Курьёзы

на стройки к местным грекам. Из заработанного он немножко тратил на еду, а остальное откладывал.

Потому что в краю советском у дяди осталась семья, и этой семье требовался дом. В смысле жилья дядя был очень категоричен. Сам он готов был скитаться по съемным квартирам, но с семьей — никогда.

В жарких советских республиках такое было не принято.

На покупку земли дяде пришлось бы копить лет триста, но имелась лазейка в законе. Нельзя было строить на самозахваченном участке, но узаконить уже возведенный дом было можно.

Поэтому возникла непростая задача — чтобы никто не видел процесс строительства.

Чтобы дом появился уже сразу целый.

Так дядя Сократ стал строиться по ночам. Вечером он ел на берегу свой бутерброд и ждал, когда совсем стемнеет.

А потом действовал.

И вот однажды, когда дядя в очередной раз ел бутерброд, грустил о семье и ждал темноты, к нему неспешно подошел полицейский.

— Мне кажется, тут кто-то строит дом, — сказал он. — Не знаете ли вы, кто?

— Нет, — сказал дядя Сократ, — не знаю. Да и непохоже, чтобы это был дом. Никогда не видел таких домов, руина какая-то.

— Может, и руина, — задумчиво сказал полицейский и ушел.

Через пару месяцев он вернулся. Дядя Сократ сидел на том же камне и ел как будто тот же бутерброд.

— Это совершенно точно дом, — сказал полицейский.

— Я бы не ручался, — ответил дядя Сократ.

— Не вы ли его строите? — спросил полицейский.

— Нет, не я, — сказал дядя Сократ. — Я ем бутерброд.

Через некоторое время полицейский снова пришел. На него невинно смотрели почти достроенный дом и часто моргающий дядя Сократ.

— Хотите бутерброд? — дядя решил зайти с козырей.

— Не поможет, — сказал полицейский.

— Плохо, — загрустил дядя Сократ.

И рассказал ему всю правду о том, как тяжело приехать в новую страну к новым людям, пусть ты им и родственник по линии Зевса.

Какие вкусные пирожки печет его жена.

Как сын выиграл городскую олимпиаду по математике.

Какие глаза у его младшей дочери.

Что он не видел свою семью почти год.

И как мечтал их всех привезти в этот дом с балконом на море, пока ночами клал кирпичи.

— Это очень грустная история, — согласился полицейский, — но я все равно буду вынужден на вас заявить. Дом снесут, к сожалению.

— Ладно, — кивнул дядя Сократ. И пошел обходить свой почти случившийся дом, представляя, как всё могло бы в нём быть, и со всем этим прощаясь.

Вечером полицейский приехал с тремя бутылками вина и сказал:

— Я не смог.

И они до утра пили, пели и плакали.

В этом доме дядя Сократ живет до сих пор. Его жена по-прежнему печет вкусные пирожки, а у внучек глаза такие же, как у младшей дочери.

Полицейский к ним заглядывает не реже раза в месяц.

При нем всегда три бутылки вина.

диспетчером лифтов.

Вы не верите? А я вам расскажу одну историю.

Как кочегар спас Родину

Был в прошлом веке один паровой буксир — скромный, честный, ржавый. Как и положено буксиру. Пошёл он в рейс. Но началась течь.

Капитан собрал экипаж и, не долго думая, дал команду:

— Всё! На шлюпку! Тону!

Все прыгнули. Кроме кочегара. Точнее, его забыли. Он спал после вахты.

Просыпается он, заходит в машинное отделение — а там воды почти по пояс. Мог бы паниковать, но нет. Кочегар — не из пугливых.

Запустил насос — воду откачал.

Котёл растопил — машину завёл.

И давай бегать: с машинки на мостик, с мостика в кочегарку, сам себе и уголь подаёт, и руль крутит.

Через трое суток — без сна, еды и экипажа — привёл буксир в порт. Пароход дымит, как вулкан, а сам он — чёрный, как пельмень в печке.

Его на берегу ждали, как Чингачгука. Начали допрашивать:

— Где экипаж?!

