Гениальный Пушкин и вечная формула России: сказка о власти, народе и ресурсе
На первый взгляд, «Сказка о рыбаке и рыбке» — простая история для детей.
Жадная старуха, покорный старик, волшебная золотая рыбка. Но под этой наивной оболочкой — блестящая аллегория. Пушкин, как всегда, видел глубже всех.
Старик — народ
Старик
Терпеливый. Покорный. Невозражающий. Он не хочет ничего, кроме покоя и тёплого корыта. Но — идёт. Снова и снова. Выполняет указания. Говорит с рыбкой. Приносит дары.
Он — воплощение народа, который терпит, даже когда его семь раз посылают туда, куда не хочется.
Старуха — власть
Старуха — это государство.
Сначала просит немного. Потом — больше. Потом — всё. Потом — и даже рыбку, чтобы была на побегушках.
Власть не знает меры, если её не останавливает народ.
Власть хочет не только корыто, но и саму рыбку в рабство.
Рыбка — ресурс
Рыбка молчит. Терпит. Даёт. Но в какой-то момент просто уходит. Без взрыва. Без скандала. Просто исчезает.
Экономика. Природные богатства. Воля внешнего мира. Небесное терпение.
Рыбка — это всё, что работает… пока его не начинают доить бесконечно.
XXI век: та же сказка
Сегодня:
Старик (народ) покорно идёт к избирательным урнам, на митинги, в комментарии.
Старуха (власть) требует больше: сначала рейтинг, потом конституцию, потом "обнуление", потом — «верните империю».
Рыбка (ресурс) — экономика, терпение, нефть, международная стабильность — долго терпит. Но потом уходит.
И вот однажды — ни корыта, ни избы, ни рыбки.
А старуха исчезла, а старик — остался.
Стоит у моря в рваном кафтане и снова молчит.
Гениальность Пушкина: Он не писал про царей. Он писал про систему. Он не обличал — он предсказывал. Он дал формулу: когда народ молчит, власть требует. Когда власть требует слишком много — исчезает рыбка. А потом исчезает и власть. А народ — остаётся.
Когда снимали фильм "По семейным обстоятельствам", Ролан Быков поставил условие - его должны отснять за один день, так как он занят в другом фильме. Короткий эпизод еле успели снять, потому что от смеха никто не мог работать, когда Быков с каменным лицом ставил диагноз: "У вашей фефочки проблемы с фикцией" и приглашал приезжать к нему на "улицу Койкого". Особенно тяжело было Евгению Евстигнееву, который каждый раз сползал на пол от хохота. Невероятным усилием актёр делал серьёзное лицо, но при первых же словах Быкова у него выступали слёзы от сдерживаемого смеха. В результате так и сняли... Кстати, чиновники не очень активно, но всё-таки требовали вырезать логопеда из фильма, потому что в его дикции усмотрели насмешку над Леонидом Брежневым.
Рассказывает Эдит Пиаф.
Несколько лет назад, когда я пела в "ABC", как-то вечером я спустилась в бар, в двух шагах от мюзик-холла, чтобы выпить чашку кофе. Сидя у стойки, я увидела в окно проходившую по улице женщину в плохо сшитом габардиновом пальто. В руках она несла какой-то сверток. Я бы не обратила на неё внимания, если бы
Я не двинулась с места, размышляя, что же могло привести ее в такое состояние? Вдруг она снова прошла мимо кафе. Она удалялась маленькими, быстрыми шагами. Как будто бежала от чего-то, в руках у нее уже ничего не было. Я выскочила на улицу. Напрягая зрение, прошла по темному переулку. В глубине одной подворотни я наметила сверток. Это был небольшой ящик из-под фруктов, набитый лохмотьями, а внутри спал, словно ангелочек, новорожденный младенец! Я повернулась и побежала, как сумасшедшая! Случаю было угодно, чтобы я догнала несчастную. Я схватила ее за руку и строго сказала:
"Сейчас же вернитесь за ним. И не стыдно вам! "
Я обидела ее, она заплакала. "Не зовите полицию... Не зовите, умоляю вас... " — непрерывно повторяла она.
Я отвела ее в переулок, положила ей на руки ребенка и выслушала историю, банальную, конечно. Её соблазнили и бросили, она родила, а семья выкинула ее на улицу без единого су. Тут в свою очередь заплакала я. Она была так молода. Ей не было еще девятнадцати лет! Такая худенькая, такая маленькая. Я сказала ей: "Подождите меня здесь". Поднялась в свою уборную, заполнила чек, бегом спустилась вниз и сунула ей в руку.
Я сказала: "Никогда не отчаивайтесь. Если вам что-нибудь понадобится, нажмите звонок у моих дверей. Вам откроют, и мой дом будет вашим".
