Учебные истории

пошла полоса непростая. Отец тяжело заболел, и сами экзамены были тяжелые. В общем когда я отстрелялся (надо сказать, весьма успешно, но нервов мне это попортило), появилось жуткое желание снять стресс.

Сразу вспоминается Кузьмич из особенностей национальной охоты - «У меня такое же бывает тоже. Знаешь, бывает схватит, держит и не отпускает. И тогда или вот это, или к бабам. А лучше всё вместе, сразу и много».

Так-то я практически не пьющий, но тут вот прям захотелось именно бухнуть. Встретил знакомого с нашего факультета, тот позвал еще одного. Надо сказать, что Кирилл был личностью весьма колоритной. Как он утверждал, он учился в какой-то духовной семинарии (помимо менеджмента в нашем Вузе) и был дьяконом. Насколько это правда я не знаю, но чел реально неплохо знал догматику христианства и плюс обладал густым церковным басом и знал многие молитвы.

Купили пирожков в столовой (надо сказать, весьма вкусных) и в магазинчике пару бутылок водки. Сели на бульваре в тенечке, пьем, закусываем. То ли было совсем жарко, то ли водка была не совсем кошерная :) выпили мы одну на троих, начали вторую, и не идет. Пошли к метро, а там какой-то дед коммунист стоит с матюгальником и ругает власть. Были же времена... . :). Мы сели на лавочку, думаем допьем, нет. . не идет. Дед надрывается, жара, голова начинает раскалываться. Подошли к нему- Дед, держи бутылку, держи пирожки на закусь- только помолчи, дай в тишине посидеть. Дед, радостно - Спасибо, сынки! Молодежь-то за нас!

Пошли в метро, встали на эскалатор, и тут Кирилла пробило пропеть Символ веры! И вот он во всю мочь, хорошо поставленным басом, с чувством, искренне, начал выводить:

— Верую! Верую! Верую!

Я некрещеный, не христианин. Но кролик был начитанный и пьяный, плюс у меня был диск Шаляпина с этой записью... Поэтому я начал ему подтягивать:

— Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́, Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым!

Пассажиры смотрели во все глаза, если бы тогда были смартфоны, то ролик стал бы вирусным.

Вдруг на середине Символа, мы почувствовали довольно чувствительные тычки сзади. Оборачиваемся, стоит бабка в платочке, тычет в нас клюкой и орет:

- Вот, богохульники! Молитвы пьяные орете в метро!

Кирилл в упор пристально посмотрел на бабку. Рост у него был метр девяносто против бабкиных полутора, плюс он еще косоглазый. Бабка чуть осела, но клюку не выпустила.

И тут Кирилл выдал первую шедевральную фразу:

— Что же ты, дочь моя, на двух дьяконов хулу возводишь?!

Бабка такая притихла немного, но все равно начала:

- Как же так батюшки, пьяные, и молитвы да в метро. Нехорошо!

Кирилл глянул на нее и выдал вторую бессмертную фразу:

— Запомни, искренняя молитва до Бога в любом состоянии и из любого места дойдет!

Были времена!

Как там, у Есенина:

"Не жалею, не зову, не плачу,

Все пройдет, как с белых яблонь дым.

Увяданья золотом охваченный,

Я не буду больше молодым.

Ты теперь не так уж будешь биться,

Сердце, тронутое холодком,

И страна березового ситца

Не заманит шляться босиком.

Дух бродяжий! ты все реже, реже

Расшевеливаешь пламень уст

О моя утраченная свежесть,

Буйство глаз и половодье чувств.

Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя? иль ты приснилась мне?

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне".

на профессора, но пока не говорит ни слова.

"Здравствуйте" - вежливо говорит профессор (40 лет преподавательского стажа - и не такое встречалось). "Здрасьте, - отвествует преподаватель. - Мне б кого-нибудь, кто по-китайски говорит". "Да мы все в общем-то" - отвечает профессор. Посетитель подбегает, срывает его с места и, доверительно обняв за плечи, отводит в сторонку. "Понимаете, мне тут во сне язык приснился, - делится страшной тайной он, косясь на студентов. - И я теперь на нем говорить умею. Только беда в том, что я не знаю, что это за язык. Не могли бы вы меня послушать и сказать, не китайский ли это случайно".

