Розыгрыши и обломы

подмышкой. Качок начал было торговаться, но Рома молча показал пальцем на строчку в объявлении под лобовым стеклом - «Без Торга! »

Делать нечего – «лимон» двести, значит так тому и быть.

Ударили по рукам, продавец взял десять тысяч залога, попрощались до завтра и разъехались.

Наступило завтра.

Рома подъехал к магазину, его уже ждал покупатель. Но что это? Вчерашнего качка – матершинника и балагура, было не узнать.

Строгий черный костюм, темная рубашка, а на рукаве пиджака еле заметная траурная повязка.

Он смотрел в одну точку, как будто мыслями был где-то далеко. Говорил медленно и рассеяно:

- У меня вчера отец умер… и… но все равно, я куплю эту машину, пусть он хотя бы там порадуется… Вообще-то это был подарок для него.

Отец всю жизнь мечтал о настоящей машине, но сорок лет ездил на своем убитом запоре, и вот, когда его единственный сын смог… (Покупатель догнал и растер сбежавшую из глаза слезу и после паузы продолжил) Братское сердце, только тут вот какое дело… гроб, морг, венки, землекопы, короче мы вчера с тобой сговорились на миллион двести, а у меня вот – две пачки – это лимон и вот еще ровно сто семьдесят одна тысяча и вот, в кармане последние десять рублей – все. Такие дела, браток.

Тут у черного человека зазвонил телефон, он спрятал деньги обратно в барсетку, взял трубку и сдерживая слезы сказал:

- Да, спасибо Вам. И Вы держитесь.

- …

- Похороны завтра. До встречи тетя Зина.

Сунул телефон в карман и с надеждой спросил у Ромы:

- Ну, что, по рукам?

Рома:

- В каком смысле «по рукам»? Мы еще вчера ударили по рукам и договорились на миллион двести.

Черный мужик замер в отчаянном удивлении, как будто ему плюнули в лицо:

- Что ты за человек такой? У тебя что, не было ни матери, ни отца? Ну видишь как получилось – отец умер, не каждый день такое переживаешь. Не дай Бог никому… Неужели мы будем спорить из-за…

Рома неожиданно перебил:

- Из-за двадцати восьми тысяч, девятисот девяноста рубликов. Спорить мы конечно же не будем, главное, чтобы они были, а раз их нет – то и нет, приятно было познакомится и примите мои искренние соболезнования, привет тете Зине… Пока.

Покупатель встрепенулся:

- Как это пока? Сначала залог верни и дай тебе Бог не испытать того, что испытал я и желаю никогда в жизни не встретить такого черствого человека, как ты…

Благодарю за пожелание, а причем тут залог? Залог остается у меня, Вы же передумали покупать мою машину.

Убитый горем человек вспылил:

- Как это передумал! ? Вот же я пришел, несмотря на горе, деньги принес - это ты зажался и продавать не хочешь!

Рома:

- Я конечно очень уважаю Ваше горе, но между – «передумал» и «денег не хватило», нет никакой принципиальной разницы.

Черный человек глубоко задумался и внезапно заматерившись, вдруг расплылся в широченной улыбке и подмигнув сказал:

- Непроканало…

Аккуратно снял с рукава черную повязку и вытащил из пакета с деньгами тысячу десять рублей. А вместо них всыпал обратно, заготовленную стопочку купюр и игриво сказал:

- Итого, с десяткой залога - ровно «лимон» двести – как в аптеке. Ну что, пойдем оформлять? Ты не взыщи по поводу этой «заморочки», ничего личного, только бизнес. Каждый крутится как может. А батя мой, еще всех нас переживет… Но ты реально меня удивил – у человека горе, а тебе все по барабану…

Рома:

- Так я сразу понял, что у Вас никто не умирал.

- Как понял, рубашка не черная?

- Нет, вид у Вас, как раз довольно кладбищенский, даже сиротский. Проблема в том, что по профессии я кинокритик и не обижайтесь, но говенную игру бездарного актера чую за километр. Садитесь - два.

Простите великодушно, ничего личного, только бизнес…

До недавнего времени практика цигун считалась секретной»

Далёкие восьмидесятые. Пионерский лагерь. Лето, естественно.

