Эта рождественская история произошла ровно семь лет назад. Я, [info]cerf
соотношению цена-качество.
как вдруг к нам подбежал молодой
человек.
- Ребята, вы с какого курса? – спросил он нас взволнованно.
- Гм. Мы со старших курсов и не с этого факультета – ответил я – а в чем
дело?
- Хотите заработать 50 рублей за полчаса?
Я быстро прикинул, что лишняя бутылка вина нам никак не помешает.
Финансы были нужны всегда.
- Что нужно делать?
- У нас сегодня должен быть зачет по латыни, а препод не пришел. Пацаны
уже получили зачет на той неделе, а девки прогуляли. Кто-нибудь из вас
должен провести этот зачет, но зачеты им не ставить. А мы из-за двери
будем на это все смотреть.
Неплохая идея – поиздеваться над одногруппницами. Кожевников был звездой
нашей КВНовской команды, поэтому я сказал:
- Вите-ок!
- Нет. – Неожиданно ответил он. – Я не хочу. Иди лучше ты.
Выпить хотелось.
- Методичка есть? – спросил я.
- Есть! – обрадованно сказал студент.
И мы отправились к лифту. По дороге я выяснил, что паренек –
юрист-вечерник со второго курса, что их препода зовут Олег Дмитриевич и
что это их первый семестр изучения латыни.
Здесь надо сделать небольшое отступление. Дело в том, что всеми мировыми
языками, кроме русского, я владел тогда примерно в равной степени. В
частности, из латыни я знал несколько крылатых фраз и слово «мандибуля»
- нижняя челюсть. Зато о приеме зачетов я знал много – к тому времени
диплом я уже защитил. Приемы самых жестоких экзаменаторов я помнил
наизусть – они могли бы напугать даже тигра, куда там бедным
второкурсницам.
Одернув свитер и угрожающе выпятив нижнюю челюсть, с красной
«преподавательской» папкой подмышкой я вышел из лифта.
- Юристы, второй курс? – зычно спросил я, оглядывая группку юнцов и юниц
в коридоре.
- Д-д-д-даа. – пролепетала одна из жертв.
- В аудиторию.
Затравленно оглядываясь на меня, пятеро девиц вошли в аудиторию. Я
прошел к столу, и глядя куда-то в сторону, скучно произнес:
- Здравствуйте. Олег Дмитриевич сегодня не сможет придти, поэтому зачет
у вас проведу я. Меня зовут Александр Юрьевич.
Резко повернув голову к студенткам, я продолжил:
- А вот тетради и учебники я попрошу вас убрать на время зачета. Меня
интересует ваше знание предмета, а не умение списывать.
- А Олег Дмитриевич говорил, что можно будет пользоваться во время
зачета! – отчаянно высказалась самая смелая из них.
- Он ошибся, или пошутил. – я постарался вложить в эту фразу максимум
нежности, на который бы способен. – Итак, – продолжал я уже направляясь
к двери, — я попрошу вас для начала написать 6 фраз на латинском языке.
В различных залогах! – я догадывался, что залоги в латинском языке есть.
– 20 минут на подготовку. – добил я девочек и выскочил из класса.
Основная проблема преподавателя – не оказаться на экзамене в дураках.
Хороший студент знает предмет лучше плохого препа. Я был с девицами в
абсолютно равном положении – и у них, и у меня на изучение латыни было
по 20 минут. Но кураж придавал мне сил, а страх парализовывал девиц.
Через 20 минут, за которые я узнал об иностранных языках больше, чем за
все предыдущие годы их изучения, я вернулся к студенткам.
Теперь у меня время как следует их разглядеть. Все-таки в массе своей
студентки-гуманитарии лучше студенток-физиков по внешним параметрам. В
умственных способностях мне предстояло убедиться.
- Ну-с начнем, пожалуй, зачет — сказал я, плюхаясь на стул. – Per rectum
ad astrum*! , как говорится. Кто первый?
- Я! – бодро сказала одна из девиц.
Я поощрительно улыбнулся и похрустел пальцами.
- Читайте, пожалуйста, фразы и перевод.
Девушка бодро прочла шесть фраз на латинском языке.
- Ну что же. Произношение у вас, надо отметить, даже хуже, чем я ожидал.
Переводите.
С переводом красавица справилась вполне успешно – еще бы, за двадцать
минут списать текст с учебника много ума не надо. Если бы она еще не
заикалась от страха, было бы совсем хорошо.
Следующая девочка стала читать фразы одну за другой, перемежая их
переводом.
- Я мыслю, следовательно, я существую.
Преподаватели часто применяют те же приемы, что и студенты – они
цепляются за избранные моменты и перенаправляют русло беседы.