Студенты тихо съезжают под стол, профессор, не дрогнув ни единым мускулом, мужественно предлагает посетителю что-нибудь сказать. Посетитель разражается набором звуков, напоминающих хлюпы засорившейся раковины, после чего выжидающе смотрит на профессора. "Ну что ж, вынужден вас огорчить, это не китайский," - говорит тот. Студенты катаются по полу - они уже догадались. "Но очень похоже на языки тюркской группы" - невозмутимо продолжает профессор. Студенты даже ржать перестают. "Вы сходите и спросите," - советует профессор, выталкивая посетителя за дверь, и возвращается, дабы продолжить лекцию.

Но - не судьба. Минут через 15 дверь распахивается от внушительного пинка, и в кабинет врывается завкафедрой тюркской филологии в смешанных чувствах. "Какой такой (набор слов китайского, кстати, по одной из версий происхождения, донесенный до Руси посредством татаро-монгольского нашествия) послал этого (см.выше) ко мне?!!!" "Я, - невозмутимо отвечает профессор. - Вы его послушали?" "ДА!!" "И это оказался не турецкий язык?" "НЕТ!!!" "Значит, вы отправили его домой?" Завкафедрой озирается и начинает хихикать. "Нет. Я его отправил на арабскую филологию".

x=2, y=3”.

Говорю знакомой:

– Сходи к преподу, спроси, что делать-то? Исходных данных же не хватает.

– Ой, не, я не пойду, я его боюсь, он такой строгий!

Пошёл сам. В преподавательской обнаружил аспиранта, спросил у него. Тот даже не попытался вникнуть в вопрос: “до вас же как-то все делали, вы просто тупой, раз не понимаете! ”. Я настаивал, аспирант упирался, дискуссия плавно перерастала в скандал. На шум из соседней аудитории пришёл тот самый строгий препод и потребовал объяснить, что происходит.

Я объяснил, показал, препод сказал “хм” и завис с выражением лица “а что же делать? ”.

– А можно я в начале решения напишу что-то вроде “примем Z равным такому-то значению и дальше решу задачу? ”, – предложил я ему.

– Да, да, конечно, вы правы, раз такая ситуация…

И уже выходя из преподавательской я услышал его слова, обращенные ко всем там присутствовавшим:

– А как раньше эту задачу решали студенты? Методичке-то уже больше 10 лет!

2.

Тут уже мне понадобилась помощь, так как в физике я не шарил. Обратился к местным общаговским экспертам, которые за копейки делали такие вещи. Когда пришел забирать решения, чувак мне сказал:

– Смотри, в твоем случае есть нюанс. Вот в этой задаче результат в минус 19 степени. Когда ты покажешь его преподу, она скажет, что у тебя ошибка. Но на самом деле ошибка у них, причем очень давно, у них результат в минус 16 степени. Мы уже несколько раз перепроверяли. Поэтому ты ей скажи вот что…

Дальше он мне что-то объяснял, но я ни слова не понял, так как предмет для меня был непонятный. Я сказал “спасибо” и побрёл в аудиторию, надеясь, что препод ошибку просто не заметит, потому что я не смог бы ей объяснить абсолютно ничего.

Зря надеялся, ошибку она заметила:

– У тебя тут ошибка в порядке, перепроверь.

Я сел и тупо уставился на формулы. Я ничегошеньки там не понимал и понятия не имел, что делать дальше. Как вдруг меня осенило:

– Галина Ивановна, кажется я нашёл! – я сказал это с места в аудитории, чтобы не подходить к ней и не показывать формулы, в которых я бы ну никак не смог бы указать на потенциально проблемное место в вычислениях. – Там и правда ошибка в порядке, должно быть в минус 16, а не 19, правильно?

Препод заглянула в свои бумажки:

– Да, всё так, свободен. Допуск к экзамену у тебя есть.

3.

Я уже был на 5 курсе когда эту историю мне рассказала препод с нашей кафедры.