Она взглянула на чек — миллион!
Я только услышала: "О, мадам! Мадам... " И она пустилась бежать.
Через два года она мне написала, что вышла замуж. Свою дочь назвала Эдит. В конверте был маленький медальон-амулет – с единственным выгравированным словом: "Спасибо". Этот медальон всегда при мне.
Пожалуйста, не показывайте детям Грету Тунберг, ведь она показывает другим детям дурной пример, как можно легко "откосить" от уроков - достаточно громко поорать "за экологию", заодно и бесплатно покатаешься по миру (пока другие сидят за партами).
А 48-50 лет назад мы из шкуры вон лезли, что-бы придумать "вескую" причину не идти в школу. Можно было попытаться симулировать простуду или другую болезнь. Но мой отец был врачом, гениальным диагностиком, потому знаете, сколько нервов мне стоило, пока я научился "болеть" (не раскрываю тайн по педагогическим соображениям).
Правда, я это делал всего пару раз в старших классах, на день-два, не наглел... да и учился хорошо...
А как Грете будет обидно через несколько лет: её одноклассники окончат вузы, получат хорошо оплачиваемые работы, а она так и останется ничего не знающей, не умеющей... пустым местом. Потом она подсядет на алкоголь, "дурь" и к 25-27 годам превратится в старуху или её похоронят, как "неизвестную, обнаруженную на улице ХХХХХХ".
Судя по-всему, у неё нет родителей/друзей, которые могли-бы ей всё это разъяснить, а соответствующие службы, опекающие детей и их права, явно не желают связываться с "экоактивистской"...
С первой ролью во МХАТе у меня связана очень смешная и трогательная история. Однажды. . я прибежала в театр, опаздывая, как всегда. На мне было новое красивое платье, которое мой муж, драматург Михаил Шатров, привез только что из Италии. И к нему самый модный золотой железный пояс, который состоял из круглых больших колец, цеплявшихся за одно кольцо. А вся остальная часть пояса висела вдоль платья. И вот поднимаюсь я по нашей знаменитой лестнице по ступенькам и вдруг вижу, стоят напротив портретного фойе Борис Николаевич Ливанов с Леней Губановым, о чем-то беседуют, я, пробегая мимо: «Здравствуйте! » Поклонилась и побежала дальше, вперед, по следующей лестнице наверх, громыхая своим поясом.
И вдруг сзади слышу громогласный голос Ливанова: «Кто это? » Губанов отвечает: «Это молодая актриса, Ирина Мирошниченко». - «А она что, с цепи сорвалась? » И они засмеялись в два голоса. Меня же ветром сдуло!
В 1913 году в Москве открылась совместная выставка французских и русских художников.
Известный критик "Утра России" Ал. Койранский в большой статье о выставке изругал русских художников жалкими подражателями.
В противовес критик выхвалял один натюрморт Пикассо.
По напечатании статьи выяснилось, что служитель случайно перепутал номера, выхваляемая картина была кисти В. Савинкова - начинающего ученичка.
Положение было тем юмористичнее, что на натюрморте нарисованы были сельди и настоящая великорусская краюха черного хлеба, совершенно немыслимая у Пикассо.
Это был единственный случай возвеличения русских "подражателей".
Это было единственное низведение знаменитого Пабло в "жалкие". Было до того конфузно, что ни одна газета не поместила опровержения.
Было до того конфузно, что ни одна газета не поместила опровержения.
Однажды Плевако участвовал в защите старушки, вина которой состояла в краже жестяного чайника стоимостью 50 копеек.
Прокурор, зная, кто будет выступать адвокатом, решил заранее парализовать влияние речи защитника, и сам высказал все, что можно было сказать в пользу подсудимой: бедная старушка, нужда горькая, кража незначительная, подсудимая вызывает не негодование, а только жалость. Но собственность священна, и, если позволить людям посягать на нее, страна погибнет.
Выслушав прокурора, поднялся Плевако и сказал: "Много бед и испытаний пришлось перетерпеть России за ее более чем тысячелетнее существование. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки.
Двенадцать языков обрушились на нее, взяли Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь... старушка украла чайник ценою в пятьдесят копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно". Естественно, старушка была оправдана.
Естественно, старушка была оправдана.
История рассказанная Пригожиным про Ростроповича:
Однажды он спросил, почему вход в Эрмитаж называется посольским.
- Наверное через него входили послы.
- Нет, ответил Ростропович, через него выходили те, кого послали нах[рен].
Считается, что у 1-го президента США Джорджа Вашингтона были деревянные зубы. Это неправда. На самом деле все было куда хуже. В его вставных челюстях имелись зубы, сделанные из кости гиппопотама и свинца, зубы лошадей и ослов, а также человеческие, купленные у бедняков или вырванные у рабов. На фото 1910 года – реальные вставные челюсти Джорджа Вашингтона.
