Уже полтора года страдаю паническими атаками. Появились после лечения от рака. Мне 23. Была у миллиона врачей, все разводят руками. Сейчас у меня уже выработался страх ожидания. Измучилась уже. С трудом выхожу из дома и заставляю себя куда-то идти. У меня ремиссия и отличные анализы, но я не живу, а существую. Во время приступов думаю, для чего я вообще лечилась... Но стараюсь держаться, хоть я и на грани, но верю, что смогу победить. Однажды я проснусь без этой тяжести на душе, и день пройдёт без ожидания страшного. Я очень этого хочу.
Жила с парнем больше пяти лет. Не сошлись характерами, был ужасным тираном, ушла, сбежала в одних носках, пряталось по кустам в тот день. Хорошо, помогли добрые люди добраться до города, где жила моя мать. После ещё долго поливал меня грязью, делал пакости, а так же рассказал свой «маленький» секрет о том, что он уже лет 10 является носителем гепатита С. Узнав это, я, конечно, побежала делать анализы на наличие антигенов. Результат положительный. В тот момент весь смысл жизни для меня закончился в тот момент. Я проклинала, ненавидела бывшего, но боялась идти к врачу. Через год собралась с духом и записалась на приём. Назначили много анализов. Последний и самый важный показал, что РНК вируса в крови нет, что остался только след из-за контакта с больным и, по всей видимости, мой иммунитет смог подавить вирус самостоятельно. В приемной у врача я плакала от счастья.
Мой парень — спортсмен, с очень хорошими физическими данными, красив и умён, занимается боевым самбо с малых лет, побеждает на соревнованиях. Недавно получил новый титул, и, по идее, он должен меня защитить в случае опасности, но, оказывается, нет. В ресторане он сделал мне предложение, я согласилась. Он же моя любовь, мой идеальный мужчина.
Решили пройтись пешком до дома, романтический вечер, он укрыл мои плечи своим свитером, идем не спеша, обнимаемся. Как вдруг, будто бы из 90-х, вылезли трое парней, стали лезть, потребовали деньги, телефоны. Мой защитник молча достал свой бумажник, телефон и отдал им, я последовала его примеру. Но этого им не хватило, и они стали лапать меня, в то время как мой парень просто поднял с земли свой свитер и молча за всем наблюдал. Дело бы дошло и до изнасилования, меня начали уже бить, когда я вырывалась, но спасли меня полицейские, которые патрулировали улицы.
Я ох[рен]евала от происходящего, мы сидели в отделе и писали заявления. На мой вопросительный взгляд парень сказал, что не видит смысла махать кулаками на улицах, мол, не для этого он столько сил и времени потратил, репутацию бы испортил.
— А если бы меня изнасиловали?
— Ну, ты бы заявление написала, и их бы посадили, — сказал он.
На этом наши отношения закончились, до сих пор не могу поверить в этот бред.
Маразм — это реально страшно. Одна престарелая родственница дожила до 92 лет. В последние годы она просилась в туалет каждые 10 минут, так как тупо забывала, что уже сходила. Другую знакомую старушку штырило, что она молодая девушка, и ее силой выдают замуж. Она орала, что не пойдет. А недавно шла по улице, услышала, как голос какой-то старушки просит принести ей поесть. Глазами искала, но так и не поняла, из какого окна кричала. Вот хз теперь: маразм у нее или реально так немощна, а помочь некому.
Было мне лет 5, не больше. Поехали в деревню на свадьбу с кучей родни. Естественно, девочку -меня нарядили в платье, белые колготочки, туфельки, распустили волосы, которые были ниже 5 точки и отправили гулять по двору среди гостей, собирать лайки в виде "ой, какая девочка", "прям - вторая невеста" и все такое. Но в 5 лет мне это уже поднадоело, и я свалила со двора с мальчиками. Куда? Гонять индюков, конечно. Правда, я тогда не знала, что это. Подходим к индюкам, которые по деревне прям по улице ходили, и я каааак заору... Они, видать, испугались и побежали за мной с индюшиными воплями. Все пацаны - врассыпную. Бегу я, значит, ору, понимаю, что не знаю, где я и как вернуться. Колготки уже в пыли, туфли тоже, на голове - кавардак. Решила я, что пришла вооон с той дороги. И пошла. Смотрю, забор вроде начинается, значит, деревня, правильно иду. Только это оказался забор кладбища. Меня к тому моменту искала уже вся деревня. А мне интересно, я очень любила искусственные цветы, блестящие такие. На кладбище-то их много... И пошла я между могилами бродить, восхищаться. Вся грязная, в липучках на колготках. Просто представьте эту картину: кладбище, деревня, тишина, вечереет, маленькая девочка, как куколка, только потрепанная, медленно и радостно бродит вокруг могил. В общем, люлей я тогда огребла знатных.
Прицепился ко мне один парень из компании. Он три года преследовал меня, куда бы я ни шла, пел серенады под окном, названивал по ночам и собрал свою шпионскую сеть из моих друзей. Разговоры не помогли, притворилась лесбиянкой — заявил, что подождёт, пока исправлюсь. Психанула и, выйдя раз ночью, от[метел]ила его лыжной палкой. Это придурок не только не отстал, но теперь предлагает стать моим рабом, чтобы я его избивала постоянно!
Работала на кладбище, знала всех: от комендантов до копателей, в том числе и водителей.
