Лето 1992 удалось на славу. Жаркая солнечная погода совсем не располагала к труду и пол Мариуполя валялось по пляжам. СССР уже развалился и большинство украинцев задумчиво чесали репы на предмет что же делать со свалившимся на них богатством, а совсем небольшое меньшинство,
во главе с руководством КПУ и местным криминалом прибирало это богатство к своим потным рукам.
Митрич неделю назад рассчитался с должности руководителя небольшого кооператива и занимался ремонтом в доме. Немного поработав, он отправлялся в сад и кушал там черешню, малину и абрикосы, несметно уродившие в то лето. Пчелки ласково жужжали, птички щебетали, чудно пахло цветами, которые жена посадила вдоль забора. На сердце было радостно и легко от того , что он наконец-то уволился из полукриминального кооператива, удачно найдя подходящий повод. На семейном совете решено было подогнать строительные работы, длящиеся уже семь лет. В колонках АС-90, вынесенных во двор, задумчиво играл Pink Floyd и настроение было великолепным. Митрич включил станок и заверещала распиливаемая доска. Неожиданно он услышал стук в полуприкрытые гаражные ворота.
Выключив пилу, Митрич не торопясь вышел из гаража и обнаружил перед домом двух крепких мужчин, один из которых, по имени Виктор, был ранее его начальником на заводе, где они работали.
Второго, оказалось, тоже звали Виктором. Поздоровались.
- Митрич, - начал задумчиво Виктор первый, немного протянул паузу и выдал: - дело есть. Поговорить нужно.
Митрич отряхнул опилки с лица и предложил гостям пройти в дом, но они замахали руками и начали, перебивая друг друга, рассказывать о своей проблеме.
Дело было неожиданное и как к нему подступиться Митрич сразу и не сообразил. В то время в экономике бартер был основным способом расчета между предприятиями, и каким-то невообразимым образом футбольному клубу с Западной Украины, где было большое количество спиртзаводов, выделили цистерну пищевого спирта. Для ее реализации и покрытия расходов. Каким-то непонятным образом цистерна оказалась в Мариуполе, на территории крупного завода Ждановтяжмаш.
- Митрич, - сказал Витя, - ты же хорошо знаешь замдиректора по транспорту Виктора Николаевича (одни Викторы вокруг - значит все должно получиться, подумал Митрич). Переговори, будь корешем, - попросил Витя. - Очень, очень нужно. И так поглядел Митричу в глаза, что тот все понял - товарищам нужно помогать.
Что такое неохраняемая цистерна чистого пищевого спирта на территории крупного предприятия, работники которого на 80% мужчины? На этот вопрос можно получить много неожиданных ответов, описывающих незавидное или завидное будущее животворящего продукта, упрятанного в 66 кубовую емкость... .
Митрич вымыл руки, переоделся и компания отчалила в сторону заводоуправления.
Заместитель директора по транспорту Виктор Николаевич был человеком покладистым и спокойным, как почти всякий мужчина крупного телосложения. Он был постарше Митрича лет на 15. Однажды Митрич очень помог ему, когда его сотрудник разбил в хлам дорогостоящий грузовик, поэтому отношения у них были почти дружескими.
Войдя в приёмную, Митрич осведомился у секретаря по поводу присутствия замдиректора. Секретарь заглянула в кабинет начальника и через пару секунд сказала: - Проходите.
Виктор Николаевич сидел за столом развалясь и по-видимому был в хорошем настроении.
Митрич кратко изложил ситуацию и начальник удивленно протянул:
- Ааа, так это твой спирт. И что вы собираетесь делать с ним?
У Митрича уже был план как поступить со спиртом. С футболистами цену оговорили. Оставалось решить вопрос с помещением, куда уже загнали цистерну.
- Виктор Николаевич, дайте мне 5-6 дней, я продам этот спирт только вашим работникам.
- Ну ты хоть нам нальешь? - заулыбался он хитро.
- Нет вопросов. Дадите канистры - заполним.