- Стоп! – я прервал ее. — Очень хорошо. А кто это написал?
- Я. – пролепетало это создание.
- Чудо! Просто чудо. Какие еще есть мнения? – спросил я, обращаясь к
аудитории.
Гробовую тишину прервал смех из коридора.
- Девушки, запомните: если вы не мыслите, то с зачетами будут трудности.
Это написал Рене Декарт, однако продолжим!
- Скажите, а когда можно сдать зачет в следующий раз? – обреченно
спросила одна из студенток.
- Не знаю, — честно ответил я. – Жизнь сложна и противоречива. А сегодня
уже 24-ое декабря. Зайдете на кафедру, спросите Олега Дмитриевича и
сдадите в другой раз.
Девушка собрала вещи и вышла.
Я оглядел оставшуюся четверку.
- Sic transit gloria mundi** – печально сказал я, глядя вслед вышедшей.
– Кто-нибудь знает, как это переводится?
- П%%%%ц. – прошептала еще одна будущая юристка.
- Примерно – похвалил я ее.
Она вспыхнула и обращаясь ко мне, сказала просительно:
- Олег Дмитриевич, вы меня неправильно поняли!
- Милая девушка – очень ласково, улыбаясь, произнес я, – трагедия
заключается в том, — я повесил театральную паузу — что я – не Олег
Дмитриевич. Олег Дмитриевич – это ваш преподаватель латинского языка –
за дверью послышался здоровый мужской смех. – Вы что, ни разу его не
видели?
Девушка быстро собрала вещи и выбежала из аудитории.
- Да-а-а, девушки, что-то у нас с вами не ладится. Знание моего предмета
– non vaginus, non rotes legionus! * А скажите-ка, что такое герундий?
Тягостное молчание надо было прервать – публика ждала крови.
Я написал на доске: „Personae non grata“.
- Как это переводится? Девушка, вот вы – переведите эту фразу.
- Персона…
- Ну! – подбодрил я несчастную.
- Персона которая…
- Ну!
- Персона которая не….
Каким образом можно учиться на юрфаке, и не знать такой фигни, я понять
искренне не мог.
- Ну, а вы, девушка – обратился я к студентке самого [м]лядского вида,
которая очевидно гордилась норковой шубкой, с которой не расставалась –
вы не знаете, случайно, сколько времен в латинском языке? – только что я
узнал в методичке, что их 36.
Девица встала и промямлила:
- Два. – я еле успел подхватить свою мандибулу – Настоящее и прошедшее.
- Девушка! А как же будущее?
- А будущее мы не проходили – сказала она чуть не плача.
- Memento mori! *** – за что же я поставлю вам зачет?
Развалившись на стуле я придал своему лицу выражение оскорбленной
невинности.
- Милые девушки – сказал я, помахивая методичкой. – В этой методичке 156
страниц, из которых 56 занимает словарик. Чтобы ее выучить наизусть,
человеку с нормальными умственными способностями хватит, максимум, трех
недель, с пониженными – двух месяцев. Вы занимаетесь латынью целый
семестр, но я не вижу никаких результатов!
- Но мы же – юристы! Мы же не можем знать латинский язык так же хорошо,
как и вы! – сказала самая симпатичная из троицы.
Не буду говорить, какие усилия я приложил, чтобы не заржать.
Я подпрыгнул со стула, и направив на них указательный палец, закричал
страшным шепотом:
- Вот именно! Вы – юристы! Именно поэтому вы – обязаны – тут я не
выдержал и пустил петуха – знать латинский язык лучше меня! – за дверью
послышался дикий гогот и звук упавшего тела — Язык Цицерона и Катулла!
Язык Нерона и Цезаря! Язык первого права в мире! Римского права! Язык,
на котором вплоть до 1917 года защищались все научные работы, на котором
написаны величайшие произведения. Вы обязаны его знать.
Я сел обратно. И сказал:
- Но – не знаете.
- А может быть, вы сможете с нами позаниматься факультативно? – спросила
девушка с шубкой, игриво поводя плечами.
Это был ее последний шанс.
- Факультативно – передразнил я ее, — с вами будет заниматься Олег
Дмитриевич. Только он вряд ли захочет. Девушки, точек соприкосновения в
области латыни мы с вами не нашли – я направился к двери, поскольку
опасался предстоящей расправы, если им удастся выйти раньше.- До
свидания, девушки! – сказал я и вышел.
За дверью стояли студиозусы с красными от смеха рожами, по которым текли
слезы. Заказчик выдал мне полтинник.
- Дай ему еще стольник – завопили сразу несколько человек.
И мы таки взяли три бутылки «Арбатского».
