В Лoндоне есть женщина, которая каждый день приходит в метро и сидит на плaтформе, чтo6ы услышать объявление для пассажиров, записанное в 1950 году. Этy фразу "Mind the gap", знакомую каждому и напоминающую об остopожности при выходе , записал Освальд Лоуренс, муж Маргарет МакKолум.
В 2003 году Освальд умер, остaвив огромную пустоту в сердце женщины. Но она нашла сnосо6 ощутить его присутствие. Каждый день она может слышать его голос, nусть всего лишь одну фразу, но здесь, на платформе метро, она рядом с лю6имым.
Однако в наш стремительный век прогресса запись была заменена пустым и бездушным роботом. Маргарет обратилась в транспортный отдел Лондона с просьбой передать ей кассету с голосом мужа, чтобы она могла слушать её дома.
Узнав тpoгательную историю, компания решила восстановить анонс на единственной остановке возле дома Маргарет.
Почитайте биографию любого знаменитого авантюриста XVIII века, и вы непременно найдёте рассказ о его похождениях в России. Не стал исключением и Август Коцебу. Ловкий уроженец Веймара, с детства увлекавшийся театром, он осенью 1781 года по протекции прусского посланника получил место помощника генерала Бауэра и прибыл в
Августу Коцебу удавалось совмещать службу и литературное творчество, мотаясь по российским и немецким городам и весям. Он оказался необыкновенно плодовит не только как драматург (больше 200 пьес! ), но и как семьянин (17 детей в трёх браках! ).
Именно любовь к детям сыграла с ним злую шутку. В апреле 1800 года Коцебу решил навестить своих старших отпрысков, воспитывавшихся в кадетском корпусе в Петербурге. Разрешение на въезд в Россию драматургу дал император Павел I, он же приказал... арестовать веймарца как шпиона прямо на границе. И вместо Петербурга отправился Август в город Курган Тобольской губернии. Свои страдания Коцебу описал в книге "Достопамятный год моей жизни", хотя, собственно, ничего страшного с литератором не случилось. Он снял домик, завёл знакомства и понял - и в Сибири люди живут. А через 4 месяца Павел случайно прочитал пьесу Коцебу "Лейб-кучер Петра III". В ней с немецкой сентиментальностью описывалась милость отца Павла к своему кучеру. И сердце взбалмошного императора дрогнуло. Павел Петрович вернул "страдальца" в Петербург, наградил и принял на службу.
Был ли Коцебу шпионом? Кто знает? Однако при аресте в его чемодане обнаружили двойное дно, а через много лет в Мангейме Коцебу был обвинён в шпионаже в пользу России и убит студентом Карлом Зандом.
Когда в 1942-м в эвакуации не стало отца, у меня началась депрессия, я не хотел больше жить. Вот тогда-то меня и стали брать с собой на гастроли артисты Малого театра оперы и балета. Они хотели меня спасти. 3имой, в жуткий холод, они отправились в Орск с мальчиком, тащившим за спиной казённую виолончель номер восемь.
Нас ехало шестеро, я
Мне нечего было на себя надеть, да и та одёжка, в которой я пришёл, была аховая. Я скорчился под своим одеяльцем, и поезд тронулся. Я никак не мог согреться и понял, что уже не согреюсь, в вагоне становилось всё холоднее. Ночь, мрак, как в каком-то круге ада, умерший отец позади, впереди неизвестность, я еду куда-то никому не нужный. И я, помню, подумал, как было бы замечательно сегодня во сне умереть. И перестал сопротивляться холоду.
Проснулся я в полной темноте, оттого что мне было жарко. Одеяло стало почему-то толстым и тяжёлым. Я пальцами в темноте начал перебирать его и обнаружил, что всего на мне лежит шесть одеял. Каждый из ехавших со мной, не сговариваясь, в темноте укрыл меня собственным одеялом.
Позже, когда меня уже лишили гражданства, я говорил друзьям, которые требовали от меня злобы: а вот за эти одеяла я ещё не расплатился. И, может быть, никогда не расплачусь. Вот эти пять артистов, мой отец и масса других людей, согревавших меня каждый по-своему, — это и есть моя страна, и я ей должен до сих пор. Мстислав Ростропович
Мстислав Ростропович
Свадьбу великого князя Александра Михайловича (или Сандро, как его звали домашние) и великой княжны Ксении Александровны называют "последним семейным торжеством" августейшей фамилии, и это правда. Не зная о грядущих бедах, все радовались счастью царской дочери, выходившей замуж по любви.
