложился в их мозгах. Ну хотя бы в том что все выходки не должны укладываться в головах окружающих, быть выходящими за границы понимания и обыденности. Это первое. Второе более важное, это понимание того что в милиции порой работают люди образованные и дальновидные. Это позволило и тому и другому личностям по сути асоциальным избежать привлечения в дальнейшем даже в качестве свидетелей. Ну и наконец. Если бы им кто то сказал тогда, что Депардье запросит гражданства РФ, они бы решили только одно. Спятил старик.
Это реальная история, произошла на Британском торговом флоте.
На флоте ходит легенда о капитане по имени Ричард Мёрфи(Richard Murphy), известном также как "Адмирал за бортом". Этот человек обладал уникальным талантом — он мог упасть в воду буквально на ровном месте, даже если вокруг не было ни волны, ни ветра, ни даже
За свою карьеру он падал за борт как минимум четыре раза. И каждый раз возвращался — сухой (ну почти), невредимый и слегка обиженный на Вселенную, что не дала ему закончить утренний чай.
Причины были самые невероятные:
— один раз его смыло волной во время шторма,
— второй раз он оступился, поздоровавшись с чайкой,
— третий раз стоял на бочке с солёными огурцами — и бочка решила, что хочет в плавание,
— четвёртый раз — никто не понял, как это произошло. Даже он сам. Просто сказал: «Наверное, Земля резко повернулась».
Каждый раз капитан возвращался с достоинством, с рыбой в руке или ракушкой на голове, будто это всё было запланировано. Как будто он часть навигационной системы и проверял глубину вручную.
С тех пор капитану привязали к поясу спасательный буй с надписью: «На всякий случай». Когда он подходил к борту,
— матросы молча раздавали полотенца,
— чайки подмигивали,
— а спасательная шлюпка начинала заводиться сама по себе. Он больше не падал… Но все знали: это только вопрос времени.
Он больше не падал…
Но все знали: это только вопрос времени.
Заступил я раз в наряд дежурным по роте.
Надо сказать, что кроме прочих обязанностей и прав, дежурный по роте "... имеет право отдыхать (спать) в светлое время суток не более 4-х часов, оставив за себя дневального." - где-то так, по-моему, сказано в уставе. Так вот, собственно, я и собирался немного поспать. Было уже 9 часов утра, ротный (командир роты) еще не пришел, и, перед тем как идти укладываться, я выбрал самого сообразительного дневального и проинструктировал, как надо себя вести, когда ротный наконец-то придет.
Мол, подашь команду "Смирно", подойдешь строевым шагом и доложишь о положении дел в роте. Тот вроде все понял и я со спокойной душой пошел спать. Правда, как оказалось позднее, дневальный (а он был совсем не- давнего призыва) сам понятия не имел, как надо рапортовать начальству, а меня спросить постеснялся. Ну а чтобы не попасть впросак, все же поинтересовался у проходящего мимо более "старого" товарища как нужно докладывать о положении дел в роте. Тот оказался человеком вполне отзывчивым и со здоровым чувством юмора, поэтому не смог отказать в просьбе.
Ну а теперь, сама ситуация. Я уже наполовину засыпаю, и как сквозь туман слышу комаду: "Смирно!!!!", - далее три четких строевых шага и, собственно, сам доклад - " Товарищ капитан! За время Вашего отсутствия рота в Вашем присутствии НЕ НУЖДАЛАСЬ! !!!! " В общем поспать в тот день мне так и не удалось.
В общем поспать в тот день мне так и не удалось.
Отец рассказывал.
Работал он ещё в шестидесятых-семидесятых инженером на одном из советских предприятий, выпускавшем электрооборудование как для гражданских, так и для военных целей. Чаще всего ему приходилось иметь дело с гражданскими. По долгу службы он немало разъезжал по всему Союзу выполняя заказы на ремонт
В какой-то момент вызывают их с коллегой на одно из предприятий, расположенном в малоизвестном городке за много сотен километров от дома, и дают им малопонятную инструкцию явиться к восьми утра по указанному адресу, сопровождавшуюся мутным намёком на производство детских колясок.
Прибыв на место, на следующий день, они отправились на розыски. Отыскали какое-то безымянное обвешалое обшарпанное здание; покрутились вокруг, да и отошли в сторону, оценив, что никакой срочности тут нет и быть не может.
В общем, в тот день они никуда не попали.
Вернувшись следующим утром, они с удивлением обнаружили ожидавшую их группу товарищей и автобус. Товарищи выразили крайнюю степень недовольства. Проехав на автобусе некоторое растояние, они оказались на проходной весьма охраняемого объекта. Сомнений быть не могло - объект был военным; одним из тех, на которых им ещё работать не доводилось, но об оборудовании которого они имели вполне глубокое представление, поскольку выпускалось оно на их предприятии. Встретил их капитан, который сходу объявил, что за опоздание на целый день им грозит трибунал и долгие годы тюрьмы. Самое отвратительное заключалось в том, что обстановка подсказывала, что тот не шутил и не запугивал без причин. Никакие отговорки, что они не знали, куда их отправляют, и каким должно быть их перемещение, на капитана не действовали. Наоравшись вдоволь по поводу их опоздания, капитан перешёл к ору насчёт того, что у наших злополучных инженеров вечно ничего не работает; оборона страны была подорвана на два дня неработающей электроникой, да ещё на один день опоздавшими специалистами. С этими словами он подошел к одному из их военных блоков и попытался безуспешно его запустить.
