Главная беда была - химия. На выпускном экзамене я с ужасом узнал, что химии - две: органическая и неорганическая. Мне одной-то было через голову. Перед экзаменом наши умельцы взорвали в кабинете дымовые шашки, в дымовой завесе украли билеты и пометили мне один точечками с обратной стороны. Всю ночь, как попугай, я повторял какие-то формулы. На следующий день вытащил помеченный билет. Словно автомат, лепил ответ, но попался на дополнительном вопросе: "Как отличить этиловый спирт от метилового? " Я вспомнил, что от одного слепнут, а из другого делают водку. И начал: "Возьмем двух кроликов. Капнем им в глаза разного спирта. Один - слепой, а другой - пьяный".
Мне поставил тройку условно, взяв с меня обязательство никогда в дальнейшей жизни не соприкасаться с химией. Что я честно выполняю. Кроме разве прикосновения к спирту, хотя до сих пор не знаю, что я пью - этиловый или метиловый. В связи с тем, что вижу все хуже и хуже, думаю, что пью не тот. Александр Ширвиндт
Александр Ширвиндт
Нa cъeмкax фильмa «AФОНЯ» в Яроcлaвлe cоздaтeли cтолкнyлиcь c проблeмой. Выноcкy окнa к сцeнe "Aфоня просыпaeтcя в комнaтe Кaти" планировали снимать на рaccветe. По cцeнaрию, в окнe должны были виднeтьcя молодожёны, но зa полчaca до cъёмок, выяснилоcь, что cвaдебное платье нeвecты зaбыли в Москве. Тогда опeрaтор Сергей Вронский, увидeв за окном лошадь, которая тащила телегу с бочкой и предложил Данелии снять её. Делать нечего, сняли лошадь.
Чeрeз год после выхода фильма в CCCР, прошлa пeрвaя прeмьeрa в Лос-Анджелece. Когдa нa экрaне появилась лошадь с бочкой, раздались аплодисменты. После просмотра Данелия спросил сидевшего рядом Рубена Мамуляна (классик американского и мирового кино), мол, чего это все аплодировали. На что прозвучaл отвeт:
- Не думай, что aмeриканцы тaкие тyпые, как пишут ваши газеты. Что тут понимать? Он её замуж позвал. И сразу - лошадь с повозкой. Замужем за ним она и будет как эта лошадь.
ЖЗЛ.
Оказывается наше всё, солнце русской поэзии, Александр Сергеевич Пушкин был самым известным невыездным.
В отличии от своих коллег и знакомых дворян, которые катались в Европу регулярно, а некоторые так вообще как к себе домой. Саша ни разу ни покидал Россию как путешественник.
Детство и юность Александра Сергеевича
В последующие же 1815-1825 годы Пушкину не давал разрешения на выезд за кордон царь Александр I. Ведь Царь самолично распоряжался выдачей русским дворянам загранпаспортов. За вольнодумство, антирелигиозные произведения и возможное участие в декабристов Пушкину выезд был закрыт. Ну и естественно за то, что уже тогда Александр Сергеевич был очень известен и популярен. И вместо заграницы Поэт поехал в Михайловскую ссылку... .
Николай I Пушкина вроде бы простил. И даже в Петербург вернул. Но устроил по полученной в Царскосельском лицее профессии - т. е. служащим Министерства иностранных дел. Должность эта не предполагала поездки за границу без официальной командировки. А ее Пушкину так и не предоставили.
Может Александр Сергеевич и планировал в будущем что-то изменить в этом вопросе, но это доподлино неизвестно.
Зато по России он напутешествовался вдоволь. Пушкин проехал и прошёл по родной стране тысячи километров - побывал буквально везде: и на Кавказе, и в степях Оренбуржья и так далее. И конечно посетил поэт пару-тройку стран, которые при его жизни входили в состав Российской империи, но стали ныне независимыми: Украину, Грузию, Казахстан, Молдавию...