Проблема была решена за 10 минут и на выходе из заводоуправления начинающего афериста уже ждали компаньоны: два Виктора.
Цистерну загнали в большой и чистый ангар. Теперь нужно было решить оргпроблему - найти несколько доверенных толковых людей для организации продажи и решения технических проблем извлечения спирта из цистерны и распределения его в тару покупателя.
Через профсоюз объявили председателям цеховых комитетов о наличии дефицитного товара по низкой цене, сделали график отпуска по цехам и дело пошло. Для понимания ситуации: Литр спирта стоил 100 купоно-карбованца (так назывались тогда украинские деньги), а бутылка водки в магазине - 300 купоно-карбованца. Благодаря участию профсоюза, уже с шести утра перед ангаром стояла стометровая очередь жаждущих. В основном, заполняемая тара представляла собой 40-литровые алюминиевые канистры, но были и кубовые бочки из под кваса и даже трёхлитровые стеклянные бутыля.
Руководил процессом розлива живительной влаги брат Митрича Федул. Для этого благородного дела он приспособил дюймовый двадцатиметровый шланг с краном на конце, которым и контролировал подачу спирта в емкость. В бочки из под кваса спирт заливали десятилитровыми вёдрами. Количество отмеряли на глаз. В пяти метрах от цистерны находилась комната руководящего состава аферистов: бухгалтер-кассир Наташа, принимавшая деньги и складывавшая их в целлофановые мешки, два Виктора и представители футбольного клуба Нива, вальяжно расположившиеся на старом потрепанном диване.
Постепенно воздух в ангаре наполнялся парАми спирта, благотворно влиявшими на расположение духа находившихся там людей. Прекратились мелкие скандальчики из-за очереди. Люди повеселели и уже сами подсказывали, как лучше и быстрей организовать процедуру розлития, с целью ускорения доставки живительной влаги в цеха завода. На ночь помещение закрывалось и опечатывалось. Внутри оставался Федул, которому привозили еду и питие. И он совсем не жаловался на свое затворничество. Он был бодр и весел.
Так продолжалось 5 дней. Как сообщил Митричу знакомый милиционер из райотдела, за это время не было совершено ни одного правонарушения в рядом расположенном посёлке Речной. В семь утра открывались ворота ангара, уже стоявшая очередь оживлялась, люди улыбались, здоровались друг с другом. Мешки наполнялись деньгами и к трем часам пополудни отвозились в банк. Уровень спирта в цистерне системно снижался. Митричу пообещали миллион купонов. Это была его зарплата за пять лет.
Казалось, все прошло замечательно. В последний день, когда по документам уже были розлиты 72000 литров, розданы в виде даров с десяток полных сорокалитровых канистр, в цистерне еще плескалось приличное количество продукта. Досталось оно железнодорожникам, пришедшим мыть цистерну. И тут, на фоне радужного настроения, обусловленного подсчитыванием полученных барышей, случился облом.
Помещение, давшее приют такой нужной народу благословенной емкости, озарилось громкой матерной бранью. В воротах стоял лысоватый мужик, со свисающим брюхом, в спортивных штанах с вытянутыми коленями и громко орал:
- Вы тут все оуйели што ли? Кто тут старший?
Вместе с ним в помещение протиснулись еще три здоровенных быка. Все направились в комнату приема денег, где начали громко шуметь. Как оказалось, проснулись блатные. Через неделю до них дошли слухи, что в Мариуполе кто-то забогател без разрешения. Как оказалось, это был сам глава местной мафии Ваня Хан. Хорошо, что денег в помещении уже не было. Два Виктора быстренько успокоили Ваню, связались с местными борцами, которые приехали и уладили конфликт. Ване отдали холодильник Донбасс, доставшийся конторе по бартеру.
Так для Митрича началась эпоха 90х...
Налоговая инспекция проснулась через полгода. Но было поздно... Концы этой аферы уехали в другую страну - в Россию.