Он говорит:

— А вы посмотрите в сторону Ледовитого океана. Там шлюпка плывёт.

И правда — нашли всех, живы. А кочегара потом записали в герои. Без медали, правда, но с уважением.

Я и роботодолазы

Работал я как-то стармехом на роботоводолазном пароходе. Модная штука — вся в кабелях, как ёлка в Новый год. Роботы туда-сюда, щупальцами машут, камеры моргали.

И вот подходит ко мне один парень из офиса. В очках, в костюме, с планшетом. Смотрит на мои черные руки, на мои мозоли и говорит:

— Ты, мужик… крут.

— А капитан? — спрашиваю.

— Капитан — это… ну… офисный работник.

Вот и всё объяснение.

Говорит дальше:

— Я просто в шоке, сколько ты всего знаешь. Электроника, механика, гидравлика, сварка, пайка, психология, магия, борьба с троллями…

Я скромно кивнул. Ну а что? Не спорить же.

Зарплатный бунт в Канаде

А ещё был случай в Канаде, в начале двухтысячных.

Началась нехватка механиков. Потому что никто не хочет лезть в машинку — там жарко, шумно и пахнет как в котельной у чёрта на кухне.

Решили поднять механикам зарплату. И тут…

Штурманы — на забастовку.

Говорят:

— Как же так? Нам — как всегда, а этим — на 5 баксов в час больше?

А я думаю:

Ребята, вы же вчера гуглили, как включить автопилот. А у меня генератор не держит частоту, насос орёт, компрессор плюется маслом, блок управления мигает, как гирлянда, а до берега — 300 миль.

Финальный вердикт

Сегодня машины учат водить себя сами. Дроны летают без пилота, теплоходы — по GPS, штурманы заменяются алгоритмами. А вот механика — никакой искусственный интеллект не заменит.

Он слышит, как двигатель "не так вздохнул", он чувствует запах перегрева, он говорит с техникой на её языке — языке стука, скрежета и вибрации.

Поэтому, когда в следующий раз кто-то скажет:

— А кто круче: кучеры или конюхи?

Я, не моргнув, отвечу:

— Конюхи.

И точка.

периодически мне их пересказывал.

Желание подражать кумирам так же перехлестывало все возможные границы. Ну там, качалка, куда ни шло, но Олег пошел дальше - он вооружился. Страшного тесака как у Рэмбы у него не было, а кухонные ножи на эту роль подходили как-то не очень, но в Москве был Рижский рынок, рассадник свободного предпринимательства, где при желании можно было купить авианосец, были бы бабки.

Олег купил кавказский кинжал! Нет, не сувенир какой-нибудь, а самый настоящий, века девятнадцатого, большой, блестящий. Клинок был красив как празднично одетый джигит перед фотокорреспондентом местной газеты. Одна беда - ножен у кинжала не было (видимо, за прошедший век истлели в боях), но Олега это не смущало. Кинжал был любовно отполирован и наточен до остроты джедаевского меча, а носить его мой друг стал за спиной, засунув за брючной ремень. Такой способ был не слишком удобен, садиться с таким "хвостом" - не очень, да и штаны постоянно в мелких порезах, но наш герой терпел. А как иначе, он же герой!

Периодически доморощенный Сталлоне тренировался - вставал перед зеркалом, напрягал свои не маленькие мускулы и, состроив мужественную рожу, любовался собой на фоне кинжала. Занятия не пропали даром, однажды он пришел - его звездный час... .

Район у нас окраинный, рабочие кварталы, да и время было не спокойное. Далее по сюжету - ночь, улица, фонарь без лампы, трое хулюганов, несчастная девушка в роли жертвы и наш герой, совершавший рядышком с вышеназванным фонарем вечерний променад.

- Вот оно! Свершилось! Щас мы им покажем! - вероятно, именно такие лозунги мелькали в отравленном Голливудом мозгу моего друга, и Олег рванул на помощь.