- Погодите, капитан, ну-ка покажите нам, как Вы его включаете, - возразил отец.
- Что тут показывать! Вот! Нажимаю кнопку слева, а за ней - кнопку справа, и ничего не запускается. Вас уже отсюда увезут в тюрьму!
- Капитан, посмотрите. Здесь приклеена инструкция. Нажать на левую кнопку и, не отпуская её, нажать на правую. Вы же её отпустили. Повторите процесс согласно инструкции.
Капитал повторил, и блок в мгновение запустился.
- Ну так что, капитан? Вы подорвали оборону страны на два дня тем, что не умеете читать инструкций. Нас ещё, может, пожалеют, а вот Вас уж точно отправят.
Лицо офицера приобрело растерянный вид.
- И что же теперь делать?
- Да ничего особенного. Там внутри есть компонента, которая иногда выходит из строя. Мы разработали замену, и теперь нам положено её менять на новую даже в тех случаях, когда всё исправно работает. Сейчас мы её заменим, и в отчёте запишем, что она перегорела.
Так и сделали. Блок запустили.
- Подождите, - произнёс капитан, и куда-то исчез.
Через непродолжительное время он вернулся с бутылкой дорогого коньяка.
- Извините, ребята, за резкость, замотался, заработался. Расстались друзьями.
Расстались друзьями.
Многим, надеюсь, знаком анекдот про полковника на военной кафедре, который просматривая списки студентов начинает заходиться от хохота, чуть ли не до апоплексического удара, а затем, сквозь слезы, делится с коллегой: "Товарищ [ман]дюхайло, дывись яка смешна фамилия у студента – ЗАЯЦ!!! "
Если не путаю 1979 год, военная кафедра
Но наш сломал все стереотипы.
Во-первых, он представился:
– Я новый преподаватель военной кафедры Госуниверситета - капитан Бабкин. Потом жизнерадостно предложил: «Давайте знакомиться» и начал зачитывать список присутствующих, чтобы стало быть познакомиться. Дальше надо либо стенограмму, но она утрачена))), либо попытаться представить сам процесс. Мало того, что все КРОМЕ капитана понимают, что знакомство с такой толпой займёт по минимуму пол пары, так он ещё фамилию, если она больше двух слогов с первого раза прочесть не может, разбивает на части (Белобородов с четвертого раза осилил) и ударение ставит в самых неожиданных местах. Минут через 40 две трети списка уже были оглашены, половина аудитории, состоящей из двадцатилетних оболтусов, не имея возможности смеяться в голос, хрипит под столами, но самые прозорливые уже поняли главное веселье ещё впереди, точнее в конце списка.
Вот сыграла моя ставка - три литра пива против кружки, что мой дружок Витя Попов будет ПОпов (он потом месяц у пивного ларька не появлялся, когда стало известно по какому поводу он мне пиво проставил), вот уже капитан поднял первого Рабиновича, Аркашу (у нас их было два, один с мехмата, другой физик) и радостно, как ребенок диковину, его разглядывал. Похоже, ему часто приходилось слышать фамилию в анекдотах, но счастливого обладателя он видел впервые. Далее в списке был опять Рабинович, но Валерий. Сразу этого факта капитан Бабкин осознать не смог. Что в одном помещении могут оказаться сразу два Рабиновича, для него было полнейшей экзотикой. Валера поднялся сам, зная что следующий в списке он. Бабкин обалдело на него посмотрел, и неуверенно спросил: «ШО, тоже? ? » Валера только развел руками, как бы соглашаясь со всеми возможными версиями капитана. А на горизонте, точнее через 2-3 фамилии в списке, уже маячил Хэбанес Кабос Хосе Викторович. Такой тишины аудитория похоже не знала даже по ночам. Все, включая самого Хосе Викторовича, полного паренька в очках с толстыми стеклами, затаив дыхание следили за капитаном. Откуда тому было знать, что в 30-е годы, теперь уже прошлого века, в СССР из Испании вывезли несколько сотен детей, чьи родители воевали в это время против Франко и один из внуков героев-коммунаров сидит сейчас в зале.
Сначала капитан просто вздыхал и шевелил губами, пытаясь сложить из букв хоть что-то, в его понимании осмысленное. Потом начал багроветь и вроде бы про себя, но в воцарившейся тишине это услышали все, с чувством произнес:
- «Херня какая-то! »
По щекам слушателей потекли первые слёзы, а капитан багровел всё больше и больше, и, похоже, из состояния показного благодушия перекочёвывал в состояние глубокой «личной неприязни» к Хэбанес Кабосу Хосе Викторовичу. Каким он себе его представлял, история умалчивает, но… Когда он закрыл ведомость списочного состава, вышел из-за кафедры к аудитории и голосом, не предвещавшим ничего хорошего произнес:
- «Ну, Карабас Барабас, выйди, покажись какой ты есть! » захрипели почти все. Кто-то, сам того не замечая, от избытка чувств колотил ногой в перегородку между рядами, кто-то (а таких было много) просто сполз под столешницу, кому-то была нужна скорая. Не смеялись двое, капитан Бабкин и Хосе Викторович Хэбанес Кабос.
Капитан Бабкин через месяц стал майором, а Хосе оставался Карабасом Барабасом до 4 курса, пока не стал Парижским Грузчиком. Но это отдельная история.