История, конечно, удивительная. Довлатов бы сделал из нее рассказ, а я так, бегло опишу события.
Гуляем мы чей-то день рождения в одном кабаке. Кабачок - ни то ни сё, единственная оригинальная деталь - в холле террариум с крокодилом.
Зверюга занята своим обычным делом - лежит с открытой пастью, не двигаясь. Мы погуляли,
Скорая доставляет нашего героя в клинику, где он узнает, что с его появлением счет укушенных крокодилами в Москве наконец-то открыт, и награждается уколом от бешенства прямо в сытое и пьяное пузо. На этом казалось бы все, но доктор настаивает на госпитализации, все же экзотическое животное, мало ли что... Приводят нашего бедолагу в палату и видит он своего соседа - [мав]ра цвета горького шоколада, рука которого туго забинтована. Выходят покурить, знакомятся. Патрик оказывается натуральным пигмеем из Заира, все как обычно, Патрис Лумумба, любовь, женитьба, афророссиянин... Наш высказывает мысль, что странно быть русскому укушенным африканским крокодилом в России, когда африканец, поди, цапнут нашей чертановской шавкой. Как бы не так, не собакой. А кем? Не поверишь, мужик бухой в метро укусил... Доктор сказал - самый страшный укус...
Вот ведь ирония судьбы: в час ночи на заплеванной больничной лестнице курят здоровенный русский мужик, укушенный в Москве крокодилом, и полутораметровый [мав]р, укушенный человеком...
Очень много лет назад одна моя подруга-художник впервые приехала в Германию, но не успела провести и двадцати четырех часов на немецкой земле, как откуда-то из глубины её организма вдруг посыпались камни, и подругу с температурой, рвотой и прочей дрянью под вой сирен умчали в университетскую клинику города Майнца. Там ей вкололи
Один за другим в ее палату входили белоснежные викинги. Викинги были душераздирающе молоды, высоки, статны, голубоглазы, русы, мускулисты, от висящих на их шеях стетоскопов сами по себе расстегивались пуговицы на блузке, а их белые халаты небрежно прикрывали интеллигентностью мужественность. Викинги брали подругу за руку, проверяли пульс, измеряли давление, они расспрашивали ее о самочувствии, они ставили капельницы и заботливо советовали побольше пить. Минус был один: от переизбытка в организме головокружительных эмоций камень тут же расщепился на молекулы, раскрошился на атомы и унесся прочь, и подругу через два дня из университетской клиники выперли, хотя она умоляла позволить ей остаться там навсегда, лежать на высокой кровати, со слабой улыбкой протягивать спасителям холодные пальцы, и пусть бы на ее бледных щеках, тревожа врачей, вспыхивал и вспыхивал лихорадочный румянец.
С тех пор прошло много лет, но легенда о викингах в белых халатах прочно закрепилась в сообществе художников-постановщиков театра кукол.
Спустя четверть века другая моя подруга, тоже по стечению обстоятельств художник-постановщик, приехала к нам в Германию работать и в какой-то момент с неизвестными и таинственными симптомами воспаления на ноге оказалась в больнице города Оффенбурга. От предвкушения она была почти что в обмороке, шутка ли, двадцать лет тайных грез, и вот они, высокие двери, ведущие в райские кущи, сейчас они распахнутся, и тридцать витязей прекрасных…
Но белые двери наконец-таки распахнулись, и через них в комнату колобком вкатился маленький кривоногий кореец, лысый, зубастый, до жути страшный и злой, как черт.
