Женские истории #женщина

узбекские преступники ограничили себя сами, а может не хватило мотивации или достойного примера.

Как поговаривал мой друг – полковник спецслужб: «наша мафия способна только бесплатно пообедать в ресторане».

Вчерашний же случай в банке заставил меня крепко задуматься. Я подошел к окошку «Обмен валют» поменять сто долларов США, занял очередь, которая хоть и медленно, но двигалась.

И вот, когда она дошла до меня, откуда ни возьмись семенит какая-то бабка в поношенном пальтишке и дурацкой вязанной шапочке, с огромной сумкой в руке, на ходу тараторя: «Я! Я стояла за этой женщиной! Девушка, подтвердите». Женщина, обменявшая до этого двести евро, утвердительно кивнула. Я раздраженно выдохнул. Что эта старушенция тут забыла вообще? Может ей получать пенсию или заплатить за отопление. Или хочет немного отложить на похороны. Эй, бабуся, ты стойку часом не перепутала? Здесь люди валютой занимаются, если что!

И тут эта кочерыжка. . этот божий одуванчик, эта почтенная леди доковыляла к окошку, водрузила перед стеклянной перегородкой потертую кожаную сумку и прошепелявила:

- Мне бы долларов прикупить, доченька

- Сколько? Пятьдесят? Сто?

- Сорок две тысячи

- Сорок две тысячи? В сумах это будет…

- Я знаю, сколько это будет, все готово, – перебила бабка, и выуживая из своего баула одну за другой пачки денег, стала складывать их перед вытянувшейся физиономией кассирши.

Кассирша охренела, очки с переносицы съехали на самый кончик ее носа. Подозвала коллегу пересчитывать бабло старушки, благо все купюры одного номинала были упакованы в стопочки, аккуратно стянутые резинкой.

Стоявший за мной солидный мужчина в дорогом кашемировом плаще прекратил [зв]издеть по телефону: «я перезвоню» и изумленно стал разглядывать то старую кочергу, то ее гору национальных банкнот.

Гора тем временем становилась все больше, сбережения бабули почему-то были пятидесятитысячными купюрами. Две пары рук не успевали вынимать их из резинок и складывать в счётную машинку.

Ухоженная таджичка в красной шляпке и красных лайкровых перчатках от возбуждения покраснела, но сразу достала косметичку, начала пудрить носик и жирные щеки.

- Хочу внуку подарок сделать, а продают только на доллары, – вякнула тем временем старуха, как-бы извиняясь, что отнимает у всех время.

Я не стал дожидаться своей очереди, представив, как убого буду выглядеть со своей сотней после такой масштабной валютной операции. Для убедительности нахмурился на часы в мобильнике, покачал головой – мол, не успеваю. Мужик в плаще последовал моему примеру и позвонил по телефону: «Прямо сейчас тогда подъеду, тут очередь».

Подавленный вышел из банка, мысли нахлынули сами собой.

Откуда у этой калоши столько денег? Она что, банк ограбила?

Но в истории Узбекистана не было ни одного ограбления банка.

Тогда что? Подпольный цех? Нелегальный бизнес? Какой? Лекарства? Что там еще?

И что, черт возьми, она собирается подарить внуку за $42000?

Что скажете, есть какие соображения?

Доллары до сих пор не поменял. У меня новый комплекс – стесняюсь теперь идти в обменник.

одна бабушка читала свои стихи. Нас в отделе было четыре человека, и мы всех выслушивали. Прошло больше двадцати лет, я там давно не работаю, но со мной полгорода продолжает здороваться. И приходила одна довольно пожилая квартиросъемщица, она как раз была из тех, кто заплатил и пообщался. А была она очень интересная женщина – такая юбка на ней ажурная длинная, кофты-куртки она не носила, у нее была накидка типа пончо со с мехом по периметру, прическа сбоку бантик, бусы с куриное яйцо красные. Вот один раз мы ее спрашиваем, а когда вы были молодой, тоже так эффектно одевались? И вот ее рассказ дальше от первого лица.

Когда я была молодой, я вообще была первая модница, какие вещи появлялись новомодные, я все покупала, доставала, шила по журналам, но одевалась по первому разряду. Однажды случай был со мной, поехала я в Питер по делам, это было в конце семидесятых, лет мне было слегка за тридцать. Естественно, нарядилась как можно модней: на мне были сапоги-чулки на толстом высоком каблуке, как раз они вошли в моду, на голове шиньон, юбка в клеточку. Короче, умереть не встать. Иду себе вся такая по Питеру, в витринах себя разглядываю, потому как красота неземная. Погода мерзкая, октябрь месяц, моросит мелкий дождичек, холодно, этот дождичек на мостовой замерзает, скользко. А мне хорошо, я иду вся счастливая, молодая и красивая. И тут по улице курсантики идут строем. А мне вот резко на другую сторону улицы понадобилось. И я так грациозно, аки лань на своих каблуках, перебегаю дорогу, да как поскользнусь на середине и падаю плашмя как раз перед ними – каблуки в одну сторону, шиньон в другую… Строй курсантиков рассыпается и они кидаются ко мне – «Бабушка! Вам помочь? »

завернула в хлебный, мясной, овощной и наконец попала в рыбный. И так мне до коликов в желудке захотелось жареной рыбки: в муке обвалять и обжарить хвостатую на сковородке. Выбор пал, конечно же, на треску. Мы, архангельские трескоеды, давно свои сердца отдали этому чешуйчатому пловцу.