Ксения полюбила Александра ещё
Венчание состоялось 25 июля 1894 года в Петропавловской церкви Большого Петергофского дворца. После торжества молодые поехали в Ропшу. По дороге кучер не заметил мостика через канаву, лошади метнулись в сторону, и карета опрокинулась. Ксения и Сандро упали, кучер и камер-лакей полетели в воду. Великолепное, отделанное горностаем, пальто невесты запачкалось в грязи, жених выглядел не лучше, но, к счастью, никто не пострадал.
Можно себе представить удивление генерала Вяземского, встречавшего в воротах Ропшинского дворца вылезших из канавы новобрачных! Но царедворец есть царедворец - на лице генерала не дрогнул ни один мускул, как будто вываляться в грязи входит в свадебный ритуал. А перепачканные молодые только смеялись от счастья...
Из рубрики курьёзы. Прочитал в инете биографию Раневской. Оказывается, во время войны, она объездила с театром все фронты со спектаклем "Молодая гвардия". Притом, что книга была написана в 1946г а пьеса годом позже.
Кого спасать будем?
В 1967 году режиссер Наум Бирман снимал на Ленфильме свою первую картину «Хроника пикирующего бомбардировщика». Сегодня, спустя полвека, фильм смотрится превосходно. Советская военная классика. Его необычность в том, что три главных героя, которые в конце погибают, выполняя боевое задание, — интеллигенты. Художник,
— Наум Борисыч! — обратился он к режиссеру, — Мы снимаем хороший, важный, патриотический фильм. Наши герои — отличные ребята и настоящие герои. Ну зачем ты их убиваешь? Я предлагаю другую концовку. Последний бой. Наш экипаж против десяти фокеров. У наших кончились патроны, кончается горючее. Их подбивают, самолет горит, идет вниз. В последний момент они выпрыгивают на парашютах. Медленно летят, садятся на лесную полянку. Тишина, земляника, как будто нет войны. Они достают самокрутку, раскуривают, передают друг другу. Начинается музыка, камера отъезжает. Конец фильма.
— Понимаете, мы их убиваем не потому, что недостаточно любим, — ответил Бирман, — Как раз наоборот. Они погибают, потому что вот такие прекрасные, талантливые, добрые и веселые ребята, созданные для жизни, действительно, гибли на войне, и часто первыми. В этом — главная мысль фильма, его сила.
— Понял, не дурак! — говорит директор, — Предлагаю компромисс: пусть спасется один. Серега Архипцев, самый из них положительный, зрелый, командир! Самолет горит, идет вниз, в последний момент Серега выпрыгивает и выживает!
— Так не бывает, — объясняет Бирман, — Командир оставляет боевую машину последним.
— Тогда пусть спасется балагур, которого играет Даль, — настаивает директор, - Самый веселый и обаятельный!
— Он не может спастись. Он стрелок-радист и находится в отдельном отсеке. У него нет люка. Если самолет подбит, он — смертник.
— Понял, не дурак! Кто у них там третий?
— Третий — Веня Гуревич. Еврей. Музыкант.
Директор задумался и после короткой паузы вынес окончательный вердикт: — Ладно, черт с тобой, пусть гибнут все!
— Ладно, черт с тобой, пусть гибнут все!
6 июня 1984 года советский программист Алексей Пажитнов, сотрудник Вычислительного центра Академии наук СССР, создал первую версию игры «Тетрис» на компьютере «Электроника-60». Игра выросла из его увлечения головоломкой «Пентамино», в которой требовалось заполнить плоскость геометрическими фигурами. Пажитнов адаптировал идею к компьютеру, упростив фигуры до тетромино (из четырех квадратов) и добавив движение сверху вниз. Игра получила название из слияния слов «тетра» (четыре) и «теннис».
«Тетрис» мгновенно увлёк коллег Пажитнова, а затем распространился по всему советскому компьютерному сообществу. В соответствии с советским законодательством правообладателем стало государство в лице Всесоюзного центра по вычислительным системам. Сам Пажитнов почти десять лет не получал вознаграждения за свою разработку.
