Национальные анекдоты #рабинович

Два еврея разговаривают:

- Слушай, Моня, а как там Рабинович?

- Да помер он.

- Как помер?

- А шоб ты так жил как он помер.

Финальный матч чемпионата мира по футболу Россия-Германия. На поле выходит германская команда, вместо нашей выбегает один Онопко, сильно с бодуна. Судья:

- А где, собственно, команда?

Онопко:

- Понимаете, ребята уквасились вчера здорого, отмечали выход в финал, только один я и успел проспаться.

- Как же вы будете играть?

- Да, вот...

Вдруг на поле появляется Рабинович и кричит Онопко:

- Запиши меня, сыграем?! Записывай, выиграем обязательно!

Через некоторое время он его уломал. Прошло 80 мин., голос диктора:

-Итак, мы ведем репортаж с матча сборных России и Германии. Счет 40:0! Одиннадцать истинных арийцев гоняются по всему полю за евреем, а Онопко забивает свой 41-й мяч в пустые ворота!

Рабиновича назначили агитатором на выборах, и он ходит от

одних дверей к другим:

- извините, меня просили вам передать, что советская власть

- самая лучшая в мире. Извините за беспокойство, до свидания.

Рабинович зашел в кошерный ресторан в Нью-Йорке. Его обслуживает официант-китаец, прекрасно говорящий на идиш.

- Скажи мне, - спрашивает Рабинович хозяина ресторана, - как ты нашел официанта-китайца, говорящего на идиш?

- Шшша... - оглядывается хозяин, - он думает, шо это английский...

Рабинович умер. В своем завещании он распорядился выделить 40 тысяч долларов на хорошие похороны. После окончания похорон его вдова Сара подошла к своей старой и лучшей подруге Розе и обняв ее сказала:

— Я уверена, что Изя был бы доволен! Hо сколько это все стоило на самом деле?

— Сорок тысяч долларов.

— Все было прекрасно, но $40000?!

— Похороны $6,500, я пожертвовала $500 синагоге, спиртные напитки, закуска, еще $500, а остальные пошли на мемориальный камень.

— $32, 500 за мемориальный камень?! Какого же он будет размера?

— Два карата.

- Рабинович, как вы посмели, заполняя анкету, в графе "иждивенцы"

написать "государство"?!!

Рабинович побывал в Париже. По возвращении друзья набрасываются на него с вопросами: как там в Париже, какие были приключения, каковы парижанки, похожи ли на здешних?

- Ну как можно сравнивать?! - возмущается Рабинович. - Вот у меня было интимное свидание с одной парижанкой. Уж теперь-то я знаю всё точно!

- Так расскажи, наконец!

- Итак: на ней была накидка с капюшоном из люрекса - ничего подобного вы здесь не отыщете. А когда она её скинула, то под ней оказалась блузка из розового шифона, прозрачная, как стекло! А юбка её была вся сплошь покрыта блёстками, так что на неё даже смотреть было больно. Потом она сняла юбку... Бельё у неё было отделано валлонскими кружевами лилового цвета и прошито серебряными нитями... Подвязки были украшены стразами от

Сваровски... Потом она сняла с себя и бельё, и подвязки...

- И что же было дальше?

- А дальше всё было в точности, как у нас в Одессе...

- Рабинович при посадке деревьев нашел клад - кувшин золотых монет царской чеканки.

- В соответствии с законом он честно взял себе 25%, а остальные закопал.

1937 год. Рабиновича вызывают в районный отдел НКВД. Следователь задает первый вопрос:

- В каком положении вы трахаете Сарочку?

Рабинович думает:

- Скажу что на левом боку - обвинят в левых взглядах. Скажу что на правом - в правых. Скажу что на ней - обвинят в давлении на массы. Скажу что она на мне - обвинят, что массы давят на меня...

Думал - думал и ответил:

- Жену не трахаю. Занимаюсь онанизмом!

А Рабиновича все равно посадили. За растрату семенного фонда и связь с кулачеством.

Рабинович идет по городу, вдруг видит - авария: люди в крови валяются, машины разбитые...

Подходит к одному из раненных и спрашивает:

— Страховой агент уже приходил?

— Нет... еще. .. — отвечает пострадавший

Рабинович:

— Ну, тогда я с вами прилягу...

Рабинович, измученный морской болезнью, приплывает в Нью-Йорк. Шатаясь, он спускается по трапу. И вдруг видит водолаза, который в полном прикиде поднимается из воды.

- Ой, - говорит Рабинович, - если бы я знал, что сюда можно прийти пешком...

Три американские еврейки хвастаются сыновьями.

Миссис Каплан:

- Мой Хаим - врач. Он, правда, только что окончил, доход у него крохотный, он зарабатывает всего 120 тысяч, но скоро дела у него наладятся.

Миссис Рабинович:

- А мой Мойше - адвокат. Он тоже только что кончил, доход у него крохотный, лишь 150 тысяч, но скоро все наладится.

Обе:

- Миссис Коган, а почему вы ничего не рассказываете о своем сыне?

Миссис Коган:

- Он у меня все читает и пишет, читает и пишет.

Каплан и Рабинович:

- А сколько он зарабатывает?

Коган:

- 35 тысяч.

Каплан и Рабинович:

- Боже мой! Какая же у него профессия?

Коган:

- Он раввин.

Каплан и Рабинович:

- Какой ужас, ну что за профессия для еврейского мальчика!

Богатый одесский коммерсант-выкрест показывает Рабиновичу свой недавно обставленный особняк.

- Столовая эпохи Людовика Пятнадцатого, - по ходу поясняет он. - Мой кабинет - в силе бидермайер, гостиная эпохи Дюрера...

Рабинович хотел открыть ещё одну дверь, но хозяин удержал его со словами:

- Там всего лишь спальня моего папы.

- Понимаю, - ответил Рабинович. - Там дохристианский период.

Абрам собирается с женой на похороны сослуживца. Жена, увидев, что он натягивает свои старые туфли, орет:

- Абрам, ты что, сдурел на старости лет?! Куда ты эти стоптанные туфли надеваешь? Там будут Вассерманы, Фельдманы, Рабинович с сыном, даже Гольдберги! Ты что, хочешь нас опозорить перед такими людьми?! Сними это старье и немедленно надень черные лакированные туфли!

- Сара! Я тебя умоляю: они же мне жмут!

- Ничего, растопчутся... Зато все достойные люди увидят, что мы не хуже других!..

Кряхтя, Абрам натягивает лакированные туфли и бурчит:

- Ладно, Сарочка, я тебя послушал. Но, имей в виду: того удовольствия от похорон я уже не получу...

Одесса. Портной Либерман, которому Рабинович долго не оплачивал счёт, решил пойти к нему домой и потребовать денег.

Он застал злостного должника за обедом, когда тот разрезал жареную индейку.

- Яков Моисеевич, когда вы вернёте долг?

- Потерпите, друг мой, ещё немного, я сейчас на мели.

- На мели, а таки кушаете индейку! ?

- Бедная птичка, мне нечем было её кормить...