Единственный раз, когда поэт побывал за границей, произошёл летом 1829-го года, когда Пушкин принял участие в походе русских войск под командованием И. Ф. Паскевича на турецкий город Эрзурум. Это путешествие поэт впоследствии описал в своей книге "Путешествие в Арзрум". Но там тоже потом была история с присоединением этой территории к России.
Так что формально Александр Сергеевич был истинным невыездным, не покидавшим земли родной.
Летом 1968 года премьер-министр Португалии Антониу Салазар, качаясь в кресле, неудачно упал и сильно ударился головой. Обширное кровоизлияние в мозг. Ещё месяц, находясь в больнице, он оставался главой государства. Однако впоследствии было решено назначить нового премьер-министра.
Сподвижники Салазара не стали расстраивать его — до самой смерти он так и не узнал, что уже больше не возглавляет государство. Врачей и медсестёр предупредили, чтобы они ничего не говорили пациенту о реальном положении дел в стране. Ежедневно Салазар проводил совещания «кабинета министров», подписывал приносимые ему документы и раздавал поручения подчинённым.
Для него печатали даже особый вариант правительственной газеты — в единственном экземпляре. В ней не было новостей, которые могли бы его опечалить. Так, Салазару, не любившему США, решили не рассказывать, что американские астронавты высадились на Луне.
Николай I любил одинокие прогулки и всякий день ходил пешком, никого не опасаясь. Однажды зимой император шёл по Дворцовой набережной и заметил впереди странную фигуру. Был сильный мороз, а перед ним в одном сюртуке, втянув голову в плечи и прикрыв шею воротником, семенил худенький человечек. Царь окликнул странного прохожего и строго спросил: "Кто таков? Почему без шинели? Пропил? ". И Николай Павлович наклонился к нему, чтобы удостовериться, не пьян ли прохожий? Человечек от грозного окрика задрожал даже больше, чем от холода. Он служил учителем в Первом кадетском корпусе. Запинаясь, учитель начал объяснять, что единственная его шинель прохудилась, и он отдал её в починку.
"На гауптвахту, в Зимний дворец, быстро! " - приказал царь. Перепуганный учитель бросился бежать к дворцовым дверям, недоумевая, за что же такое наказание. Обогревшись на гауптвахте, где весело потрескивали дрова в печке, бедный учитель начал мучительно припоминать, не нарушил ли он какого-нибудь приказа, запрещавшего ходить зимой без шинели, и гадать, что его ожидает. А через некоторое время дежурный офицер принёс тёплую шинель и вручил ему от имени государя. Вот такой, почти святочный, рассказ...
В одном из обсуждений фильмов «Брат» и «Брат-2» снова зашёл разговор о замысле Балабанова - сколько уже версий навыдвигали.
И тут я вспомнил рассказ диакона Кураева.
Он как-то встретил Балабанова и спросил:
- Что же ты, братец, снимаешь? Фильмы, где главный принцип - «стреляй первым, и будешь прав»? Это ведь как-то не по-христиански.
Балабанов ответил:
- Да знаю, знаю... Но пусть в первой части он хотя бы брата полюбит, во второй - свою страну, а в пятой и вовсе в монастырь пойдёт. Но Бодров погиб - и задуманный путь героя так и не завершился.
Но Бодров погиб - и задуманный путь героя так и не завершился.
Зиновий Гердт: "А вообще к КГБ у меня очень теплое отношение. У меня был знакомый малый... в общем из тех, которые всегда ездили с нашим театром за границу, их представляли так: «Это сотрудник Министерства культуры». А мы их между собой — не знаю почему — называли «сорок первыми». И с одним таким малым по имени Игорь у меня сложились очень теплые отношения. Как-то в Испании я жутко напился в каком-то обществе дружбы. Утром в номер приходит Игорь, приносит пирожок, бутылку простокваши, алкозельцер и говорит: «Госбезопасность о тебе заботится! Это я тебя вчера привел, раздел и спать уложил... »
В те же дни мы гуляли с ним по площади Торос в Мадриде, присели на скамейку. Игорь задумчиво говорит: «Зиновий Ефимович, я недавно взял твое досье... Ну, знаешь, это том Маркса, это — Капитал"! Но не бойся. Я был у генерала, поручился за тебя, и он разрешил всю эту макулатуру сжечь. Сейчас в твоей папке одни анкетные данные». Я легкомысленно так отвечаю: спасибо, конечно, но мне, мол, все равно, что мне сделают, ну, за границу не пустят, так я поездил достаточно, посадить не посадят, времена не те... Игорь выслушал мою болтовню и медленно, четко произносит: «Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
«Времена ТЕ, Зиновий, времена всегда ТЕ... »
В доме у моей подруги жил самый настоящий Ленин. Тот самый, который в начале нулевых фоткался с туристами на Красной площади. Подруге вообще повезло. Помимо Ленина, в ее доме жил еще и Леня Голубков. В каком-то смысле эта девятиэтажная панелька на севере Москвы стала воплощением противостояния капитализма и социализма.