Плохо вписавшись в поворот, слегка пробуксовав, он все-таки умудрился со второй попытки закрыть блондинку грудью. Пыхтя от переизбытка адреналина, он втиснулся между конфликтующими сторонами и окинул врагов тяжелым взглядом.

Врагов было поболе, и ребята они были не маленькие, поэтому испугались не сильно и высказали Олегу все: кто он, куда ему надо двигаться и как быстро.

- Вам лучше уйти, парни! - Олег не помнил, из какого фильма была эта пафосная фраза. - А то... .

- А то что? - заинтересовались хулюганы.

Друг мой здоровый кабан и вполне мог выйти из этой ситуации и без блестящей железки, но не зря же он так упорно пугал зеркало? Молниеносно закинув руку за спину, сжав рукоять ножа обратным хватом с воплем: - А вот что! - Олег рванул клинок из за спины.

Верный кавказский товарищ не подвел. Моментально перерезав ремень, он позволил брюкам Олега съехать до колен, открыв всеобщему обозрению синие сатиновые трусы.

Хулюганы насторожились.

Среагировал Олег мгновенно. Не выпуская из рук оружие, он подхватил упавшие брюки и дернул их вверх, в надежде, что симпатичная девушка не успела заметить его позора. Штаны достигли задницы моего друга вторыми, первым был кинжал, легко породнившийся с ягодицей горе-защитника.

- Мляяя! - заорал наш герой, падая на спину.

- Аааааа! - заверещала убегающая шпана. Их можно понять. Они ожидали старой доброй драки, а тут такое! Кто его знает, что учудит в следующий момент этот сумасшедший мазохист? Харакири сделает? Причиндалы себе отрежет, а их потом за это еще и привлекут?

Спасенная таким оригинальным способом девушка жутко испугалась (причем испугалась не шпану дворовую, а "буйно помешенного идиота") и хотела убежать. Потом пожалела скулящего Олега и вызвала скорую.

Врачи долго смеялись. А что, лежит парень, в заднице кинжал, рядом девушка лопочет что-то про бандитов и драку, а у докторов в глазах вопрос - на хрена потерпевший перед дракой спустил штаны?! ! От полного позора Олега спасали только пришпиленные кинжалом к заднице трусы.

Утром в больницу к другу пришел следователь, написал протокол и конфисковал страшное холодное оружие. Потом пришла спасенная девушка. Потом они поженились. Живут душа в душу, двое детей. Он ласково зовет ее Солнышко, а она его - Самурай. Друг просит никому не рассказывать, откуда у него это прозвище... Я и не рассказываю...

на нашем производстве. А все потому, что нам ее в месяц нужно было тонн двадцать, а по фондам давали только десять. И крутись как хочешь.

В тот день я сидел в кабинете, смотрел в стену и соображал. Насчет этой самой катанки. Магадан запросил почти тысячу кубов пиломатериала, а это морской фрахт, перегрузки, требования в три нитки, рекламации и прочая хрень. Ну где брать эту самую катанку. Где?

Где можно было я уже занял, кому был должен уже простил, но этого все равно не хватало. Я был в панике, но не сдавался. В связи с огромным перенапряжением вдруг пришло озарение.

- Ну где ты ищешь, где ты ищешь? - запульсировала мысль, - ты ищешь там, где ищут все, а надо искать там, где еще никто не искал и искать не будет!

Когда озарение немного поблекло, я дрожащей рукой подтянул к себе телефонный справочник района.

Горком, исполком, трогать не стал, может быть чревато и остановился на детском саде номер один. Была в этом какая то афера, но проверить ведь надо, озарение оно просто так не приходит.

- Алло! Могу я переговорить с завхозом, - набрав номер, как можно серьезней произнес я. Там покричали то ли Валю, то ли Зину и приятный женский голос тоже произнес «алло». - У вас есть проволока? - немного подрагивающим голосом произнес я.

- Есть. - произнесла Валя или Зина и это внушило оптимизм.

- Катанка? - охренев продолжил я.

- Обычная, целая бухточка. Вам сколько нужно?