(Весь ковидный год мы с Димой и детьми прожили в Корее, там нас отвезли в местную больницу, чтобы сдать ПЦР-тест, мрачная корейская тётка с размаху сунула мне палку в нос, а когда я инстинктивно отшатнулась, схватила меня сзади за волосы и ткнула вперёд, и тут я поняла, что в Корее врачи пациентов любят без увертюры. )
Подругину ногу кореец осматривал, ворчливо приборматывая. Потом щелкнул челюстью и завопил: «Воспаление не находить, находить варикозное расширение, а почему находить? Потому что очень много лишний вес, потому что каждый хотеть на диване лежать, шоколад кушать, телевизор смотреть, а надо вставать спорт делать каждый день и ходить тысяч шагов, и нет много жрать, тогда и в больницу не ходить, и еще чулки специальные носить и не говорить истории! Еще вопросы спрашивать? »
Мы в ужасе сказали, что ещё вопросы спрашивать не имеем, но тут кореец случайно посмотрел в окно, с тоской увидел, что вместо небоскребов родного Сеула там карлятся опостылевшие особняки южнонемецкого барокко, вспомнил, что у тутошних дикарей свои ритуалы, повернулся к нам и, радушно оскалившись насколько мог, сообщил: «Хорошего дня! »
И выкатился вон.
«В детстве, - сказала подруга, - я однажды шесть часов стояла в очереди за сгущёнкой. И представляешь, сгущёнка кончилась как раз на мне. Вот и викинги тоже кончились…»
Я всегда думала, что это шутка, что врачи запоминают своих клиентов по частям тела, так сказать - по специализации. Сегодня я поняла, что это правда. Так получилось, что мою беременность вёл один врач, а принимал роды - другой, его заменяющий. И я так подумала и пошла на плановое обследование ко второму. Прихожу, здрасте-здрасте, вы у меня роды принимали 8 месяцев назад, наверное не помните. Он говорит - лицо знакомое, вспомню. Я прохожу на смотровое кресло. Врач моментально - конечно я Вас помню! Вы родили ночью в девятой палате! С вами еще муж был, здоровый такой парень! : ) Вот такая она, профессиональная память.
Вот такая она, профессиональная память.
С одной стороны, в больницу лучше не попадать, а с другой - очень расширяет горизонты. И хотя я и так не особо склонна, но желание себя жалеть там пропадает вообще начисто, потому что всегда рядом есть кто-то, кому значительно хуже. Тем более что преимущественно я болталась на отделении инсультников. На докторском жаргоне - "нарушенные".
Тем удивительнее было, когда по коридору стали разноситься истошные вопли, явно музыкальной направленности. Не слишком членораздельные, но прислушавшись, я совершенно точно различила "край родноооой навек любииимый". А я сидела у кабинета, ждала куда-то запропастившуюся медсестру. Когда она наконец появилась, деловито катя стойку для капельниц, ее перехватила незнакомая докторша, видимо с другого отделения.
- Кто это у вас такой голосистый? - спросила она с вялым интересом.
- Да нарушенный один. Начальник хора. Вообще-то он обычно днем спит. А поет ночью. Все больные уже жалуются, никто выспаться не может.
- Ну дайте ему что-нибудь, и пусть спит как приличный человек.
- Так он на галоперидоле поет, - с некоторой гордостью откликнулась медсестра.
А в той вон палате за углом совсем молодой парень, двадцать семь лет, и тоже с инсультом. Даже медики удивились такому раннему старту. "Правда, очень толстый, но все равно", - недоумевали врачи между собой. А инсульт его шарахнул, когда парень узнал, что у него украли велосипед.
Он нарушенный, но не сильно, и пригоден к общению.
- Ну что ты, как же можно было так из-за велосипеда убиваться, - урезонивала его медсестра.
- Ты не знаешь, какой он был, - трагически отзывался пострадавший.
Кончилось, кстати, тем, что у него еще и ноутбук сперли, уже в больнице. Я с ужасом ждала новости, что эта потеря его доконала, но он, кажется, даже немного взбодрился.
А это вот у кабинета главврача жена больного. Очень красивая, стильно одетая, лет сорока. А лицо - предельно серое и замученное. Выписывают мужа домой - огромную тушу. Высокий был крупный мужик. Здесь уже больше нет смысла держать. Был - потому что нарушен он так, что никогда не восстановится. Мычащая гора мяса.