Она была в числе тех, кто проверял результаты абитуриентов, поступающих в наш ВУЗ. Хотя точнее не так. Результаты проверялись автоматически не компьютере, а потому ответы должны были быть рациональными числами (то есть ответы типа “корень из двух” или “одна целая и 3 в периоде” просто не принимались и заведомо были ошибочными). Преподаватели же проверяли те задачи, по которым абитуриенты обращались с жалобами (было тогда такое понятие, как “апелляция”). И конечно же в некоторых задачах находились проблемы, при решении которых получались те самые иррациональные результаты.

Все эти задачи были тщательно зафиксированы (примерно 10-15 штук) и после окончания вступительных экзаменов представлены заведующему кафедрой высшей математики, который отвечал за качество вступительных экзаменационных заданий.

Он посмотрел на это всё и спросил:

– Так и что вы хотите чтобы я с этим сделал?

Преподы немного охренели:

— Как это “что”? Это заведомо нерешаемые задачи, абитуриенты никогда не смогут дать на них правильный ответ! Их надо либо заменить, либо поменять условия, чтобы ответ принимался системой!

Завкафедрой устало помахал им ручкой:

— Послушайте! В каждом билете 10 заданий, для получения оценки “отлично” необходимо 8 правильных ответов. Если абитуриент толковый – он решит правильно 9 заданий, а десятое… ну, десятое окажется вот этим нерешаемым, ну и что? Свою пятёрку он же получит. А менять экзаменационные задачи — это же столько времени…

На листе плакатным пером была нарисована, трехлитровая банка, с краями, смазанными маслом, и помещенной внутрь лестницей. Муха садится, говорил студент, показывая указкой на край банки, поскальзывается и падает на дно. Возникает резонный вопрос «зачем там лестница». Так вот в этом-то все дело, профессор. Две последних ступеньки лестницы подпилены!

Двое актеров на концерте "зависли" в диалоге:

- Муха падает, - говорил изобретатель и замолкал.

- И?

- Поднимается!

- А дальше?

- Падает!

- Ииии?

- Поднимается.

- Поднимается?

- Падает…

- Просто падает?

- Нет, она ломает себе крыло, когда падает. Потом поднимается

- И падает?

- Падает и ломает себе ногу.

Минут за пять они переломали несчастной мухе все кроме глаз и порвали зал напополам, так и не добравшись до подпиленных ступенек. Из зрителей никто дышать не мог.

Почему-то всем понравилось, несмотря на садистский уклон новой репризы. Всем кроме сценариста, ещё и рисовавшего плакат. И он отомстил.

На следующем выступлении после того как с проекта упала голубенькая занавеска, зрители и актеры, кроме банки с лестницей неожиданно увидели очень потрепанную муху. На четырех костылях, с загипсованными конечностями, повязкой на глазу и сообщением: «Делайте что хотите, но я туда больше не полезу! ».

профессиональной деятельности, тем стервознее на нём преподы, не исключением был и данный предмет. Лекции и семинары, как было у нас принято, вели разные преподы и в основном зачёты и экзамены принимали лекторы. Но почему-то относительно данного предмета решили сделать исключение, о чём нам и поспешила сообщить преподша по семинарским занятиям. А чтобы мы сильно не входили в ступор относительно того, как реагировать на такое небывалое происшествие, она закончила своё выступление:

- Но не расслабляйтесь, валить буду нещадно.

Замечу, что данная преподша представляла собой следующее: возраст лет 26-25, азиатской национальности, рост около 180, объёмы что-то рядом с 100-50-105, волосы чёрные, как смола , длиною до пояса, глаза миндалевидные, ресницы метровые. Короче говоря, несмотря на то, что в данный предмет не врубался никто, посещение этих семинаров со стороны парней было 100%.

И на её заявление о том, что сессию она нам намерена подпортить, один из Костиков решил высказаться (видимо, с целью лести).

- Ну, если с вами, то и завалиться приятно.

В аудитории начинается еле сдерживаемое хихиканье, преподша начинает краснеть.

Но, тут решив помочь другу выйти из столь пикантного положения, вылезает второй Костик, с заявлением:

- Он хотел сказать, что если вы на зачёте его ЗАВАЛИТЕ, то ему будет приятно.

Аудитория в истерике, преподша ржёт. Зачёт все сдали, как по маслу.