- Да я только узнать, - не находя больше слов, произнес я и положил трубку. Ведь по идее это была какая-то хрень. Зачем им в детском садике проволока. Вот зачем? Пусть даже не катанка, а обычная. Мысли путались, но и про озарение не надо забывать. И я стал думать, где этой катанки в принципе не может быть, но она там есть. Мне по-любому было тяжелей чем Ивану, который пошел туда не зная куда и принес то, не зная что. Ведь у меня помимо всего этого была еще отгрузка на Магадан. Первое, что пришло на ум, это цементный завод. Предприятие большое, одно из двух на весь Дальний восток. Там, в принципе дохрена чего могло быть. Но можно ли катанку применить как-то в ихнем производстве. Например обвязать рассыпной цемент. Или даже в бумажных мешках. Теоретически это в голове не укладывалось, но ведь помимо теории есть еще и практика. А на практике я такое успел повидать, что впору ехать сдаваться в дурку. Но я опять рискнул. И набрал номер телефона отдела снабжения того самого цементного завода. - Коллеги, у вас катанка есть? - сразу я взял быка за рога.

- Шести или восьми миллиметровая? - деловито поинтересовались на том конце.

- Мне без разницы и та и другая подойдет, могу на что нить поменять, - я тоже сразу перевел разговор в деловое русло. Приятно работать с профессионалами.

- А у вас гвозди есть? - выяснив откуда я звоню и кто я такой, задали мне встречный вопрос.

- Тю, да полно! Вам какие нужны? - процесс пошел. Все сформировалось быстро и наутро я у завгара заказал машину. Бросив в нее краном пару тонных ящиков гвоздей на 70 и 100. Разговаривавший со мной по телефону мужик, увидев две тонны, просто охренел и широко махнул рукой:

- Вон там за складом, забирай сколько влезет! - а за складом был Эверест. Из катанки. До куда ее можно было забросить местным краном.

Я грузил ее в исступлении. Снабженческий зилок прогнулся, не уступая уже по грузоподъемности КраЗу, а я хотел запихать еще. Вплоть до драки с водителем. Тяжело перевел дух, взял у завсклада бумажку с весом и пошел выписывать пропуск. Под тяжелыми взглядами крановщика, водителя и завскладши. Они не могли меня понять, поэтому свернув за угол я начал посвистывать и припрыгивать.

- Слушай, а если не секрет, нахрена вам катанка? - оформив все документы поинтересовался я у коллеги. - Нахрена?!

- Ну мы ей двери завязываем у вагонов, прежде чем пломбу ставить, - пояснил он, - килограмм тридцать в месяц уходит. В заказном листе тридцать приняли за три тонны, вот каждый месяц и шлют. Мы хотели ее на металлолом сдавать, а тут ты.

- А гвозди, зачем? - не прекращал я интересоваться, вдруг они ими мешки с цементом к полу в вагонах прибивают. Можно было бы еще поменяться.

- А гвозди, так у нас же есть свой ведомственный жилой фонд. Мы там обязаны ремонты делать.

- Тогда вам точно нужна краска, олифа, рамы, двери и ДВП с ДСП. Будем меняться?

- Конечно!

На том и договорились. Год с катанкой у меня не было проблем. Но я вот все думаю, если бы тогда та Валя или Зина, сказала, что проволоки у нее нет, позвонил бы я на цементный завод? И вообще, откуда и как наступает озарение?

там должен быть. Только много не бери...

Захожу, вижу - стоят ВОСЕМЬ мешков с сахаром (по 50 кг каждый) и слышу дикий хохот братьев.

На следующий день решил испечь яблочный пирог, в настоящей деревенской огромной печке(! ) для хлеба - тётя пекла картофельные "кугелисы" и она была раскалённой. Спрашиваю, ребята, а мука пшеничная высшего сорта у вас есть? . Есть, японская!

Японская?!

ДА!

Врё... перевожу на джентльменский: вы - фантазируете, опять хотите подшутить над старшими (я был старше их на 7 и 8 лет)!

Спорим, что мука японская!