Медсанчасть. В медсанчасти – фельдшер Зинаида Ильинична, почтенная старушка модели "божий одуванчик". С шокирующе ясным взглядом на жизнь из-под надвинутой до бровей белой шапочки и с металлическим кулончиком в виде дракона на мохеровой вязанной крючком ярко-красной верёвочке поверх белого халата.

Трудно сказать: то ли беспощадные долгие годы прошлись жизнеутверждающим победным маршем по бабушкиной психике, то ли цигун уже тогда был единственно правильным учением, но причину всех пионерских хвороб (начиная с "после танцев вот тут покалывает" и, заканчивая, "абрикосы, наверное, зелёные были"), заслуженная фельдшерица видела исключительно в неправильном бессистемном дыхании неразумных отроков. Посему все лагерные методы лечения и профилактики заключались в комплексе дыхательных упражнений, специально разработанном ею для нашей красногалстучной дружины.

При всём желании не могу сказать, что все пионеры всецело любили и глубоко уважали бабушку за эту маленькую странность. Ибо - ну её на фиг.

Утром, блин, и так спать хочется после всяких ночных, исконно пионерских развлечений, а тут ещё зарядка под чутким руководством продвинутой бабушки. Да, конечно, обычную утреннюю зарядку (ноги на ширину плеч, руки перед грудью, раз-два, три-четыре) можно делать, даже не открывая глаз, и досматривая утренние сны, но дыхательную эту, блин, гимнастику - фиг...

- А теперь, ребяточки, вы все - матросики. Встаньте, встаньте, как матросики! Матросики тянут канат. Тянем-тянем ручками канатик. Резче, резче, хорошо. Хорошо. На каждый рывок - резкий вдох через нос. Громче! Громче вдыхайте. Не слышу ваших носиков. Молодцы ребятки. А теперь вы все - насосики. Встали, встали ребятки. Все умеют велосипедикам колёсики подкачивать? Давайте, давайте, ребяточки, накачаем велосип@дики. Резче! Резче - не слышу ваших носиков…"

Блин... Каким же дебилом себя ощущаешь, делая это. Особенно, когда тебе 12-13 лет. Ужас. Дурдом на прогулке. Каждое, блин, утро. И ещё хорошо, если не попадёшься ей на глаза посреди дня с какой-нибудь царапиной, синяком или со шмыгающим носом.

Само собой, заходить в медпункт в то время, когда там дежурила эта бабушка-целительница, дураков не было. Лучше уж истечь кровью из разодранной коленки, чем с этой же пораненнной коленкой "тянуть канатик" или "накачивать велосип@дик".

Так было и в тот день. Сидела бабушка в медпункте в гордом одиночестве и медитировала на плакат "Дизентерия - болезнь грязных рук", как вдруг дверь отворилась и...

Впрочем, по порядку.

В тот день честный пионер Серёжа, мой сосед по комнате, внезапно осознал, что большая часть смены уже прошла, и что неплохо бы написать родителям честное пионерское письмо о том, что "доехали благополучно, с ребятами познакомился, погода хорошая, чувствую себя хорошо, кормят хорошо, вожатые тоже хорошие…". Но эта замечательная идея покинула его после написания первой же буквы письма, уступив место другой идее, более прекрасной и более занимательной. Ручка оказалась с красной пастой.

Всего каких-то пятнадцать минут потребовалось честному пионеру Серёже на то, чтоб, раздербанив стержень, нарисовать у себя на честном пионерском лбу дырку от пули. Причём, дырку - очень честную. Я не знаю, был ли Серёжа прирождённым талантом или же имел неоднократный опыт подобных затей, но дырка получилась настолько натуральная, что даже нам, соседям по комнате, наблюдающим за этим действом от начала до конца, при виде окончательного результата стало жутковато. Лучше, наверное, только настоящим пистолетом нарисовать можно было, да и то сомневаюсь.

Я не буду рассказывать о том, как визжали девчонки, в комнаты которых героически "впадал", наглухо застреленный, честный пионер Серёжа, не буду рассказывать, как бледнела вожатая, прибежав на наш крик:

- Наталья Викторовна, ой, что это с Серёжей? Скажу только то, что на следующее утро мы не делали дыхательную гимнастику. И не делали её вообще никогда - аж до самого конца смены. А всё потому, что на славу повеселив, и окончательно задолбав своей пулей в голове весь отряд, пионер Серёжа не придумал ничего лучшего, как, повиснув на плечах двух надёжных товарищей, отправиться в медпункт и спросить у мирно задремавшей просветлённой бабушки:

- Зинаида Ильинична, матросик или насосик?