Принесла домой рыбёху, достала сковороду, ливанула масла и приступила к жарке. В животе скрипело так, будто кишки объявили гражданскую войну. Пока тресочка шкварчала и румянилась, я решила, что к главному блюду нужна закуска. Да и вдруг не наемся я рыбой — всё же блюдо-то диетическое.

И тут мой остервенелый взгляд упал на пакет в углу с картошкой. Из этого крахмального депозита можно сварганить и пюре, и запеканку, и просто хрустящую похрумкать. Но мне страшно захотелось драников. Уж если и бить по печени, то из всех оружий!

И вот на двух сковородах всё шкворчит, пищит, дымится. Переворачиваю всё это благолепие, а глаза глядеть не могут на деликатесы, которые ещё вкусить нельзя. Слюной захлёбываюсь, руки трясутся, слеза течёт. От несправедливости и немного от репчатого лука.

И смотрю я на весь этот пир и чую своим женским сердцем, что чего-то не хватает. Вот будто бы вишенки на торте, последнего штриха великого повара. Вы тут уж подумали обо мне что-то нехорошее? Что нибудь приличное и интеллигентное? Стаканчика пенного не хватало на этом празднике жизни!

Дожарив рыбку с драниками, накидываю на себя тулуп и бегу в ближайший магазин, предлагающий напитки пенные и хмельные. А там вечерняя очередь! Будто не в приличном районе на окраине Москвы живём, а в какой-то Чехии. У каждого покупателя в корзинке по несколько склянок.

Схватив бутылочку, я тоже встала в очередь к алкоголикам и тунеядцам. Кассу оккупировал мужик, который явно сегодня ждал в гости барышню. Мартини и шампанское об этом кричали, а маленький шкалик коньяка хрипел, что всё это не его!

Позади меня быстро образовалась очередь из таких же неблагонадёжных экземпляров. Женщиной как назло в этой сомнительной компании я была единственной.

И наконец подходит моя очередь на пробитие пенного, за которым я неслась, оставив дома дорогих детей — треску и драники! Гордо кладу бутылку на стойку, без стеснения смотрю в глаза парнише за кассой. Паспорт попросишь или спросишь, как я до жизни такой докатилась? Желудок визжит, что есть мочи, глаза дикие, руки трясутся от голода. Одета в какие-то дедовские штаны, а из под куртки виднеется фланелевая рубаха.

А паренёк-то бутылочку пробивает, глаза свои голубые на меня поднимает и молвит:

— Девушка, как же от вас пахнет приятно!

Ну вы посмотрите, какие нынче джентльмены в питейных точках-то работают. Ещё и девушкой обозвал. И парфюм мой новый унюхал, а он как раз пару дней всего у меня в обиходе.

— Ой, это новые духи у меня! — зарделась я, позабыв, что стою-то в алкомаркете в домашних штанах с бутылочкой пенного. И волосики так ать, игриво.

Паренёк пару секунд шестерёнки в голове загружал и выдал:

— Неее, не духами! Рыбкой от вас пахнет и, кажется, картошечкой! — и добавил с придыханием, — Божественно!

Вот так вот, девочки, а мы всё: ваниль, мускус, амбра. Рыбка с картошкой — хит этого сезона!

мама раздобыла копию наших ключей, пришла днем и переложила вещи какие-то, в кухне выбросила из шкафов продукты типа устричного соуса (и все, что ей незнакомо), заменила дверной коврик (что? ) и залила моющими средствами сантехнику, чтобы моя "ленивая" женушка наконец-то прибралась.

Успокоившись, звонить и ругаться маме она не дала, отжала у меня запасной ключ от родительской квартиры и на следующий день вместо работы пошла туда. Не знаю, что за порядки она там навела, но вечером звонила мать в истерике, которую пытался успокоить хохочущий отец. После этого почти 2 года я ходил к ним один, потом родился сын и родители наконец-то пришли к нам в гости.

Все прошло хорошо, но под конец вечера мама не удержалась и начала говорить ребенку в духе: "Твоя мама то-то не делает и это не делает для тебя, ай-яй". Жена тут же повернулась ко мне, говорит: "Видишь, твоя мама о младенцах знает все лучше, давай на пару недель внука ей отдадим! Как раз отдохну после родов, и ты поспишь спокойно". Мама тут же сказала, что все идеально и внук в полном порядке, и с тех пор она достает всех, кроме жены и сына, хоть он уже школьник, видимо, боится, что его мама что-то опять выкинет. Люблю эту больную!

