Истории о армии #товарищ

давайте к нам в машину, там разберемся...

Товарищ выходит и идет к ним, минут через 5 возвращается, в руках держит пачку денег. Я - откуда деньжищи? Он - ребята поделились.

А теперь от его лица.

Сел я к нему в машину. Гай меня лечит: превысили скорость, причем сильно, как будем решать?

Я: ты прекрасно знаешь, что я ехал по правилам и не нарушал.

Гай: Ну, это еще тебе доказать надо, а оно дороже выйдет. Поэтому, деньги на бочку, точнее, на заднее сиденье.

Я положил деньги и говорю ему: о том, что ты меня грабишь, знаем ты и я, и зло, которое ты творишь, тебе очень скоро вернется. Причем, без привлечения всяких высших сил. Я сейчас еду на работу в больницу, где лежит твой ребенок, как ты думаешь, он после нашего разговора долго протянет?

Гая аж затрясло: да я тебя, только посмей.

Я ему спокойно: а что это буду я - это еще тебе доказать надо будет!

Будешь всю оставшуюся жизнь палочкой махать на лекарства своему ребенку.

Поэтому, если хочешь спать спокойно - мои деньги назад ,и компенсацию в десять раз больше.

Я: круто! Откуда ты знаешь, что у него ребенок в больнице лежит, ты же вообще врачом не работаешь.

Товарищ: недавно был в больнице, его и заприметил. Также по-скотски себя вел ,и ведь не доходит до таких, как он, что город маленький ,и все к нему вернется...

я водил автомобиль, часто бывал в городе), познакомился с девушкой, и после отбоя отправился в самоволку на свидание.

Под утро, усталый, но довольный, возвращался в часть, путь лежал почти через весь город. Гимнастерка расстегнута, пилотка под погоном, выхожу из-за угла и сталкиваюсь лицом к лицу с молодым лейтенантом – всего лишь на год или на два старше, чем я. Секунду длилась немая сцена, после чего он произносит: «Товарищ ефрейтор, ваши документы!». Я в смятении, но решение принимаю мгновенно – надо бежать! Разворачиваюсь и что есть духу мчусь по улице. А надо заметить, что в то время я занимался спортом, имел первый разряд по лыжам, да и в армии нас гоняли что надо. Слышу – лейтенант бежит за мной, не отстает, расстояние между нами метров 30. Хоть время было раннее, но первые прохожие уже начали появляться, как-то стыдно бежать у них на глазах. Так и бежим: если никого нет – то во весь дух, появляются прохожие – идем пешком. А я хитрый, бегу не прямо в часть, а петляю, пытаясь замести следы и оторваться от погони. Так бегали больше часа, время идет к подъему, пора возвращаться, а лейтенант не отстает! На финишной прямой, на подъеме, у меня открылось второе дыхание, я делаю рывок – лейтенант безнадежно отстает. Переваливаюсь через забор, сил остается только немного отползти в сторону. Спустя некоторое время через забор падает тело лейтенанта, минуты три оба смотрим друг на друга, но сказать ничего не можем. Отдышавшись, но не вставая, он снова: «Ваши документы», я молча показываю, где рукав пришивается. Подползаю к нему и говорю: «Вот скажи мне, я-то ладно, себя спасал, ну а ты чего за мной гонялся?» Его ответ сражает меня наповал: «Да ты мне и не нужен был, но ты так резко стартанул, а у меня первый разряд по бегу, на соревнованиях честь нашей части защищаю, вот и подумал – неужели не догоню?!»