Полагаю, что на Красной
— КТО ЭТО? — ошарашенно спросил парень моей подруги, которого она привезла к себе в гости в удачное время ленинских прогулок по району.
— А, это? Это Владимир Ильич, — пожала плечами подруга.
Владимир Ильич сделал глубокий глоток крепкой «Охоты».
Как-то раз я проходила по Красной площади и встретила нашего Ленина, который ругался с другим Лениным за место. Звучали слова «гнида капиталистическая», «[ман]дабол» и «коммуняка». На шум пришли два Сталина. Разборка становилась все более тревожной. Кто-то вызвал ментов. Ленины разбежались.
Один раз я видела Ленина совсем вблизи. В очереди в магазине «Магнолия» он оказался прямо за мной, и я усердно делала вид, что смотрю куда-то назад в поисках макарон по акции, а сама с интересом разглядывала его загримированное лицо.
Потом Ленин пропал, и до нас догремели слухи, что он оказался в больнице с инфарктом. А потом Ленин из больницы уже не вернулся.
А Леня Голубков в доме подруги так и живет. В каком-то смысле, историческая правда восторжествовала.
Cоветую больше петь. Я лично хожу по театру, и все время пою себе под нос. Меня вахтер спрашивает: «Почему вы все время поете? » А я отвечаю: «А чтобы не выть! » ©️ Лев Дуров
85 лет назад в Ливерпуле под бомбежками родился Джон Леннон:
«Если вы делаете что-то прекрасное и возвышенное, а этого никто не замечает - не расстраивайтесь: восход солнца - это вообще самое прекрасное зрелище на свете, но большинство людей в это время еще спит».
И ещё вот это:
«Если кто-нибудь скажет, что любовь и мир - это клише, которое ушло вместе с шестидесятыми, это будет его проблемой. Любовь и мир вечны».
Ну, и конечно:
«В конце всё обязательно должно быть хорошо. Если что-то плохо — значит, это ещё не конец». Джон Леннон
Джон Леннон
Валентин Серов, начавший писать портреты для заработка, очень быстро стал самым модным петербургским художником. Ему удавалось выразить характер модели, узнаваемое выражение лица, живой взгляд. Художник всё подмечал и никогда не льстил тем, кого писал. Петербургская аристократия хоть и опасалась, но жаждала, чтобы её запечатлел Серов - мода есть мода!
Захотела заказать портрет и княгиня Ольга Орлова, обладательница самых модных и дорогих туалетов в Петербурге. Серову княгиня не нравилась, его раздражала праздность, высокомерие и пустая напыщенность аристократки. Позировавшая Ольга Константиновна не замечала чувств молчаливого художника, как не обращают внимания на чувства лакея, но когда портрет был готов, всё поняла. С холста в безукоризненно написанных мехах на неё глядела неприятная стрекоза с выпученными глазами и одной мыслью - лететь на бал. Упрекнуть художника в отсутствии сходства не поворачивался язык, знакомые единодушно хвалили мастерство Серова, а, глядя на прорисованную позади фигуры пустую вазу, прятали улыбку (аллегория напрашивалась сама собой). Орлова почувствовала себя уязвлённой, но, как настоящая аристократка, сохранила хорошую мину при плохой игре: она назвала портрет шедевром... и поспешила от него отделаться. Когда Ольге Константиновне предложили передать картину в Русский музей Александра III, она легко согласилась, правда, при одном условии - её портрет не должен висеть в одном зале со скандальным портретом Иды Рубинштейн...