Спорим, на шоколадку и один щелбан (думаю, выбираю, которому из братьев дать тот щелбан, шоколадку поделим на троих)...

И эти разбойники притаскивают здоровенный мешок пшеничной муки, ЯПОНСКОЙ! Это подтверждается соответствующими надписями печатями на мешке (английскими и японскими иероглифами).

В общем, пришлось купить две шоколадки и получить два щелбана в свой прокурорский лоб...

Кстати, японская мука была прекрасная, какая-то супербелая (мы сравнили с украинской мукой высшего сорта, так она сильно проиграла "японке", а с литовской мукой мы сравнивать её не решились, зная совсем печальный результат). Пироги и торты из неё были прекраснейшими!

Ребята объяснили, что за участие в обработке колхозных полей, все семьи получали часть зарплаты натурпродуктом - сахаром и этой самой мукой. Мамочки, сколько всякой вкуснейшей всячины я им напёк из той муки!

До сих пор думаю, на какой Фудзияме японцы могли выращивать ту муку...

Жека, из Кемерово, говорит, приезжает через неделю, можно, говорит, пару-тройку дней перекантоваться у тебя? Можно, отвечаю, созвонимся.

Ровно через неделю - сообщение «Вылетаю». Пишу «Ждем». И началось. Сперва он опоздал на рейс, видите ли, по его словам, пил кофе в аэропорту имени Леонова и не следил за временем. Прилетел рейсом попозже.

Когда добирался из аэропорта, на автобусе чуть не пропустил остановку, кинулся выходу и вывихнул стопу. Кто-то помог ему доковылять до травмпункта. Там ему вправили вывих. Там же в очереди он познакомился с какой-то иногородней девицей, которая тут же пригласила его на свой ДР, так как не хотела праздновать одна. На 2 дня завис у этой незнакомки.

Потом поехал уже ко мне, но кто-то окликнул его с балкона. Оказалось, что это наш общий знакомый Легич с параллельного класса, с которым он решил чуть поболтать. Беседа затянулась на две ночи. После чего я получил сообщение: «Уже рядом». Утром через сутки раздался звонок в дверь, открываю – Жека.

- Улетаю, - говорит. – Такси внизу. Вот и свиделись. Пока!

Не заходя развернулся и ушел.

- Пока, - отвечаю уже закрывающимся дверям лифта.

Вечером позвонил Легич, - Жека, сообщил он мне, был проездом.

- Представляешь, говорит, после его визита пропали все драгоценности жены из шкатулки.

А Лиза, которая была рядом, посмотрела на меня и сказала: - Сработало!

- Понял, - ответил я.

только теорией, да и то хреновенькой. Поэтому пусть набирается опыта. Зубры производства относились к нему снисходительно, кто-то по отечески, кто-то панибратски, без всякого должного уважения, к его пусть небольшой, но руководящей должности. Да он и не обижался, в конфронтацию не вступал, ретивостью не отличался. С другими мастерами и начальником цеха, общался, но больше по их инициативе. Но правда и за пивом для работяг не бегал. В общем, ничто и никак, если смотреть в общем. Но была у него одна странность. Все перекуры и обеденный перерыв, сидел он в курилках, то в мужской, то женской. Хотя сам не курил, в домино не играл, домашние заготовки не обсуждал. Просто сидел скромненько, помалкивал, сначала приводя всех в сомнения, а потом... Потом все вошло в привычку и на него просто никто не обращал внимание.

- А можно обеденный перерыв сделать не с двенадцати до часу, а с одиннадцати сорока пяти, до двенадцати сорока пяти? - обратился он к начальнику цеха.

- На кой? - опешил тот, - для тебя что ли?

- Нет, для всех. Для всего цеха, - все так же скромно поправил Саня.

- То есть у всего завода с двенадцати, а у нас на пятнадцать минут раньше? - так и не понимал начальник.

- Ну да, в столовую не пробиться, там в двенадцать столпотворение, а потом в «козла», сыграть некогда.