Зубы были его главной бедой. Они начали выпадать еще в молодости. К моменту избрания президентом в 1789 году, когда ему было всего 57 лет, у него оставался только один свой зуб. Да и тот скоро был вырван. У Вашингтона имелось несколько разных наборов вставных челюстей и зубных протезов. Все низкого качества, они мешали есть и говорить, натирали десны и причиняли сильную боль. Вашингтон постоянно жаловался на свои зубы и мирился с ними только благодаря регулярному приему опиума (лауданума). Вот почему на всех портретах у него такое кислое лицо.
Вот почему на всех портретах у него такое кислое лицо.
Друзья, вспомянем интересную дату, ровно 175 лет назад, 19 ноября 1849 года, был отменён смертный приговор участникам кружка петрашевцев!
Легкомысленное слово «кружок» как-то не вяжется со словом «приговор»: «драмкружок, кружок по фото, а мне ещё и петь охота»…
Да кто бы помнил про этот злополучный кружок почти два века
Но вернёмся к приговору. Кажется, всё просто: приговор отменён, отчего бы не сообщить об этом людям? Не-е-т, так неинтересно. Ещё месяц приговорённые томились в камерах, ничего не зная о своей участи. 22 декабря их вывели на Семёновский плац, всем прочли смертный приговор (отменённый за месяц до этого! ), дали приложиться к кресту, переломили над головою шпаги и устроили предсмертный туалет (белые рубахи). Затем поставили к столбам для исполнения казни и завязали глаза, солдатам приказали прицелиться….
Вместо команды «пли» зачитали помилование.
Каково, а? Читать-то жутко, не то, что пережить.
Таким сценаристам «Оскара» надо давать. Но не просто так давать, а со спецэффектами: вывезли на набережную, ноги в тазик с цементом погрузили, и, пока цемент подсыхает: «Поздравляем! Вам монаршая милость прилетела — четыре года каторги, а потом всемирная слава и реклама ВТБ на всех каналах! »
Много лет спустя, когда судили Бродского, Ахматова сказала: «Какую биографию делают нашему рыжему! » Но рыжему светило всего лишь полтора года проживания в деревне Норинской в Архангельской области. «Я входил вместо дикого зверя в клетку, выжигал свой срок и кликуху гвоздём в бараке…. » Гениальное поэтическое преломление скучной деревенской жизни. Хорошо написано, биография состоялась.
А вот постоять полминуты у столба перед расстрельной командой, — это не просто биография, это уже мировоззрение.
Много лет спустя в своём блоге «Дневник писателя» (более 6 тысяч подписчиков) Фёдор Михайлович написал: «Есть исторические события, увлекающие всё за собой и от которых не избавишься ни волей, ни хитростью, точно также, как не запретишь морскому приливу остановиться и возвратиться вспять».
Когда меня спрашивают, как справятся нынешние дети, израильские и еврейские по всему миру, с той волной ненависти, которая их окружает, я всегда вспоминаю Пресслера, Макса Менахема Пресслера, блестящего пианиста, основателя трио Beaux Arts, которое многие считают лучшим трио ХХ века.
В 15 лет в Магдебурге Пресллер с
Пресслер вспоминал позднее: «Нам повезло найти убежище в Израиле, но когда я приехал, я был психологически раздавлен. Я не мог есть. Мой отец обвинял меня в плохом поведении, но я просто не мог, и я просто худел и слабел». Его отправили в детский санаторий, где он продолжал заниматься музыкой. «Во время урока игры на фортепиано я упал в обморок, играя предпоследнюю сонату Бетховена (соч. 110). Я уверен, что это была моя эмоциональная реакция на это великолепное произведение, которое подытожило то, что я чувствовал, все, что произошло. В нем есть идеализм, в нем есть гедонизм, в нем есть сожаление, в нем есть что-то, что выстраивается как фуга. И в самом конце есть то, что очень редко встречается в последних сонатах Бетховена — оно торжествует, оно говорит: «Да, моя жизнь стоит того, чтобы жить», и это то, что я чувствую».
Музыка вылечила его. Музыка и вера в то, что в Германии остались и всегда будут хорошие люди. В 17 лет он сменил имя на Менахем, и продолжил занятия музыкой в Тель-Авивской консерватории у Лео Кестенберга. В 1946 году Пресслер отправился в США, чтобы принять участие в конкурсе Дебюсси в Сан-Франциско. Для конкурса требовалось знать наизусть 27 сольных фортепианных произведений Дебюсси, но в Палестине он нашел партитуру только для 12. Прилетев в Нью-Йорк, он купил остальные ноты и в течение следующих нескольких дней выучил их, пока ехал в поезде, используя нарисованную клавиатуру. Участники играли анонимно, за пронумерованными экранами, и номер 2, Пресслер, был единогласным судейским выбором.