Следует сказать, что разошлись они по-мирному, а потом еще несколько раз встречались на соревнованиях. :-)

сладко спят нюхая свои портянки в казарме, нужно было пройти одно суровое испытание. Это - проверка знаний и инструктаж в учебном караульном городке. :)

Все было супер интересно и загадочно, монотонное бормотание устава, чем-то напоминающее мантры буддистских монахов, втыкание штык-ножей в чучела, как в старых фильмах о царской армии... Ну да ладно, всех прелестей просто не счесть. ;)

И вот ответсвенный момент - проверка навыков в инцинированной ситуации. Главный герой этого рассказа, парень добрый и душевный. Только вот поступал он по спискам национальных меньшинств. И к нашей радости национальность у него была - молдаван. :) Звали его Валик и хвамилию дали ему родичи - Козлан. (ударение ставте где хотите) :)

Командир дивизиона с несколькими курсантами приближается к посту и говорит:

- Курсант КозлАн, к посту приближаются трое неизвестных, ваши действия? (и продолжает идти)

- ..... Ммммм.... Ааа! .. Стой! Кто идет???!!

- В ответ тишина, ваши действия?

- .... Мммм.. ууу... ыыы... Аааа! Вспомнил! Стой! КТО СТРЕЛЯТЬ БУДЕТ!!!???

- .....

Наблюдающие за всем этим процессом курсанты быстро сообразили и. .

- Я!

- Я!

- И, Я!

:-)))

Вот так вот. :)

взлетать, тут дождище к-а-а-к зарядил! Да немного-немало, аж на три дня! Суперфосфат естественно, никто выгружать не стал. А он обидЭЛСЯ немножко, ну и стал по объёму одним большим СУПЭРФОСФАТОМ, большим куском - короче говоря! )) Стал народ репу чесать, как же его выковыривать оттедова. После недолгих мозговых потуг порешили так:

1. Снять снизу «юбку»-распылитель.

2. Взлететь.

3. Расковыривая ломом, пытаться выбросить «супер» из самоля.

Сказано-сделано. Взлетели. Летали, летали, ни хрена не получается. Не выходит - хоть убей!

Тут второй говорит командиру:

- Слышь, а давай попробуем его вытряхнуть нах!

- Каким образом?

- Ну давай «горку» что ли сделаем…

(«горка» - для непосвящённых это примерно вот такая пилотажная фигура __∩__ )

- Давай попробуем.

Начали выполнять «горку», вверх-вниз, ни хрена не выходит проклятущий «супер». Решили ещё поковырять ломом застывшую массу, дабы разрыхлить и ускорить десантирование пресловутого удобрения.

Короче, не буду вас утомлять, всё это действо продолжалось довольно долго, но в итоге искомый результат был достигнут: - вся эта «хрень» из самолёта вывалилась наконец-то!

Лётчики вздохнули с облегчением и с чувством выполненного долга пошли на посадку.

Сели, зарулили, всё нормально вроде, стоят перекуривают.

Глядь - бежит в их сторону местный житель. Причём не один так бежит, а ещё в компании. С топором.

Огляделись наши пацаны вокруг… А деревьев-то и нету нигде рядом, рубить вроде как нечего. Второй говорит командиру:

- Братуха, по-моему у этого мужчины, судя по его выражению лица, весьма недобрые намерения по отношению к нам, как думаешь? Я вот думаю - он сейчас нас заготавливать на зиму будет.

- Это почему ты такие выводы сделал?

- А ты прислушайся, он вроде как что-то про оральный контакт со всей гражданской авиацией кричит…

Пока происходил весь этот диалог, абориген с томагавком подобрался вплотную, и экипаж уже понял окончательно: дядя-то по их душу прибёг. Началась сдача норм ГТО по бегу вокруг АН-2, во время которой мужик подкреплял намерения порешить лётчиков трёхэтажным виртуозным матом, попутно рассказывая какую он им «Кама-Сутру» устроит, когда догонит. В итоге победила молодость, мужик выдохся первый, остановился, сел на землю и заплакал.

- Сука, козлы вы летающие, мать вашу… Асы, б%я, Геринга… Одна животина была в хозяйстве… И ту, гондурасы вы кукурузные, замочили…

Лётчики с опаской приблизились к рыдающему дядьке.

- Слышь, ты это…, объясни что к чему… А то прибежал, и давай с топором гоняться...