- Вообще то мы на работу приходим, не в «козла» играть и не обедать, - поначалу возмутился тот, но задумавшись, добавил — но в принципе решаемо.

Директор и профсоюз были не против и на цеховом собрании, новый график утвердили. Странно, но производственные показатели, поползли вверх. Незаметно, потихоньку, но поползли. А, Санька как прорвало. Рацуха за рацухой. То потолочные щиты из-за которых была частенько запарка. И приходилось даже организовывать дополнительные ночные смены чтобы закрыть комплектацию. Предложил делать не в потоке, а вывести в отдельное производство. Туда же позже с его подачи перенесли и драночный станок. А из отходов наладили тарное производство. Так и организовался «тарный цех», думаю, не стоит задумываться кто был назначен его начальником.

Но звездный час Санька наступил из-за фина. Четырехстороннего финского станка, на продукцию производства которого всегда была очередь из спецзаказов. Фальцовка, половая у всех СМУ пользовалась огромным спросом, но заводу план бы по домостроению выполнить. Поэтому директор просителей по возможности посылал нахрен, но ведь был еще трест, объединение, приходилось вникать и прислушиваться.

Когда на очередной планерке, где присутствовал уже и Санек как новоиспеченный начальник нового тарного цеха, был поднят этот вопрос по спецзаказам, тот был очень удивлен.

- [м]ля, ну точно долбое... дебилы, - произнес он. Хотел видимо сказать это просебя, но получилось вслух и довольно громко.

- Не понял?! - опешил даже директор, который сидел далеко, но тоже услышал.

- Так фин у нас восемьдесят процентов времени простаивает! - постарался исправиться Санек.

- Что значит простаивает?! - так и не понимал директор, да и все остальные.

- Ему поток цеха не дает работать, все по узкоколейке идет на склад готовой продукции, а она постоянно заставлена, то дверями, то окнами, то заготовкой. Но это можно решить. Нужно только двадцать метров рельсов для новой линии.

Все переглядывались друг с другом, молча. И непонятно было кого они считают дебилами. Но не себя это точно.

- Ну так действуй! - наконец то выдохнул директор, которому видимо в этот раз хорошо в тресте намылили холку, - если конечно, не в ущерб плану домостроения. И это, посоветуйся с главным инженером и главным механиком. Ну чтобы без эксцессов!

Рацуху Санек внедрил за пару дней, инженер с механиком только хмыкали. Тележки четырехсторонника помимо общей линии за счет сделанной обратки запустили челночно и он заработал в полный рост. В две смены, покрыв практически все запросы. А через месяц Санька встретил директор.

- Александр, ты зайди сегодня ко мне вечерком, после работы, нужно поговорить, - произнес он. Поговорить, организовалось в бутылочку коньяка, что-то из закуси и длинную беседу. - Ты в институт не думаешь поступать? - после третьей рюмки, поинтересовался директор, - я к чему спрашиваю, Николаевич на следующий год на пенсию собирается. Так я тебя вижу главным инженером, вот только техникума маловато. Хотя при чем здесь образование, если у тебя голова полна мыслей.

- У меня? - удивился Санек.

- Ну, а у кого же. Я и с начальником твоим бывшим разговаривал и с другими, все тебя хвалят, говорят, что несмотря на молодость, многое для производства сделал. Рацух у тебя полно.

- Так это не я, - расслабился Саня, - я просто в курилке с мужиками люблю сидеть.

- И что?! - директор даже немного протрезвел.

- Да ни что. Сижу слушаю их, как услышу, что кого-то дебилом обозвали, понимаю, что сейчас какая-то рацуха поступит. Остается только проработать и внедрить.

- Аааа, ну ведь тоже неплохо, проработать, внедрить... Слышь, Александр, а кого они дебилами называют, не меня ли тоже?

- Да что вы, Ким Дмитриевич, у вас же общее руководство, а дебилы те, кто за производство отвечает.

- А, ну ладно, а то я как-то напрягся. Ну давай еще по одной, да будем расходиться. Ты в институт-то поступай, пусть и заочно, мое предложение в силе.