Этот анекдот приписывают Чехову:
"Молодой человек, желающий сделать своей невесте подарок, после долгого раздумья решил купить ей пару лайковых перчаток.
Он отправился со своей сестрой в магазин дамских принадлежностей. Купил пару лайковых перчаток, а в это время сестра купила пару рейтуз.
При доставке на
"Моя милая, посылаю Вам мой маленький подарок, чтобы доказать Вам, что я не забываю о Вашем дне рождения. Я выбрал их, полагая, что Вы в них нуждаетесь.
Продавщица, у которой я купил их, показала мне свои, которые она носит 4 недели. Они даже не испачкались. Как бы я хотел видеть их лично на Вас.
Конечно, многие будут до них дотрагиваться раньше, чем я увижу их на Вас, и я просил продавщицу примерить их на себе. Они выглядели изящно, не знаю Вашего размера, но со временем я буду судить лучше, чем кто-то другой.
После того, как Вы их разносите, они будут легче сниматься, но не забудьте каждый раз продувать их, так как они, естественно, от носки будут влажными. Мойте их чаще, не снимая, а то они могут сесть. Надеюсь, Вы их примете с таким же чувством, с каким я дарю их Вам. Наденьте их в пятницу на танцы, так как я страстно желаю видеть их на Вас.
Число поцелуев, которое оставляю на них с задней стороны, неисчислимо. Продавщица напомнила мне, что последний крик моды - носить их не застегивая, полуспущенными, чтобы они болтались. Крепко целую то, что в них находится".
Друзья, а что вам вспоминается, когда слышите имя «Лукулл»? Боюсь, ничего.
Ну, вот цитата из «Трёх мушкетёров»: «Увидев столько яств, мэтр Кокнар нахмурился; увидев эти яства, Портос закусил губу, поняв, что остался без обеда.
Он посмотрел, стоит ли еще на столе блюдо с бобами, но блюдо с бобами исчезло.
— Да это и в самом
Даже не представляю, как воспринимает современная молодёжь упоминание Лукулла. Когда-то выражение «Лукуллов пир» было на слуху, но сегодня Луций Лициний Лукулл пал в бездну забвения.
А ведь как обидно! В рейтинге полководцев всех времён Лукулл достоин быть в первой десятке, в рейтинге самых недооцененных полководцев у него вообще соперников нет.
Как полководец, Лукулл одерживал победы и на суше, и на море. Брал города, побеждал малыми силами и малой кровью. Как администратор, — возглавлял такие римские провинции, как Азия и Африка. Как вам такие строки в резюме: «Руководил Азией». «Руководил Африкой».
Великий Сулла признал Лукулла своим преемником и доверил ему опеку над своими детьми.
Но главная фишка, — война против понтийского царя Митридата и одновременно против зятя Митридата, армянского царя Тиграна Великого, «царя царей»!
Сейчас трудно представить, но Армения была сверхдержавой, агрессивной и наглой. Лукулл ввязался в войну с понтийцами, а попал на армян, где против него было всё: на чужой территории, далеко от баз снабжения, против противника, превосходящего в силах многократно!
Есть главный критерий оценки военачальника: сумел ли он хоть раз победить превосходящие силы противника.
Так вот вам: в решающей битве Лукулла недалеко от армянской столицы — Тигранокерта (современный город Диярбакыр) римская армия (11 тысяч пехоты и 3 тысячи всадников) разгромила войско Тиграна. У армян было 150 тысяч пехотинцев и 25 тысяч всадников. Соотношение больше, чем десять к одному! По итогам сражения армяне потеряли 100 тысяч воинов, а Лукулл — 5 легионеров убитыми и 100 ранеными.
Римляне разгромили Тиграна, а его столицу взяли штурмом и разрушили.