- Да что объяснять… Пошли, сами посмотрите…

Лётчики уже поняли, что случилось нечто неординарное и направились за мужиком. Когда он их привёл на место происшествия, то там им открылась следующая картина из военных фильмов:

Дорога, вся покрытая кусками суперфосфата, разбитая в хлам телега с устремлёнными в небо оглоблями и перед ней, огромный кусок «супера», из под которого торчали чьи-то хвост и копыта, указующие на принадлежность этого создания к отряду «ахалтекинцев местного розлива».

- Да-а-а мля… Нехорошо с лошадкой получилось, - промолвил командир.

- Нехило отбомбились. Глянь, а телега - как памятник самолету во Внуково, - поддакнул второй пилот.

- Вы, хлопцы, ещё не все видели. Пошли, я вам ещё один памятник покажу, - мрачно сказал теперь уже «безлошадный» мужик и добавил, вздохнув:

- В войну цены бы вам не было… Ночные ведьмы, мля.

Двинулись они дальше осматривать результаты «бомбометания». Следующим павшим объектом оказался колхозный курятник, стоящий поодаль. Точнее - то, что от него осталось. Осталось, конечно. Но очень немного. Шифера так, совсем чуть-чуть. Кускового, так можно сказать уже конечно. Да и поголовье куриное в общем сильно прорядили.

лишь в крайнем случае, при прямой угрозе лопнуть. И к концу службы вырабатывают два интересных навыка:

1. Делать всё за пять секунд.

2. Раз в три дня.

Мы жили в железной будке на колёсах. Мы были связисты на полевой станции Р-410. И нашему старшине было не чуждо всё человеческое. Однажды ночью он поднял экипаж по тревоге, выгнал на мороз, а сам отложил личинку на газету. Свернул и выбросил в окно, навстречу ветру. Потом включил вентиляцию, и в будке стало свежо как в лесу. И никаких признаков, что старшине не чуждо всё человеческое. Все вернулись, уснули и ни о чём как бы не догадались.

А утром буря стихла. Небо стало голубое, как купола на Смольном. И приехал генерал с проверкой. Он построил экипаж перед железной будкой и стал рассказывать про свою жизнь.

Он прослужил двадцать пять лет. Он видел, как в Воронеже часовой занимался онанизмом на посту и так уснул. В положении «стоя», с хозяйством наружу. А разводящий подумал «какая гадость» и шлёпнул спящего товарища по спящему члену солдатским ремнём. Часовой от боли и непонимания стал стрелять, ни в кого не попал, но для дивизии это был позор.

Генерал видел, как в Якутии прапорщик ставил водку на мороз, водка делалась куском льда, и прапорщик применял её как закуску к обычной, жидкой водке. Скоро к этому прапорщику стали приходить огромные зелёные тараканы прямо в караулку. И опять был позор для дивизии.

Ещё, однажды, в Анголе бабуин украл у другого прапорщика еду, и этот прапорщик догнал бабуина на дереве и всё отобрал назад. И это опять был позор, так издеваться над туземцами.

Но! Никогда генерал не видел такого ужасного разгильдяйства, чтобы люди гадили на стены боевых механизмов на высоте трёх метров от земли!

- Обернитесь, товарищи бойцы и посмотрите, что творится на борту жилой машины! – сказал генерал оперным голосом.

А там всё, брошенное в окно старшиной прибило ветром назад. Хрустальная котлета примёрзла к железной будке. И по газете «Красная Звезда» было понятно, это сделала не птичка.

Целый день потом старшина откалывал ломиком свой внутренний мир, насмерть примёрзший к будке. И далеко над Монголией плыл хрустальный звон.

из двадцати улиц и пяти остановок сабвея, получая удовольствие от кулинарии русских магазинов и просмотра Первого Канала по кабельному телевидению. Но, такие люди, рано или поздно, попадают в неприятные ситуации.

