Снимали мы автогонки. Дождь, промокшая публика, бесконечный рев одинаковых машинок. Очень устали. От холода стучали зубы и настроение так себе.
А тут еще перед нашим оператором Денисом, влезло какое-то мурло с какого-то федерального канала и загородило от нас всю гонку.
роста с широкой спиной. Денис раздраженно сказал:
- Коллега, а ничего, что мы тут снимаем вообще-то?
Мурло даже не повернулось и, продолжая смотреть в свою камеру, ответило:
- Ничего страшного, вы поснимали, теперь я поснимаю. Это ведь репортажная съемка, коллега, поэтому, кому как повезет. Снимайте сквозь меня, ну, или ищите себе другую точку.
Денис покраснел весь, стал кричать, что это наглость и что он не потерпит и не знает, что сейчас сделает, раз такое дело.
Мурло, не поворачиваясь ответило:
- Договорились.
Я жестом остановил истерическую тираду Дениса и громко сказал:
- Денис, оставь уже человека в покое. Ну, раз так получилось и саму гонку тебе отсюда не видно, давай мы попишем какой-нибудь воздух, вкусные перебивки, зрителей и все такое. Начнем, например, с капелек дождя в контровом свете.
Я взял наш светодиодный прибор на штативе, раздвинул его на максимальную высоту, взял штатив подмышку, как шлагбаум и засветил прибором прямо в объектив наглому оператору с федерального канала.
Он обернулся и спросил:
- Я так понимаю - это вы снимаете капельки дождя в контровом свете?
- Совершенно верно и не только капельки, но еще и вас в контровом свете. Это ведь репортажная съемка. Вы выглядите потрясающе, если можно, не отрывайтесь от камеры.
Мурло хмыкнуло и, не теряя драгоценного времени, куда-то убежало.
Денис похихикал и сказал: - Ты страшный человек.
Вечером, когда мы мчались в сторону Москвы, обсуждали эту ситуацию. Я рассказывал Денису про теорию конфликтов, что в любом скандале нельзя себя вести банально, ведь противник от тебя только этого и ждет. Наоборот, нужно затягивать его в свой мир, где только ты устанавливаешь правила. Ругань и твои, ни к чему не ведущие угрозы – это было банально, а вот свет в объектив он никак не ожидал и не знал, как реагировать. Начинать из-за этого драку – себе дороже, писать заявление в полицию – довольно странно. Хотел бы я почитать текст этого заявления.
Мы стояли в длинной, нервной очереди на правый поворот, я был за рулем.
И вот уже перед самым поворотом передо мной нагло стал влезать таксист. Конечно же, я его не впустил.
Таксист, видимо, очень обиделся и разозлился, а поскольку он из тех, кто не привык «давать заднюю», то психанул, пересек все мыслимые разметки, двойные сплошные и помчался вперед прямо по встречке. Вскорости, мы с ним поравнялись, он так и ждал меня прямо на встречке, чтобы высказать все, что обо мне думает.
Таксист оказался молодой парень лет двадцати пяти, то ли таджик, то ли киргиз, а может быть немец, я в национальностях не сильно разбираюсь. Он открыл окно и что-то мне орал, активно жестикулируя. Я тоже открыл свое окно, чтобы послушать:
- … по человечьи, или что! ? Тебе что, было впадлу меня пропустить, ты видишь, что я очень спешу! ? Тебе что, пару секунд сыграли бы?
Меня, конечно же взбесило, что человек, который годится мне в младшие сыновья, так со мной разговаривает, да еще и на «ты», но я не подал виду и ответил очень вежливо, дружелюбно и строго на «вы»:
- Ну, что вы, конечно мне не впадлу пропустить человека, тем более если он очень торопится, к тому же мы никуда особо не спешим. Обычно я всегда всех пропускаю перед собой, но, если честно, то у вас такое неприятное лицо, что даже я, никак не захотел вас пропускать.
- Что! ? Лицо у меня неприятное?! Ни хрена себе! Такой херни я еще не слышал! Ты что, смотришь на всех вокруг, какое у них лицо и думаешь, пропускать их, или нет?
- Ну, нет, конечно. Никогда не смотрю, но у вас настолько неприятное лицо, что это невозможно не заметить. Как вы вообще живете с таким лицом? Ужас. Извините, что я так прямо, но, всегда ведь лучше горькая правда.
- Ты сам, что ли красавчик?