Международная судьба игры оказалась по-настоящему детективной: за права на «Тетрис» развернулась ожесточённая борьба между Nintendo, Atari, Mirrorsoft и советскими организациями. По разным оценкам, совокупные продажи «Тетриса» во всех версиях и на всех платформах превысили 200 миллионов копий.
Диктор Центрального телевидения в 70-90-х годах Владимир Ухин, знаменитый "дядя Володя" из "Спокойной ночи, малыши" вспоминал...
Доярка, Герой Социалистического труда, фамилию не помню сейчас, ёрзала от волнения. И вот она сидела, текстов нет. Она говорит: "Мы перевыполнили программу", ёрзала-ёрзала, а ножки-то у стула и обломились. Она начала падать. Но падала спокойно, достойно. Упала. Лежит. А оператор не растерялся и камеру перевёл на неё. Она говорит: "Но мы решили перевыполнить пятилетку. Мы обгоним наших мужиков и будем первыми, потому что мы - советские женщины! ". И осталась лежать.
Середина 90-х. Стоим с другом на верхней станции подъемника горы "Красная сопка". Это у нас такая горнолыжная база почти что в центре города Питера, но не того, а в котором всегда полночь. Ну, там, ботинки застегнуть, варежки надеть, темляки и прочие мелочи.
А на той вершине где-то не очень далеко была то ли военная часть, то ли просто
И тут снизу подъезжает бабушка. Лет этак лет за 60+. Упакованная с ног до головы в россиньол-саломон-адидас (еще раз - середина 90-х!). Крутейшие лыжи, гнутые палки, ботинки, как от космического скафандра, комбез, очки... Мы такую экипировку тогда только по телевизору видали.
Лихо подъезжает, заводит бугель, останавливается неподалеку от нас...
Солдатик подходит к ней, смотрит вниз, смотрит на бабушку... И спрашивает: "Бабушка, а я тут спущусь? "
Бабушка в свою очередь смотрит на него, смотрит вниз... "Спустишься, милок, спустишься... "
Он опять смотрит вниз... "Бабушка, а я тут не убъюсь? "
Бабушка: "Убъешся, милок, убъешься".
И улетает вниз.
"Бабушкой" оказалась Людмила Семеновна Аграновская - основатель первой горнолыжной школы на Камчатке, заслуженный тренер, почетный мастер спорта СССР, "Снежный барс" и т. д.
Думаю, что все слышали/читали юмористические рассказы про то, как какой-нибудь начальник посещал провинциальный город. Думаете, что это ну хоть какое-то преувеличение? А вот и нет.
Как-то на рубежа предыдущих десятилетий, когда Медведев был то ли псевдопрезидентом, то ли премьером повадился он в один симпатичный волжский
Но тут саратовские получают вводную: премьер хочет отведать арбуза на бахче. Ну увидел он, что по пути есть какая-то бахча. Немедленно были мобилизованы лучшие силы аграрного университета. Некоторых даже вызвали из отпуска. Ребята на выбранной бахче всеми известными методами выбрали самый спелый арбуз и, на всякий случай, трех запасных. Пометили их крестиком.
Но на этом кошмар администрации не закончился. За сутки до визита премьер (или президент) увидел на карте, что рядом с бахчей есть дачный поселок. И страсть как ему захотелось увидеть, как живут местные дачники.
Ровно за сутки ребята пробежали весь поселок, нашли относительно интеллигентную семью, кто согласился еще день там присутствовать. За один вечер из домика выкинули всю старую дачную мебель, заменив на что-то вроде современной дачной мебели. Даже гамаки закрепили. Покрасили забор и повесили новые занавески. "А она не пришла". То ли арбуз был слишком спелый, то ли бензина не хватило. Но занавески и мебель у хозяев оставили.
Главным украшением парадной лестницы Владимирского дворца на набережной Невы считаются три больших зеркала с цветочным орнаментом, выполненным итальянским художником Титто Келацци. Гирлянды из переплетённых роз, глоксиний и лотосов поражают яркостью красок, изысканностью рисунка, они как будто повисают в воздухе. В отличие от других расписных зеркал, эти выдержали войны и революции и нисколько не потускнели, и сейчас, сто сорок лет спустя, не нуждаются в реставрации.