бывает в мирное время.

- Ну когда будут, тогда и позовете, -сказал Миша и отправился к выходу.

Но медсестра так просто это дело не оставила и решила парнишу отправить в психиатрическую лечебницу на проверку.

Оказался Миша почему-то в палате с психами. Ну что ж, с психами, так с психами, да вот только нечем малому заняться. Подходит к Мише один и спрашивает:

- А ты кто?

Миша ему:

- А я тренер олимпийской сборной по легкой атлетике, пришел к вам набирать команду.

Вокруг Миши собралось приличное количество людей с расстроенной психикой, и всем до ужаса интересно, как же можно попасть в эту команду. Миша ответил:

- Да очень просто! Выстраиваетесь в ряд у одного конца комнаты, я даю сигнал, а вы несетесь ко мне. Первых десять человек, кто добежит, я возьму.

Комната была довольно большая и в ней находилось около сорока человек.

И вот представьте себе эту картину: все сорок ненормальных выстраиваются в ряд у стены и ждут сигнала тренера. Миша свистнул, и вся эта толпа понеслась, падая, спотыкаясь, ругаясь... Около часа врачам потребовалось на усмирение больных. Выяснять причину поголовного буйства долго не пришлось. У одного ненормального спросили, в чем дело, и он ответил, что так-то и так-то, пришел тренер набирать в команду по легкой атлетике. Попросили показать этого тренера, и псих весело махнул рукой на Мишу. Утром нашего героя выгнали из больницы, а удивленный папа сказал:

- Я думал, из психушки не выгоняют...

ради вечерних похождений.

В своем логове на Камчатке, дальней лагерной полянке, эти "старички" в темное время суток предавались веселым гуляниям, инфильтруя в свои ряды симпатичных первокурсниц и особо юморных первокурсников. Я был довольно замкнутым старшеклассником, но пару раз все же попадал на стариковские вакханалии.

В один из таких вечеров я опять там оказался. Старики пели под гитару атмосферную песню "Не труби глашатай", грудастые студентки пили алкоголь, приближенные первокурсники юморили, я тихонечко сидел и украдкой пробовал водку. Все как всегда.

Как вдруг подошел комендант.

- Оооо, комендант, садись к нам! , - дружелюбно предложил гитарист, прервав песню на "... радуйся торговец, закупай мыло".

- Я лишь на минуту.

По давнему правилу, комендантов археологического лагеря назначали тоже из первокурсников, но именно этот комендант был серьезен и представителен, как генерал Лебедь. Только толще раза в три.

- Шеф просил передать, что из колонии возле Каменки сбежал уголовник. Милиция выставила посты на дорогах.

- Да ерунда это все, давай лучше выпьем.

- Позже... , - глаза лагерного функционера зловеще сверкнули в отблесках костра, - мне нужно всех обойти.

Комендант скрылся в деревьях, но чуть погодя все же вернулся и влился в коллектив. Веселье шло по нарастающей, прямо пропорционально выпитому. Студенты блаженствовали.

Потому расслабленное общество не сразу обратило внимание на шум и треск в кустах - кто-то продирался сквозь посадку не разбирая дороги. Честно говоря, в тот момент сквозь палатки мог спокойно проехать на воловьей повозке сам торговец мылом, спешащий в умирающий Рим - никто бы бровью не повел. Но комендант проявил бдительность.

- Эй! Кто там! Стоять!

Из зарослей репейника вышла сгорбленная фигура в брезентовой плащ-накидке и попыталась обойти крайние шатры. Тусклый свет костра не позволял разглядеть детали.

- Это он! Беглый! Зовите милицию! , - трезвый и сообразительный комендант моментально оценил обстановку.

Но не тут-то было. Распаленные мужики делиться славой с органами не хотели и сами кинулись хомутать преступника. Мысленно они уже видели в газетах заголовки "Особо опасный преступник обезврежен храбрыми студентами". Чего греха таить, бросился в атаку и я, картинно держа пустую бутылку за горлышко.

Мгновение- подозреваемый окружен и нервно озирается в предчувствии самосуда.

- У него тапооооор! , - вдруг заорал комендант.

Но реакции нет, топор и топор, нас все равно больше.

И тут произошло страшное. Громко и протяжно завизжала дородная студентка.