С тех пор и до 1955 года его карьера – это постоянный подъем, даже взлет. В 1955 году он основал трио Beaux Arts. Их лондонский дебют был удручающим: 150 слушателей в Королевском фестивальном зале вместимостью 2700 человек. Но Пресслер не испугался, и два года спустя они собирали полные залы, а один критик написал об их исполнении фортепианных трио Бетховена: «были настолько близки к совершенству, насколько можно разумно ожидать в несовершенном мире». Трио просуществовало рекордных 53 года - дольше, чем Rolling Stones, как пошутил в одном из интервью Пресслер. В 2008 году 85-летний Пресслер распустил его, но вместо того, чтобы уйти на пенсию, возродил сольную карьеру, заявив: «Мне это доставляет больше удовольствия, чем загонять маленький мячик в маленькую лунку на траве».
В 2015 году, в 92 года, он выпустил диск с фортепианными сонатами Моцарта, демонстрируя, по словам журнала Gramophone, «интеллектуальное и эмоциональное понимание музыки, не имеющее себе равных». Его жена Сара, с которой они прожили вместе 65 лет, умерла в 2014 году. Спустя два года его спутницей стала леди Вайденфельд, бывшая возлюбленная Артура Рубинштейна. В 2018 году 94-летний Пресслер посвятил 73-летней подруге новый альбом музыки Дебюсси. Умер он, чуть-чуть недожив до 100 лет. Документальный фильм о нем называется «Жизнь, которую я люблю». Пресслера всю жизнь спасала и вытягивала музыка. У кого-то это может быть живопись. У кого-то – филателия. Или приют для кошек. Или виндсерфинг. Или та же музыка, но с другой стороны, из зала. Самое главное, может быть, единственно главное, что мы можем попытаться сделать для наших детей – помочь им найти то, что будет поддерживать в них интерес к жизни, умение радоваться ей, всегда, везде. Даже во время войны.
Не всем так повезет как Пресслеру. Но если цель – приближение к счастью, а не победа в забеге, то это и неважно. Один мой приятель заметил, что весь последний год в Израиле были фантастической красоты закаты. Может быть, как напоминание свыше, что жизнь, как бы тяжело ни разрушила ее война, все-таки войной не исчерпывается.
Лев Дуров рассказывал про полет в АН-2, летели на съемки в БССР, у впереди сидящего геолога на плече сидел живой филин, и, выворачивая голову, таращился на Льва Константиновича. Самолет попал в приличную болтанку, и Дуров по-хорошему завидовал вестибулярному аппарату хищника, который смотрел на него, не моргая. По прошествии небольшого времени, филина вытошнило прямо на артиста)))
ПРИЯТЕЛЬ ДЕДУШКИ
Михаил Державин рассказывал...
Была смешная история. Английское телевидение снимало кабинет моего тестя Семёна Михайловича Будённого. Там всё сохранилось в том виде, как было при Будённом: висят портреты с надписями "Семёну Михайловичу Будённому. Владимир Ильич Ленин (Ульянов)", "Другу и товарищу, создателю Первой конной Семёну Буденному. Иосиф Сталин". И вот моего внука Петра английский журналист спрашивает, показывая на фотографию Сталина: "А кто это такой? ". И Петя отвечает: "Приятель дедушки".
Когда Ренуар уже был известным и "престижным" автором своих работ, одна состоятельная и влиятельная дама пригласила его в гости, познакомиться и пообщаться.
Пили чай, ели вкусное, и, как бы между прочим, дама попросила Пьера Огюста набросать что-нибудь, да хоть на этом вот листке бумаги.
Художник за 5 минут набросал на листе нечто, что весьма понравилось даме, и она вежливо изъявила желание купить эту работу прямо здесь и сейчас.
После того, как Ренуар запросил неприлично большую сумму, дама не смогла удержаться от удивлённо-укоризненного замечания:
- Вы просите чудовищно солидную сумму за 5 минут работы, месье. - За 5 минут и 30 лет, мадам, - подумав, ответил Ренуар.
- За 5 минут и 30 лет, мадам, - подумав, ответил Ренуар.
В октябре 1941 года, когда немцы были уже под Москвой, в городе начиналась паника. И тогда градоначальникам пришла в голову отличная мысль. Они распечатали огромные афиши с портретом Орловой и анонсом её предстоящих в Москве выступлений. Разумеется, это была не главная причина того, что паника в городе прекратилась, но многих граждан такое объявление, конечно, успокоило: ведь если назначены концерты, то, стало быть, положение не настолько ужасное.