Работал где-то в силовых структурах. Большие деньги, квартира, дорогая машина. Усиленно качался, чтобы быть в форме. А потом ему поставили стенты и качаться запретили. "х[ер]ня" - отрезал мужик и продолжал ходить в тренажерный зал. А на робкие увещевания жены раздраженно отвечал: "Ты нарушаешь мое личное пространство". Оказывала, в общем, психологическое давление.
- "Личное пространство", да чтоб ему, - бормотала санитарка, шаркая шваброй. - Нарушает она. А теперь все, что может сказать: "Мя! Мя-мя! " Овощ. Срется и ссытся под себя. Вот и все личное пространство. Жену жалко, хорошая баба. Теперь на всю жизнь, пока не помрет, такой подарок.
Глядя в дверной проем, как по коридору толкает ходунки на колесиках еще один инсультник, старичок в памперсах, бережно поддерживаемый такой же старенькой женой, я вспомнила врезавшуюся в память фразу из книги, написанной кардиологом Осиповым: "Мужчина - почти всегда идиот. Мужчина с сердечной недостаточностью, если за ним не ходит по пятам жена, обречен на скорую гибель". Да и в целом идиот, прости меня господи.
Да и в целом идиот, прости меня господи.
Про сообразительность медсестер? ?
Привезли очередного больного в психбольницу. После необходимых манипуляций в приемке, санитарка попросила поднять больного на этаж.
Стоим у входа в палату, наблюдаем как больного фиксируют на кровати.
Обращаю внимание, что один из пациентов - не отводя взгляда, смотрит куда-то над дверным проемом. Заглядываю внутрь, а там на А4 нарисован дорожный знак «кирпич».
Спрашиваю у персонала: в чем прикол?
Привезли больного, а он давай газовать во весь голос на все отделение, да еще и тормозить со свистом. Вот кто-то и предложил «кирпич».
Он как затормозил юзом пару часов назад, так и стоит… Наверное заднюю никак не воткнет.
Лирическое-психиатрическое
Сделали в психушке евроремонт. Ну, то ли грант отбить, то ли визит небожителя намечался (с пропиской, хех). Прилепили на новый евро-гипсо-ламинатокартон всё, что можно и даже нельзя. Включая LG с диагональю стопицот, и три ростовых зеркала: как в качестве декораций, так и чтобы количество
В первый выходной, опосля того, как еврокрасоту успели заснять киношные хроники, настал час "Х".
Один из сидельцев, по примеру небезызвестного механика, которому удалось сбежать от нянек, вырвался "на калидор". Предварительно стрельнув у особо бойких, заместо чинарика, металлический прут от спинки койки. Увидав, что за ним следят из зазеркалья, "механик" разбил портал в иное измерение прутом.
На вечерний звон, из открытой палаты, подтянулся вполне себе не больной, а чел, самосдавшийся типа подлечиться от алкогольной зависимости. Уронив дебошира мордом в ламинат, поднял геволт… Подоспели санитары. Со спецсредствами… Механику на жопе нарисовали мишень, чтобы не промахнуться при экзекуции, и уволокли в застенки.
Не слухая вопли добровольца, что он свой, буржуинский, ему влимонили от души, и пообещали, как минимум, тройную дозу галоперидолу. Простимулированный вербально, полусвязанный герой, извернулся, подхватил валявшийся прут правосудия, и дохерачил оставшиеся два целых зеркала… Отака хня, малята…
Отака хня, малята…
Сейчас, если человек не хочет, его трудно определить в психбольницу. Только по добровольному согласию. Тут сосед по подъезду в нирвану ушёл. Врачи рекомендовали под наблюдением пройти курс реабилитации. А тот ни в какую. Ему, дескать, на фиг это не сдалось. И всё, процесс встал.
Ситуацию разрулил соображающий дядька-психиатр. Поведавший соседу, по большому секрету, что в клинике только на днях освободилась местечко в "Палате лордов".