Первое свидание, романтика по всей программе... Идем, гуляем, вдруг рядом останавливается катафалк и водитель радостно кричит: "Подвезти?" И вот представьте глаза молодого человека..
Я тройной тезка своего прадедушки: и имя, и фамилия, и отчество одинаковые. Он умер за несколько месяцев до того, как я пошел в первый класс. Тогда еще приходили письма от государства с поздравлениями первоклашек.
1 сентября моим родственникам, у которых я был прописан, пришло такое письмо. В дверь позвонил почтальон, и ему открыл мой двоюродный дядя. Почтальон торжественно попросил передать письмо мне и назвал мои имя, фамилию и отчество, на что дядя ответил: "Он же умер", - почтальон посмотрел на дядю, потом на письмо, потом снова на дядю и со слезами сказал: "А тут написано "Первый раз в первый класс".
До сих пор не понимаю, как надо мыслить, воспитывая ребёнка, чтобы он боялся родителей больше, чем маньяка или перелома. В детстве прятала порезы и ссадины — "У, дура неуклюжая". В юности месяц ходила с тугой повязкой на голени, из-за дикой боли хромала, потом выяснилось — трещина в кости. Потом много лет нога не заживала — поздно было. Срезали путь через гаражи, и (привет, 90-е) придурок пьяный газанул резко и сшиб. Узнали бы — выдрали точно, хотя сами там ходили и знали, что я там хожу. Потом парень сломал ребро нижнее правое, сильно. Мы, конечно, расстались, но родители до сих пор не в курсе, только муж знает. В метро мужик полез хватать меня руками. Мать его отогнала, а потом неделю обзывала, что я сама не справилась — в 13 лет-то. И много таких примеров. До сих пор не могу понять, зачем унижать и оскорблять ребёнка, который получил травму не по своей вине.
В начале прошлого века известный антрополог Малиновский изучал папуасов острова Новая Гвинея. Тогда многие племена практиковали каннибализм. Во многом он основывался на межплеменной вражде и войнах между различными племенами. Малиновский в разговоре с одним папуасом рассказал ему о прошедшей в Европе 1 мировой войне и миллионах погибших людей. Он хотел донести до туземца ужасы войны. Но папуас ему не поверил:
- Не может быть такого, столько людей невозможно съесть.
Как пишет Малиновский, он так и не смог убедить папуаса в реальности кровавых событий среди европейских народов. Сейчас, спустя больше ста лет папуасы наверное не в авангарде мировой культуры, только кто ушел вперед, а кто отстал?
Мы с моей подругой дружим 7 лет, обе работаем переводчицами, обеим по 24 года, красивые, спортивные, но одинокие. Мы образованные, приличные девушки, но как только начинаются выходные, нас заносит. Недавно вот пили вместе, по пьяне иногда приходят бредовые идеи в голову. В общем решили заказать проститутку. Мы не извращенки, просто грустно как-то вдвоем пить. Она сначала испугалась, но потом мы разговорились, она выпила. Ржали до утра, но заплатить все таки пришлось, хоть и по минимуму. Она оказалась простой девчонкой, у нее на шее двое маленьких братьев, кредит и за учебу платит. Через неделю она пришла ко мне с бутылкой вина (адрес запомнила), сказала что соскучилась. Я очень удивилась, но она призналась, что у нее совсем нет подруг, а мы показались ей очень простыми и хорошими людьми. Дружим. Это дело она бросила, устроили ее на нормальную работу, помогаем чем можем. Удивительная штука жизнь!
Однажды на меня напали около моего дома. На улице никого не было. Он явно хотел ранить меня. И тут что-то в моей голове щёлкнуло. Я прыгнула на него и впилась зубами в его шею. Он выронил нож и жалобно кричал, но я сжимала челюсть всё сильнее. В общем, я перегрызла ему какую-то артерию, и он умер. В суде меня оправдали.
До сих пор не могу понять, что это было. Словно во мне проснулся мой древний предок. Мне даже не жалко того мужика. Ведь у меня дети и муж, я им нужна. Я не имею права умереть.
Я миловидная девушка с отличной фигурой, хорошими формами, всегда стараюсь улыбаться и не унывать, но... уже три года как я живу с ВИЧ, хотя мне всего 21 год. Был один и единственный парень, за что судьба распорядилась со мной именно так — страшно представить. Иногда не хочется жить, ведь семейную жизнь с такой вещью трудно построить.
Мне было 4 года, когда умер мой дедушка. Я, то ли в силу возраста, то ли мне родители не совсем правду сказали, не понимала сути похорон. Кладбище, очень много бабушек, ровесниц деда. Родители отошли и оставили меня с этими бабушками. Бабушки были очень расстроены, рыдали, я, совершенно не понимая происходящего, выдала: "Ну, что вы плачете, скоро встретитесь! " До сих пор стыдно перед ними.
В два года дочь часто плакала без причины. На все вопросы отвечала "Килилл пугает". Знакомых Кириллов у нас нет, спустя время все прекратилось. А недавно, спустя пять лет, дочка спросила: "Помнишь, к нам приходил дядя Кирилл и кричал на меня?" Я в шоке. Спрашиваю, почему же кричал.
— Он ругал меня, что я первая пришла, и ему еще ждать, а он и так оооочень долго ждет.
— Чего, — спрашиваю, — ждет?
— Рождения.
Рассказали свекрови. Оказалось, у мужа был брат-близнец, умер при родах. Назвать хотели Кирилл.