- Ну, вы не сравнивайте несравнимое. Может я и не красавчик, конечно, но за всю мою жизнь мне ни разу не отказали в перестроении из ряда в ряд, только из-за того что что у меня лицо, как у дохлой крысы. Ой, я это вслух сказал? Не хотел, простите.
Если можно, не смотрите на меня своими бусинками, а то я только что поел, могу блевануть.
Таксист не придумал, что ответить и с пробуксовкой и матами умчался по встречке. Хуже всего для него было то, что рядом с ним сидела пассажирка и истерично хихикала, закрыв рукой глаза.
Денис посмотрел на меня и сказал:
- Ты страшный человек. Твой талант бы, да в мирных целях.
Въехали в Москву и Денис попросил:
- Тут, абсолютно по пути, я должен остановиться на секунду, отдать флэшку человечку и забрать деньги. Может остановимся? Буквально на двадцать секунд, раз мы все равно проезжаем мимо. Получится? А?
- Ну, если двадцать секунд и по пути, то почему бы нет. Остановимся, конечно.
- Этот человечек, девушка и у нее, кстати, сегодня день рождения. А я без цветов и без подарков, но с другой стороны, я же ведь не на день рождения еду, а просто по делу, к тому же со съемок. О, прикинь, только сейчас до меня дошло и я понял, что знаю ее года три, но мы ни разу с ней не виделись в натуре. Познакомились через общих знакомых. Она режиссер монтажа и иногда подкидывает мне халтурку, а иногда, я ей. Мы виделись только в мониторе, а вживую вообще никогда. «Исходники» и «мастера» перекидываем через «облако», или через курьеров. А сейчас она хотела забросить мне денег, я ей кое-какую аппаратуру обещал прикупить. А, кстати, сейчас ведь уже больше двенадцати, так что фактически день рождения полчаса назад как кончился. Так что без цветов нормально. А?
- Ну и жлобина же ты, Денис. По поводу того, что мой талант, да в мирных целях, давай мы ее на день рождения не слабо разыграем? Раз уж ты без цветов.
- Давай, а как?
В эту секунду мы уже завернули во двор и припарковались недалеко от подъезда. Я забрал у Дениса его телефон и велел не выходить из машины.
Сам подошел к подъезду, как раз, когда из него выпорхнула ярко-накрашенная женщина, чуть за тридцать.
Я сказал:
- Привет, Ира! С днем рождения, дорогая! Прости, я со съемок и без подарка. Наконец-то мы увиделись вживую, не прошло и трех лет.
Она наморщила лоб, выпучила глаза и тихо сказала:
- Спасибо. Привет, Денис. Ты в жизни совсем не такой.
- Хуже, или лучше?
- Не хуже и не лучше, просто другой. Денис, а ну, выйди на свет. Умом-то я понимаю, что это ты. А, вот, вижу, что-то вроде есть, но что есть… не вижу.
Просто, как будто совсем другой че… подожди секундочку, Денис, мне срочно нужно позвонить.
Она стала куда-то звонить и у меня в кармане запиликал телефон, я его вальяжно вытащил и наиграно-удивленно спросил в трубку:
- Ира, а зачем ты мне звонишь?
- Ой, Денис, я перепутала, ладно, потом позвоню, вот возьми, тут ровно восемьсот сорок тысяч.
- Хорошо. Ох, Ира, а я флэшку в машине в бардачке оставил. Подожди секунду, ща, мотнусь, принесу.
Я прибежал в машину, отдал Денису деньги, быстро снял с себя куртку и шапку.
Через несколько секунд Денис в моей куртке и шапке уже подошел к Ире и просто протянул ей флешку.
Я наблюдал в зеркало заднего вида.
Ира как-то грустно взяла флешку, помахала на прощанье Денису рукой и уже было собиралась идти домой, но Денис ее окликнул и начал рассказывать всю схему, показывая рукой в мою сторону. Потом Ира била Дениса кулачком в грудь, потом они долго смеялись. И все это продолжалось минут двадцать, я не торопил.
Вернулся Денис очень довольный и поведал, что Ира чуть с ума не сошла, но она была в полном восторге и сказала, что наш розыгрыш - это лучший подарок из всего, что ей сегодня дарили. Особенно с телефоном круто было. Передала мне привет.
Потом Денис посмотрел на меня пристально и сказал:
- Ты страшный человек…