Палата районной больнички. Один болящий подкалывал другого: "Да ты такое пузо отрастил, небось свое мужское достоинство лет пять уже не видел! "
Подкалываемый обиделся: "Как это не видел?! Вот у меня зеркало... " Палата грохнула. Подкалываемый не въехал и продолжал: "Зеркало хорошее, увеличительное! " Лично я смог дышать минут через 10...
Лично я смог дышать минут через 10...
Проходила практику в психушке. Зайдя в палату, увидела санитара очень приятной внешности: мускулистый, голос чудо, в общем, голову потеряла тут же. Помогал с пациентом, так как опыта больше. Отличить пациента от персонала можно только по наличию халата. Понадобилась ветошь, повел в комнату уборочного инвентаря. Повезло мне, что зашла медсестра, парень оказался шизофреник, зарезал младшую сестру с матерью, считает себя врачом, поэтому разрешили носить халат. Сбежал из закрытой палаты, пока санитарка мыла полы.
Сделали мне операцию по удалению аппендицита. Отвезли в палату. Дело было вечером. Почти сутки пролежал, промаялся, вроде стало отпускать. А тут ещё обезболивающее прокололи. Кайф, короче. И тут на свободное место привозят деда, лет эдак 80 с лишним. Переложили на кровать, укрыли. Спрашиваем, что случилось. Дед повествует. Случилась, мол, автоавария. Дед был на месте пассажира в "Запоре". Слишком серьёзного ничего с ним не случилось, но швы в разных местах наложили, в том числе и на лицо, в районе губ. Тут в палату заходит молоденькая, очень симпатичненькая медсестричка и обращается к деду: "Дедушка, я вам сейчас капельницу поставлю". И ставит. И уходит. А когда она дверь в палату открыла, чтобы выйти, с противоположных окон солнце её так осветило, что вся одежда (халатик) ну просто прозрачным стала. Закрыла дверь, ушла. Тут дед и произнёс своими полузашитыми губами: "Я бы ей вдул! " Все чуть с коек не попадали, а у меня шов разошелся. Вот такой Дон-Жуан.
Практика в реанимации
Проходил я после окончания института практику в реанимации. И вот однажды весной привозят парня – жертву несчастной любви. Надо сказать, по весне таких идиотов просто пачками в больницы привозят - гормоны бушуют. Тот паренек чем-то травился, но не до конца. Откачали его, капельницу сделали - и лежит он.
– Ах так, - говорю, - Жить не хочешь? Ну и не надо, будешь донором органов, - и отсоединяю у него капельницу. Действие безвредное, однако эффект производит тот еще. И везу его дальше. Он притих. Подхожу к лифту. А надо сказать, что везти его можно было двумя путями: поверху и через подвал, где морг. Так вот, захожу в лифт, меня спрашивают куда: наверх или в морг? Я говорю:
– В морг.
Паренек белеет и начинает что-то бормотать о врачах-убийцах. Когда добрались до низа, он начал орать уже во весь голос: «Спасите, помогите, убивают! ». А все видят, что человек явно не в себе, ремнями к кровати прикован, и внимания на это никакого не обращают, кто-то успокаивает:
– Это не больно, потерпи. Раз - и готово, - и т. д…. Паренек понимает, что это явно вселенский заговор, вспоминает все фильмы, где у людей вырезают органы, и впадает в полную прострацию…. Когда добрались до палаты, на него смотреть стало страшно: лежит весь белый, покорный судьбе. Больше он покончить с собой не пытался, шоковая терапия, блин!
Скорая - занятие нешуточно!
Соседка-врачиха вчера поделилась, пересказываю.