Вот какой казус приключился с бруклинчанином Варфоломеем Бубликоффым. Словарный запас Вари, как его звали товарищи, был убедительно скуден. Варя знал значение около пятидесяти слов, которые он, в в разговорах с инострацами, мешал вместе с русским языком и азбукой для глухонемых. Кроме этого Варя мог сказать два предложения – «Меня не будет вечером. Я возвращусь домой завтра». Он уже не помнил, где и при каких обстоятельствах, он заучил эти предложения, но произносил он их так, что ему мог позавидовать Ковбой с Рекламы сигарет Мальборо. Этими двумя предложениями Варя вводил собеседника в сомнение, что он не знает языка.

Ну а история такая. В один прекрасный день Варя решил постирать свою загрязнившуюся пуховую куртку. Простирнул Варя куртку и огорченно заметил, что влажный пух сбился в крупные комки, таким образом увеличив некоторые места пуховика, а некоторые оставив без пуха вообще. В таком виде куртка приобретала уродливый, некондиционный вид и ношению не подлежала. Правда, спасти куртку было можно. Нужно было просто положить в сушку два упругих резиновых мячика, которыми бруклинская детвора играет в игру ХэндБол, отбивая мячик от стенки ладошкой.

Мячик по английски звучит – Болл, а, во множественном числе, соответственно – Боллс. В своем скудном словаре у Вари не было учтено, что слово Боллс, кроме главного значения, на местном слэнге еще означает мужские яички.

Заходит Варя в прачечную. За стойкой, к великому его огорчению, стоит здоровая латиноамериканка Мария.

- Есть ли у Вас мячики? – вопрошает на полуанглийском Варя, рисуя в воздухе руками два мячика.

Латиноамериканка Мария была в стране уже более трех лет и словарный запас у нее был побогаче Вариного, но креатива никакого. Вообщем женщине с горячей южной кровью показалось, что этот русский ее оскорбляет и пытается узнать есть ли у нее яйца? То есть, сможет ли она сдержать удар и перенести оскорбление?

Мария, недолго думая обозвала Варю испанским матюгом – Пута. Одно из самых неприличных слов в испаноязычном диалекте, что, в переводе на русский, означает Проститутка.

- Ну а причем тут Путин? – удивляется по русски Варя, - Причем здесь Путин? Если я по русски говорю, то сразу Путин? Я тебя по русски спрашиваю Боллс, при этом слове он снова показывает руками мячики, есть? А ты мне Путин!

Марию накрыла волной гнева. Поганый русский! Сначала зачем то выяснял есть ли у нее яйца, а потом еще и оскорбил, в ответ, по испански.

Мария хотела расцарапать изумленное Варино лицо, но законопослушные посетители не позволили совершиться Суду Линча и вызвали полицию.

Наряд прибыл в прачечную через минут пять. Здоровый полицейский ЛУИС Суарес выслушал версию потерпевшей стороны – Марии, а, затем, приступил к допросу Вари.

- Я пришел человеку и говорю «Ю хев баллс? », а она меня Путиным обзывает – объясняет полицейскому Варя.

Луис Суарес являлся уроженцем солнечного Пуэрто Рико, поэтому Варино объяснение распалило и его южноамериканскую кровь.

- Как ты смеешь, оскорблять честь невинной женщины Марии и полицейского, находящегося при исполнении обязанностей? – возмутился Луис, заковывая Варины руки в браслеты.

Варя визжал, как поросенок и, по русски, взывал свидетелей о ментовском беспределе, после чего сказал по английски заученную фразу - «Меня не будет вечером. Я возвращусь домой завтра». Ковбой Мальборо просто нервно закурил в стороне.

От этих слов и правильности произношения Полицейский Луис Суарес стал похож на бешеного зверя.

- Так ты прекрасно говоришь по английски! – заревел он вталкивая несчастного Варю на заднее сидение машины.

На заседание суда был приглашен русскоязычный переводчик и, сдобрившийся Судья МакФол отпустил Варю с миром, когда ему перевели на английский язык версию Вари. Домой Варфоломей Бубликофф попал, как и обещал Полицейскому Суаресу, на следующее утро.