Разумеется, своими секретами Келацци не делился. Известно, что он использовал силикатные краски и стекло, покрытое серебром, но тонкости и нюансы, которые и превращают ремесло в высокое искусство, художник унёс с собой в могилу. На восторженные вопросы, как же ему удалось сотворить такое чудо, Келацци, немного кокетничая, отвечал: "Всё просто. Я ставлю перед зеркалом цветы и тщательно выписываю на зеркальной поверхности каждый цветок. Лепесток за лепестком. До тех пор, пока сам не начинаю путать, где мой рисунок, а где — отражение цветка".
Дом, переживший Хиросиму
Менее чем в километре от эпицентра атомного взрыва в Хиросиме стоял дом, в котором жили четверо иезуитских священников.
6 августа 1945 года город исчез за считанные секунды. Камень превратился в пепел. Люди — в тени. Казалось, выжить там было невозможно.
Но они выжили.
Их звали Хуго Лассаль,
Самое удивительное произошло позже.
Никто из них не погиб от взрыва.
Ни у кого не развились смертельные последствия радиации, которые в течение лет унесли жизни тысяч других.
Их случай десятилетиями изучали врачи и учёные, потому что он противоречил любой логике и вероятности. Объяснения искали в конструкции дома, в направлении ударной волны, в совпадениях обстоятельств.
А сами священники говорили проще: в то утро они постились и молились.
Для кого-то это — всего лишь странная архитектурная случайность.
Для кого-то — совпадение, которое невозможно игнорировать.
Для кого-то — напоминание о пределах человеческого понимания.
История этого дома не меняет трагедии Хиросимы.
Но она оставляет вопрос, на который до сих пор нет окончательного ответа: всё ли в мире подчиняется лишь статистике — или иногда происходит нечто гораздо большее, чем случай?
Как вышло, что я озвучила Пятачка? Один из заместителей Пырьева посоветовал Хитруку взять меня консультантом, когда он снимал "Винни Пуха". Я эту книгу всем цитировала - Заходер мне ее с очень славной надписью подарил, и я немедленно выучила ее наизусть. "Ну какой я консультант? Давайте я вам лучше сделаю Пятачка". Я долго думала, как его сделать, и поняла, что он должен говорить с интонациями моей любимой Ахмадулиной: "Кажется, дождь собирается..." Только надо будет ускоренно промотать.
А озвучивать мультфильмы очень трудно - вы же не видите картинку, ее потом подкладывают. И мы с Леоновым, лучше которого я, наверное, никого не знала, являли удивительную пару: он стоял перед микрофоном, собранный и трагический, как Гамлет, и повторял: "Куда идем мы с Пятачком - большой-большой секрет..."
А рядом я хрустальным голосом Беллы говорила: "Ты похож на медведя, который летит на воздушном шаре". Белла не обиделась. Она позвонила и хрустальным голосом сказала: "Спасибо, что вы подложили мне не свинью, а прелестного поросенка”.
ИДЕНТИФИКАЦИЯ РАЙКИНА
Прочитал тут забавную историю, как бабулька в Одессе позвала Романа Карцева перейти дорогу в неположенном месте, перед трамваями, ради счастья его коснуться. Вспомнилось, что однажды я не только коснулся Аркадия Райкина, но и основательно в него влепился, чуть с ног не сшиб. Пешком, не на велике!
Неоднократно убеждался, что излишнее теоретическое образование вредит практической работе мозга. В тот роковой вечер, в самом конце 1970-х, я Райкина не признал практически в упор. Хотя его по телику крутили постоянно, и внешность приметная. Просто попался мне на глаза в неожиданном месте, не на сцене и не на экране. Он сидел рядом в московском театре эстрады, прямо через проход от меня и чуть наискось. То есть метрах в двух. Лицом к лицу лица не увидать, что называется. Это лицо было ясно видно, он головой вертел, общаясь с соседями по креслам. Я был тогда подросток, в театр пришел с отцом. А он - офицер-пограничник. Садясь в свое кресло перед началом спектакля, тут же шепнул мне тихо - глянь, вот Райкин!