В общем, поступил к ним на скорой мужчина, что нуждался в экстренной внеплановой операции, для которой необходимо было сбрить ему с низа живота практически весь волосяной покров. А так как предоперационная комната была занята,
Залетев в туда, сестричка тихонько сдёрнула с бессознательно лежащего там мужика штаны и, жутко волнуясь и краснея, приступила к порученной процедуре, начав с его левой тестикулы. Была она, по всей видимости, ещё молоденькая, вследствие чего ещё относилась к мужским половым железам как к чему-то довольно сакральному. И вероятно по причине такой неопытности и, ввиду шарообразности обрабатываемого ею предмета, успела оный пару раз порезать, быстро, впрочем, замазав царапины зелёнкой с йодом из-за чего левое яйцо пациента стало здорово походить на пасхальное.
К этому времени больной проснулся и, сонно узрев происходящее, начал потихоньку распадаться на молекулы. Правда продолжался этот процесс недолго, так как, осознав происходящее, он широко выпучил глаза и возмущённо возопил:
- Это вы что, бл. . ди, тут делаете? ?! !
Короче говоря, она забежала не в ту палату и побрила там какого-то мирно спящего другого больного, которого к тому же сегодня вообще должны были после обеда выписывать.
Пострадавший устроил страшный скандал, обрушив весь свой праведный гнев на побелевшую от ужаса медсестру.
- Ты б ещё, с@ка, зажигалкой опалила! ! – голосил он на весь коридор, куда к тому времени высыпали уже все ходячие больные.
Не успокоившись на этом, он дошёл до замглавврача, с которой категорически затребовал справку для своей супруги, о том, что произошедшее с ним непотребство было намеренно устроено больничным медработником.
- Ничего не знаю, гоните справку! ! – доносилось из кабинета - я теперь как жене это Фаберже показывать буду? ?! !
Ну, что тут поделаешь, пришлось ей выписать бумагу, что при лечении такого-то пациента была допущена врачебная оплошность в виде ошибочного и частичного выбривания его паховой области.
После чего обозлённого обладателя оригинальной интимной причёски постарались поскорей спровадить на выписку, и жизнь в больнице снова вернулась в своё беспокойное русло.
Я обещал историю про Ландау, так что вот держите.
После отставки, Дядя моего отца пришёл на работу в ЦИТО (Центральный Институт Травмотологии и Ортопедии) в 1961м и проработал там почти 30 лет. В ЦИТО оперировали, обследовали, лечили практически весь "бомонд" СССР, от актеров до министров, так что повстречать ему пришлось многих интересных
В 1962м году произошла страшная авария в которую попал знаменитый физик, Лев Давидович Ландау. Его привезли в ЦИТО и там многие месяцы шла борьба за его жизнь. Привозили аппаратуру, лекарства, и приезжали врачи со всего мира, и в конце жизнь победила смерть. Дядя также (одним из очень многих разумеется) посильно участовал в этом событии в качестве хирурга-ортопеда. И вот когда опасность уже миновала, и Ландау явно пошёл на поправку через несколько месяцев после аварии, и произошла эта история.
Естественно, у Ландау была и отдельная палата, и кнопка вызова, и очень регулярный надзор, но когда опасность для жизни миновала, ночью было достаточно периодического обхода дежурным врачом. И вот в одну ночь этим дежурным врачом оказался Дядя.
Он зашёл к нему в палату и застал довольно тяжкую сцену. Ландау стонал, дергался, и причитал "Забыл, забыл, совсем забыл. Не помню... Совсем забыл. " "Что вы забыли, Лев Давыдович? " Ландау ответил "Формулу. Я физику забыл... Не помню совсем. Как будут мои ученики. Кому я теперь нужен. Забыл. Совсем забыл. Ничего не помню. " Было ясно видно что у Ландау происходил нервный срыв, что в прочем наверное не удивительно после такой аварии (я не врач, но мне кажется что забытая формула вызвала какой-то кризис).
Дядя даже растерялся. Как фронтовой хирург прошедший войну от звонка до звонка он видел сотни, а может и тысячи смертей. Да и после через него прошли сотни пациентов в разных состояниях. Но тут ему безумно стало больно за этого человека, тем более что он ему не мог никак помочь. Он же не психотерапевт, а хирург-ортопед. А Ландау явно становилось хуже.