В этом визге было все: расчлененные топором трупы сокурсников, ужас перед кровавым чудовищем и ясное осознание того, что жизнь разделилась на "до и после" и прежней уже не станет никогда...

Эмоциональный посыл был столь мощным, что паника охватила всех из присутствующих до последнего. Студенты и старики ринулись кто куда, бросая женщин на произвол судьбы. От выпитых пятидесяти грамм водки я чуть замешкался и бежал одним из последних, удивляясь проворству остальных: вот только балагур-первокурсник храбро бросался на фигуру в темном, а через мгновение он уже скрылся в посадке, молнией пролетев мимо меня - я едва успел проводить его взглядом.

Пришел в себя я где-то среди кустов и хвороста, прислушался - резни вроде нет. Может зэк убежал? Хорошо бы.

Выбрался к людям и вижу картину полного разгрома: брошенные ножи и фонарики, перевернутые бутылки, слетевшие при убегании тапочки. Вернувшиеся беглецы выглядят смущенными.

На лавочке комендант пьет водку с человеком в плаще на голое тело, оба ржут. Капюшон сброшен и видно, что это один из молоденьких студентов. Шутка удалась.

Мы долго ломали голову, что с ней сделать. Выкинуть - не интересно, сжечь - банально. Думали, думали и со временем забыли о ней.

Однажды мы нашли дохлую кошку. Кошка склеила лапы на болоте, похоже, от старости. На жаре она начала разлагаться и характерно вонять. Что делать с таким сокровищем? И тут мы вспомнили про коробку, и идея родилась сама собой.

Положили кошку в красивую обувную коробочку и пошли на станцию. От нашей электрички раз в 3 часа ходит рейсовый автобус. Естественно, он собирал кучу работяг и развозил их по удаленным от станции селам. Мы подождали автобус и в момент, когда почти все вышли из него, Илья нарочно громко, чтобы всем на остановке было слышно, обронил:

- Похоже, мои не приехали. Жарко тут. Пойдем, по газировке купим и семечек?

Мы пошли в сторону магазина, "случайно забыв" коробку с "модной обувью"

Нырнув в ближайшие кусты, мы пробежали до наиболее удобной точки наблюдения. Терактов в те времена еще не было, и народ был не пуганный. Какой то мужик стоял и смалил сигаретку, пока все заходили в салон. Оставшись на остановке в одиночестве, он подхватил нашу коробку и запрыгнул в заполненный людьми автобус. Двери закрылись, и автобус поехал.

Спустя время до меня дошел слух, что того мужика выкинули из автобуса вместе с коробкой, когда он ее открыл, и соседка по сиденью увидела и унюхала, что в коробке. Напомню:автобусы ходят раз в 3 часа. Надеюсь, наша шалость хоть чему-то научила этого мужика.

раз под обстрел попали, его из-под тел павших бойцов санитары вытащили. И опять он отделался несколькими ранами, да онемел от пережитого. Все три похоронки до сих пор хранятся у моей мамы - его дочери. Прабабушка (дедушкина мама), наотрез отказывалась принимать эти письма, чувствовала, что он жив, но почтальон сберегла их и отдала после войны. Сказала, что чудо это - три раза смерть обмануть, пусть на память останется.

Но, рассказать я хочу не об этом. После войны, спустя несколько лет, дедушка устроился работать конструктором на Ташкентский Авиационный завод (точно название не помню). И кто-то из сослуживцев рассказал ему, что во время командировки (опять же не помню город) узнал, что там есть... дедушкина могила. Ну, не прям персональная, а братская, на которой были написаны фамилии бойцов, которые в ней похоронены. Через пару месяцев дед поехал туда, тоже в командировку. Ну, и решил заскочить на кладбище, где была эта могила. Зашел к кладбищенскому сторожу, говорит, где, мол, такой-то похоронен? Ну, сторож и спрашивает, сам-то кто будешь? Тут дед и сказал, что пришел посмотреть, как его похоронили. Красивое ли место, кто соседи. Всегда, мол, любопытно было. Сторож обалдел, но до могилы проводил. Дед показал ему свою фамилию на могиле, показал свой паспорт. А когда собрался уходить, сторож чуть ли не силком затащил его к себе в сторожку, позвал друзей и накрыл стол. Сказал, что не каждый день к нему покойники в гости приходят.