Я задумчиво пригляделся и ответил:
- Сходство есть, но весьма приблизительное. Хотя бы один из 100 мужиков похож на Райкина примерно так же или еще сильнее. А мужиков в СССР 100 миллионов! У 10 миллионов из них примерно тот же возраст. Стало быть, вероятность того, что это именно Райкин, одна стотысячная. То есть на 99, 99% это не он.
Я тогда увлекся начальным теорвером, а отец приступил к учебе в главной академии пограничных войск. Он был искусным преферансистом, и тема расчета вероятностей ему понравилась. Глянул на меня с удивлением:
- Вот поправка в твои расчеты. Райкин проживает в Москве, а в ней мы сейчас и находимся. Это всего лишь 3% населения СССР.
Я не сдавался:
- Так тут почти весь зал небось иногородний. Каждый приезжающий в столицу считает своим долгом хоть раз сходить в театр. Тем более в театр эстрады, тут весело. Даже если сюда забредают московские театралы, то они обязательно бы узнали Райкина! Встретили бы его аплодисментами прямо на входе. Мы их не слышали. А если они его прозевали, то сейчас бы поглядывали хоть изредка. Подходили бы, здоровались. Но никто этого мужика не замечает, кроме соседей по креслу. Так что тут уж не 99. 99%, а все 100%, что это не Райкин.
Отец развеселился:
- А вот моя теория вероятности. 100% завзятых московских театралов - это воспитанные люди. Райкина они много раз видели раньше, и не собираются на него таращиться. Да и ты перестань. Включай логику! По афише видно тоже на 100%, что сегодня премьера нового спектакля Петросяна. Это коллеги, популярные артисты эстрады. Вероятность того, что они не придут на премьеры друг друга, если вообще живы-здоровы, близка к нулю. Так что мне оставалось найти в зале Райкина, поскольку на сцене будет Петросян. Кроме того, видно же просто так, что это Райкин.
Я заткнулся, но продолжал пребывать в сомнениях. Они рассеивались постепенно - ближе к концу первого акта зрители начали перешептываться, поглядывая в сторону человека, похожего на Райкина. Весть о нем распространялась по залу неторопливо.
И вот финал первого акта, зрители стоя аплодируют Петросяну, Райкин какое-то время тоже, но как только кулисы запахиваются, пытается сделать стремительный марш-бросок вон из зала. Но не тут-то было! Гром аплодисментов отвернулся от Петросяна и обрушился на Райкина. В проходе воцарилась полная сумятица. Кто-то стремится прорваться к артисту, кто спешил в буфет, и направления эти были противоположные. Могучей турбулентностью толпы меня вышибло прямо в Райкина. Нос к носу понял, почему тот был так мало на себя похож - искусно загримировался. Надеялся вероятно, что публика не опознает и можно будет спокойно выйти из зала.
В тот вечер я понял, что подобно Паниковскому, не люблю большого скопления честных людей в одном месте. Сам чуть не свалился и был крепко придавлен. Прикосновение гения острым локтем в грудь исцелило меня от любви к фанатским тусовкам.
«Я, может, и жив только потому, что верую в Господа. Я через все тяготы войны прошел, когда со мной ну только смерти не было, она просто случайно мимо прошла. Он, наверное, берег меня для каких-то маленьких моих свершений…
До войны я жил у тетки, мне было шесть лет, в какой-то праздник она дала мне тридцать рублей: «Пойди в церковь, отдай на храм». Тридцать рублей! Я помню, они были такие длинные, красненькие. А мороженое, которое я так любил, стоило двадцать копеек. На эти деньги года полтора можно есть мороженое! Нет, не отдам я тридцать рублей каким-то тетям и дядям в храме. Я уже принял решение, что оставлю деньги себе, а тетке скажу, что отнес. И тем не менее почему-то все равно иду к храму. Сам не понимаю, как с зажатым кулаком я оказался около церкви. Зашел внутрь, там было так красиво, я стоял весь разомлевший, а потом легко подошел к служителю и сказал: «Возьмите на храм, возьмите, пожалуйста»…
И вот сейчас я убежден, что это Господь меня испытывал. С той поры я понял, что Кто-то на Небе поверил в меня. Если бы тогда я не отдал эти деньги, я не смог бы пройти войну, плен, тюрьму». (Иннокентий Смоктуновский)