И тут он сделал то что не делал никогда ни до, ни после. Он посмотрел на Ландау и заговорил с ним... на идиш. Ландау вдруг притих, глаза стали иными, и он ответил... тоже на маме лошн. И они стали говорить на идиш с трудом подбирая слова, ибо наверняка в повседневной жизни использовали его очень редко (Дядя на нём практически не общался с 30х годов, только если надо было сказать что-то секретное жене и братьям/сестрам). Говорили о каких то пустяках, но Ландау становилось лучше. Потом умолкли.
И Дядя сказал, уже на русском. "Вот видите Лев Давидович, язык то Вы помните, значит и физика от Вас никуда не денется. Всё будет хорошо, вот увидите. Поспите. " Ландау, посмотрел, удивлённо улыбнулся и ответил на русском "Да... язык я помню. Наверное Вы правы. Спасибо. " И он облегчённо закрыл глаза. И когда Дядя выходил из палаты, Ландау что-то прошептал, тоже на идиш. Дядя не расслышал, обернулся переспросить, но Ландау уже спал.
Потом они ещё не раз виделись в ЦИТО, но на идиш больше не говорили никогда. И вообще эту ночь не вспоминали.
Вот уже почти 50 лет как нету Ландау. И Дяди тоже нет лет 10. А мне всё не даёт покоя, что же прошептал Ландау. Может он поделился доказательством своей "теории счастья"? Доброго здоровья и хорошей недели.
Доброго здоровья и хорошей недели.
У друга умерла тёща. Старенькая совсем, да тут ещё и онкология, короче, для его семьи это не было неожиданностью. Примерно за неделю до её перевезли в хоспис. Круглосуточный уход, питание пять раз в день, двухместные палаты, умирай - не хочу. Так вот, когда оформляли бумаги, главврач сказал: "Сейчас задам очень важный вопрос, только не воспринимайте как шутку: она за Путина или за Навального? ". "А что, если против Путина, вы ее не примете в хоспис? ", - удивился друг. "Конечно, примем, - ответил главврач, - но в палату к тем, кто за Путина, подселять не будем. Вы не представляете какие у нас тут политические баталии, дело до рукоприкладства доходит. Моя задача, чтобы наши пациенты покидали палаты естественным образом, а не в результате насильственной смерти, ведь им, сами понимаете, много не надо, чтобы отдать богу душу. Так что давайте серьезно: она за Путина или за Навального? "
Жена работает медсестрой в клинике. Далее с ее слов.
На пост приходит звонок - вызывает пациент - старенький очень милый дедушка 96 лет от роду, бывший капитан океанского лайнера, а ныне пенсионер с легким Альцгеймом. Вхожу к нему в палату. Дедушка просит принести ему яблочко из шкафа, т. к. сам передвигается уже с трудом и поэтому в основном лежит в кровати. Я приношу ему яблоко, слежу чтобы он аккуратно его съел и ухожу из его палаты.
Минут через 10 снова звонок от дедушки, захожу к нему, вынимаю у него из рук кнопку вызова. Дедушка интересуется погодой на улице (видимо надумал погулять). Подробно описываю ему погоду, дедушка благодарит, выхожу из палаты.
Проходит около 15 минут и снова на пульте появляется вызов от дедушки. Вхожу в палату, принимаю кнопку вызова у него из рук и узнаю, что он о чем-то хотел спросить, но уже забыл и извиняется. Раскланиваемся, я выхожу.
Через короткий промежуток времени опять вызов от дедушки. Вхожу и интересуюсь что он желает на этот раз, а дедушка и спрашивает:
- Дочка, а вот эта кнопочка, которую я периодически нажимаю, для чего она?! Р.S. медсестра - японка, клиника в Токио.
Р.S. медсестра - японка, клиника в Токио.