Куртку Варя свою отсушил с помощью мячиков, которые купил в бакалейной лавке у араба, обладающего такими же навыками зания языка, как Варфоломей.

А, еще, на следующий день, Варя записался на бесплатные курсы английского языка, при Городском Колледже. Потому что язык нужно знать!

Dennis Liba AKA Sediskin ©

старший прапорщик, коих в вооруженных силах великой страны было великое множество, но замечателен он был тем, что был отличным пародистом, мог скопировать не только чей угодно голос, но и очень смешно сымитировать повадки, движенья и гримасы любого человека. Звали его, скажем, Семён Сидоркевич. Где бы он не появлялся, будь то построение части, очередь в гарнизонный магазин или поход на рыбалку, вокруг него всегда собирался народ, зная что Семён обязательно расскажет что-то очень смешное. Ожидания никогда не были напрасны, через минуту-другую после сказанных Семёном фраз люди начинали улыбаться, но если Сёма был в ударе, народ буквально хохотал.

В части служба шла своим чередом, и как-то пришлось всему личному составу готовиться к очень ответственным учениям. Те, кто служил в армии, понимают, что это такое. Короче сплошной стресс... Не открою страшной военной тайны, если скажу что подготовка к полётам в авиаполку состоит из нескольких этапов, одним из которых является теоретическая подготовка в учебных классах. Так вот, весь летный состав эскадрильи сидит в учебном классе и усиленно готовится к учениям. Чтобы было понятно, учебный класс - это обычный класс как в школе или аудитория в ВУЗе, только за столом учителя находится командир эскадрильи и, так сказать, следит за процессом. Учебный класс находится в штабе, а дежурным по штабу в этот день и был как раз старший прапорщик Сидоркевич. По долгу службы Сидоркевич во время занятий шествовал по коридору, куда и выходила открытая дверь учебного класса. Сидоркевич увидел, что за столом командира эскадрильи никого нет, (тот на какое-то время отлучился), ну и соответственно решил немного пошутить. Стоя перед открытой дверью, он сочным баритоном командира полка как рявкнет: "Что, команды подать некому? " (При появлении командира первый увидевший должен подать команду "Товарищи офицеры! "). Ну, естественно, услышав голос командира полка кто-то скомандовал "Товарищи офицеры! ". Все замерли по стойке "Смирно". Тут заходит Семен, и командует "Вольно". По идее за такие шутки можно было Семену и накостылять, но все очень хорошо его знали и были только благодарны за то, что немного отвлёк от рутины.

Все уселись за свои тетради подготовки к полетам, а Семён, не торопясь, спиной к двери, пошел вдоль ряда столов и начал отпускать голосом того же командира полка различные смешные комментарии по поводу писанины летчиков и штурманов, типа "Вот молодец Карпов, красивую схемку аэродрома нарисовал, присвоят тебе очередное воинское звание в этом году". Народ ржет, а Сёма еще больше старается...

И вот тут, как говорит М. Задорнов, наберите побольше воздуха, уважаемые читатели... Идёт по коридору... настоящий командир полка полковник Зубарь. Он, естественно, услышал непонятный смех в аудитории и, о ужас, собственный голос. Медленно зашёл в аудиторию, при этом приложил указательный палец к губам, мол всем молчать (при появлении командира первый его увидевший обязан подать команду "Товарищи офицеры") и неслышно двинулся вслед за Сидоркевичем. Народ, видя такую ситуацию, заржал уже совсем в полный голос, некоторые в буквальном смысле попадали под столы. Сёма, думая, что это он так развеселил публику, сыпал смешными комментариями с удвоенной энергией. Смех прекратился мгновенно, когда Семён дошёл до конца аудитории и обернулся. Увидев командира полка, Семен буквально присел.

В тишине прозвучал настоящий голос Зубаря: "Ну что, Винокур, ко мне в кабинет! "

Иловлю. По ней они плыли целый день и наконец высадились. И тут стал понятен их хитрый стратегический замысел: они достали лопаты. И принялись ими рыть, все 22 тысячи турок.