Историки оспаривают приведённые выше цифры, но факт есть факт: с крохотной армией Лукулл совершил беспримерный поход, и вернулся домой, сохранив почти всех солдат!
Дома его, конечно, ждал триумф… Ага, конечно, ждал! Дома его ждали интриги и политические распри. Три года (! ) Лукулл добивался права провести триумф, причём добивался, в основном, взятками, — подкупая неподкупных конгрессменов (тьфу, сенаторов, вечно их путаю). В итоге право провести триумф он получил, и провёл! Полностью за свой счёт. То есть он сам себя поздравил с феноменальной победой. Никто больше его не поздравлял.
Что ещё? Ага, знаменитые пиры. Кормил всех, кого не попадя, и вошёл в историю, благодаря своим пирам… Блин, сам-то он на них ел хотя бы? Бедолага…
Бедолага…
18 декабря 1833 года, в день именин императора Николая I, был впервые публично исполнен новый гимн Российской империи «Боже, Царя храни».
В торжественном представлении принимали участие театральные хоры с оркестром, а также полковые музыканты общим числом до 500 человек. Собравшаяся публика встретила гимн восторженно.
Его появлению
Как известно, утвержденный в 1816 году Александром I российский гимн «Молитва русского народа» на стихи Василия Жуковского тоже исполнялся на мелодию английского. Николай I нашел мотив монархической солидарности невыразительным и якобы заявил: "Скучно слушать музыку английскую, столько лет употребляемую". После чего объявил конкурс на новый национальный гимн, в котором превозносилась бы уже не столько роль Бога, сколько «божьего помазанника».
Известно, что Михаил Глинка предлагал в качестве варианта заключительный хор «Славься» из его оперы "Жизнь за царя", однако этот проект не получил одобрения. Тогда автором музыки для нового гимна император лично назначил хорошо знакомого ему композитора Алексея Львова, а в качестве текста был использован все тот же текст Жуковского из «Молитвы русских», только в несколько раз сокращенный.
Судя по всему, получившейся мелодией Николай I остался очень доволен. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что император пожаловал Алексею Федоровичу золотую, украшенную бриллиантами табакерку с собственным портретом и назначил своим флигель-адъютантом.
«Боже, Царя храни! » оставался государственным гимном Российской империи до 1917 года. Русский гимн был самым кратким в мире. Всего шесть строк текста и 16 тактов мелодии легко западали в душу, без труда запоминались и были рассчитаны на куплетный повтор — трижды.
В 1917 году ему на смену пришла сначала заимствованная у французов «Марсельеза», затем у них же заимствованный «Интернационал».
Только в 1944 году СССР обрел свой оригинальный государственный гимн. Впрочем, на поверку выяснилось, что и этот вариант мелодии Александра Александрова очень уж напоминает увертюру «Былина» дореволюционного российского композитора Василия Калинникова.
Забавная история из жизни художников. У Амедео Модильяни был друг, тоже художник, Морис Утрилло. В силу некоторых привычек, знакомые звали Мориса «Литрилло», но надо сказать, что такое прозвище можно было дать практически любому художнику на Монмартре.
Однако именно с фамилией Мориса связана эта история. Дело в том, что мама Мориса, Сюзанна Валандон, была натурщицей, которая возбуждала творческие замыслы у многих известных художников. Поэтому, когда родился сын, вопрос отцовства серьёзно озадачил маму. Высчитав, кому она позировала за девять месяцев до того, она отправилась к Ренуару, с тем, чтобы он признал результат своего творчества. Однако Ренуар, изучив объект, категорически отказался от своей причастности к его появлению на свет. Следующим кандидатом был Тулуз-Лотрек, но и тот не возжелал поделиться своим графским происхождением с будущим постимпрессионистом.
Своей печалью по поводу невозможности оформить сына как положено, Сюзанна поделилась с другом и тоже художником (какое совпадение! ), Микелом Утрилло.
Микел тут же согласился дать новорождённому свою фамилию и отчество, заметив, что ему приятно думать, что его имя будет носить нечто, созданное Ренуаром или Тулуз-Лотреком…