Южного Креста, о котором мечтал с детства. Но надо мной почему-то висит только Большая Медведица, а я пытаюсь простыми словами описать неописуемое.

Всё просто - я встретил прекрасную девушку и повез ее туда, куда она захотела. У нее тихая профессия - библиотекарь. В США такие красавицы обычно замужем за миллионерами. Захотелось сделать ей сказку.

Вчерашний день порадовал - нас высадили на необитаемом острове с ослепительно белым коралловым песком и лазурной водой вокруг. Всем раздали маски-трубки для подводного плавания и ласты. Первым делом мы пошли разбивать бивак. Ближайшее место в тени под пальмой нашлось в полусотне метров от воды. Любимая там надела ласты, маску, и пошла к морю. Ласты ей достались среднего размера, это почти полметра в длину. А сама она крошечного роста и худая как щепка. Пошла, взрывая фонтаны и килограммы белого песка. Через несколько шагов замучалась, развернулась и быстро пошла задом наперед, лунной походкой Майкла Джексона. Но с серьезной деловой моськой настоящего библиотекаря. Как потом выяснилось, ласты она одела впервые в жизни. При виде этой хрупкой милой фигуры в профиль, мужественно прокладывающей себе путь через барханы в огромных ластах, у меня вдруг заболел живот. От взрыва непроизвольного смеха. Я вдруг представил себе новогодний корпоратив сотрудников ее библиотеки - двести бабулек в ластах, решительно марширующих к воде, как вылупившиеся из кладки черепашки.

Как вскоре выяснилось, плавать в маске она не умеет. Как, впрочем, и плавать вообще. За исключением нескольких секунд барахтанья перед тем, как пойти ко дну. Ничего, и это поправимо - надел на нее спасательный жилет, обучил контролю над герметичностью маски - вдох носом. Если прилипает, значит встала правильно. Под конец дня она лихо плавала над безднами, любуясь полчищами разноцветных рыбок и рыбищ.

Но за свои взрывы ржака я все-таки поплатился. На следующий день. Любимая не курит и не пьет, за единственным исключением - чивас 12-летней выдержки, очень изредка под настроение. Оно настало. Обрушиваясь в постель, любимая прошептала - если ты меня сейчас не поднимешь, я усну. А я проголодалась!

Черт меня дернул ее поднять. Нет, сначала все было хорошо - устав от экзотических блюд, мы зашли в ресторан русской кухни. Со мной была блистательная, с виду абсолютно трезвая женщина. Но стоило ей попробовать поданных блюд, любимая пришла в негодование. Она потребовала вызвать владельца ресторана. Почуяв пьяный скандал, я тщетно пытался ее отговорить. И вскоре понял, что был неправ. Владелец ресторана, к моему удивлению, явился. Им оказался индус лет 50, хороший парень.

Дальнейшее будет непонятно без маленькой детали - моя любимая действительно умеет готовить. У нее в пращурах шеф-повар графской кухни. Ни в одном ресторане мира, включая президентские приемы, я не встречал еще таких вкусных блюд, которые из нее вылетают в ежедневном режиме. Я не смогу описать ее диалог с этим индусом. У меня просто слов таких нет ни на русском, ни на английском. Ну не знаю я разницы между тушеными и припущенными овощами. И массу подобных деталей, хоть убейте. Но они понимали друг друга с полуслова. Скажу итог: мы расстались далеко за полночь. За это время любимая получила в распоряжение всю русскую кухню и ее персонал, собственноручно приготовила драники, которыми угостили посетителей ресторана, а его владелец поклялся стереть свою доску с меню на русском у входа, и написать там то, что моя любимая скажет. Весь персонал на нее к этому времени вообще молился, а я охреневал, какое чудо мне досталось. К нашему столу потянулась вереница блюд-даров хозяина ресторана.

А любимая к этому времени успела добавить пару бокалов сухого вина и трах-тибидах! вызвалась приготовить окрошку. Немедленно. Она настаивала на этом, как Жанна д"Арк, призывающая французов на взятие Парижа, и была прекрасна. Индус впал в ступор и объяснил, что посетители расходятся, ресторан вскоре закрывается. Он обещал отдать свою кухню в ее полное распоряжение с 12 до 15 следующего дня. Любимая поняла, что ей не дадут приготовить окрошку прям щас, и горько расплакалась. Пошла к нашему отелю и рыдала на краю бассейна, опустив в него свои чудесныя босыя ноги. Русалочка, блин. Меня послала на хер. Решила поплавать. Угу, маршрутом Муму. Там глубина два метра. Никогда еще не был спасателем. Вытащив это прекрасное бесчувственное тело, долго блевал водой. Сейчас это чудо наконец уснуло, а я вот нервно курю, долблю по клавишам и изумляюсь - вот какие бывают тихие библиотекари на Руси. Наверно, придется жениться : )