Рыли они первый Волго-Донской канал. Идея была гениальной - впоследствии ей серьёзно занимались Пётр Великий и товарищ Сталин. Но турки додумались первыми. И делали это по личному приказанию султана.

Тому были причины - султан Сулейман Великолепный, знакомый по сериалу "Великолепный век", всю свою жизнь провёл в победоносных войнах на западе и на востоке, но в общем-то завяз и там, и там. А вот к северу само собой получилось приятное расширение - к территории Османской империи добавились Дон, Волга, Казань, Урал и Сибирь. Крымская, Астраханская, Казанская и сибирские орды признали себя вассалами Турции.

Но что легко достается - не ценится. В русских лесах объявился князь, провозгласивший себя царём. Столицу его крымско-турецкие войска регулярно сжигали, но князь оказался неугомонным - обзавёлся артиллерией, со второй попытки взял Казань, а потом и Астрахань. Ермак пошёл воевать Сибирь. Этим все северные земли Османской империи от неё отвалились. Но султан был уже стар, махнул рукой и продолжал заниматься любимым делом - воевать с Персией.

Управа на русских нашлась лет через десять после взятия Казани. На трон взошёл еще один персонаж сериала - молодой Селим. Он смекнул, что воображение янычар надо поразить чем-то более свежим, чем 15-й штурм Вены или Тебриза. Войско двинулось на север.

И вот тут в злосчастный час к султану просунулся инженер-гидротехник. Он увидел по карте, что от Иловли до Волги рукой подать. И доказал султану, что канал суть есть шахматная вилка - пойдёшь налево, прямой транзит до Казани, пойдёшь направо - Великий шелковый путь через Каспийское море, в обход задолбавших персов. Селим, в полном соответствии с сериалом, был большой не дурак выпить. Он согласился.

Результат: всё турецкое войско, вместо того, чтобы заниматься привычным делом - махать саблями на очередном пепелище Москвы, занялось совершенно несвойственной ему производительной деятельностью - махать лопатами. Солнце припекало. Кто знает Турцию, тот поймёт - довольно скоро на одного с лопатой пришёлся десяток, над ним надзирающий и охраняющий.

Финал попал в исторические хроники с прямотой, свойственной летописцам: "И отступили турки с великой бранью, сказав, что даже всем турецким народом тут и за 100 лет ничего не сделать".

Прорыли его, кстати, в основном лопатами. Но лет на пятьсот позже. Наши деды, многие зеками. За три года.

в большом пустом овине для хранения сена. Рядом устроили полевую кухню, где дежурные на костре варганили нехитрые курсантские щи да кашу. После трудового дня и плотной закуси (кое-кто втихаря и под горилку) заваливались на сеновале спать в два ряда. Один ряд вдоль левой стенки, другой – вдоль правой. Майор тоже с нами, в середине левого ряда. Причем рядом с ним спал Тоха (Толик Борисов), а рядом с Тохой – я. По ночам, после обильных чаепитий, курсачи бегали за угол, в темный осенний мрак оросить родные просторы. Бегать, кстати, было довольно жутковато, так как рядом в речке что-то периодически булькало и слышались мощные непонятные всплески, порождая в наших 15-летних головах мистические фантазии о лешаках, водяных и прочей нечисти. Обычно, мы с Тохой для храбрости бегали на пару, будя друг друга за плечо. Но вот однажды Тоха перепутал соседа, и со словами: «Пойдем поссым! », затормошил за плечо майора. Тот встрепенулся, сел, вылупился на обомлевшего Тоху и недовольным тоном вопросил:

- Как нужно обращаться к командиру?! !

Тоха в ужасе:

- Товарищ... майор, разрешите... обратиться!

- Обращайтесь!

- Пойдемте посс... , то есть... пописаем!

Майор окончательно прочухался и изрек:

- А я в качестве почетного караула?!

Тоха:

- Не, за компанию!

Майор ухмыльнулся:

- Если бы ты меня к девкам пригласил, то я бы еще подумал...